Десять негритят - Агата Кристи

— И все-таки, где же Армстронг? Мы же прочесали весь остров.Вдоль и поперек.

— Ну и что из того? — презрительно отмахнулась Вера. —Револьвер мы тоже в свое время искали и не нашли. И тем не менее он был тут, наострове.

— Знаете, между человеком и револьвером есть кое-какаяразница, — буркнул Ломбард. — Хотя бы в размерах.

— Ну и что из того? — упрямилась Вера. — Я все равно права.

— А с чего бы наш А.Н. Оним так себя выдал? Упомянул всчиталке про приманку. Он ведь мог ее слегка переиначить.

— Да разве вы не понимаете, что мы имеем дело с сумасшедшим!— напустилась на него Вера. — Ведь только сумасшедший может совершатьпреступление за преступлением в точном соответствии с детской считалкой!Соорудить судье мантию из клеенки, убить Роджерса, когда он рубит дрова,напичкать миссис Роджерс снотворным так, чтобы она не проснулась, запуститьшмеля в комнату, где погибла мисс Брент, — ведь все это проделано с поистинеребячьей жестокостью! Все, буквально все совпадает!

— Правда ваша, — согласился Блор. — Но уж зверинца тут, вовсяком случае, нет. Так что не знаю, как он исхитрится, чтоб не отступить отсчиталки.

— А вы еще не поняли? — выпалила Вера. — В нас уже неосталось ничего человеческого — хоть сейчас отправляй в зверинец. Так что вотвам и зверинец.

Утро они провели на горе, каждый по очереди посылал припомощи маленького зеркальца сигналы на берег. Но, по-видимому, никто их незамечал. И ответных сигналов не посылал. Погода стояла прекрасная, легкая дымкаокутывала берега Девона. Внизу море с ревом швыряло о скалы огромные волны. Ниодна лодка не вышла в море. Они снова обыскали остров и никаких следовАрмстронга не обнаружили.

— На открытом воздухе чувствуешь себя гораздо лучше, —сказала Вера, посмотрев на дом, и после небольшой заминки продолжала: — Давайтеостанемся здесь, я не хочу возвращаться туда.

— Отличная мысль, — сказал Ломбард. — Пока мы здесь, намничто не угрожает: если кто и захочет на нас напасть, мы увидим его издалека.

— Решено, остаемся здесь, — сказала Вера.

— Но на ночь-то нам придется вернуться, — возразил Блор, —нельзя же ночевать под открытым небом.

Веру передернуло.

— Я и думать об этом не могу. Второй такой ночи мне невынести.

— Запритесь в своей комнате — и вы в полной безопасности, —сказал Филипп.

— Наверное, вы правы, — пробормотала Вера не слишкомуверенно. — Как все-таки приятно понежиться на солнышке, — и она потянулась.

«Самое удивительное, — думала она, — что я, пожалуй, дажесчастлива. Меж тем опасность не миновала… Но почему-то она меня перестала тревожить…во всяком случае, днем… Я чувствую себя сильной… Чувствую, что я не умру…»

Блор посмотрел на часы.

— Два часа, — объявил он. — Как насчет ленча?

— Нет, нет, я не пойду в дом. Останусь здесь на открытомвоздухе.

— Да будет вам, мисс Клейторн. Эдак мы ослабнем, а силы нампонадобятся.

— Меня затошнит от одного вида консервированных языков. Я нехочу есть. Бывает, люди не едят по нескольку дней, когда хотят похудеть,скажем.

— Что до меня, — заметил Блор, — я не могу обходиться безеды. А как насчет вас, мистер Ломбард?

— Знаете, меня консервированные языки не соблазняют, —сказал Ломбард. — Я, пожалуй, составлю компанию мисс Клейторн.

Блор заколебался.

— Не беспокойтесь обо мне, — сказала Вера. — Ничего со мнойне случится. Если вы боитесь, что он меня убьет, стоит вам уйти, то, по-моему,ваши опасения напрасны.

— Дело ваше, — сказал Блор. — Но мы же договорилисьдержаться заодно.

— Твердо решили идти к льву в логовище? — спросил Ломбард. —Хотите, я пойду с вами?

— Решительно не хочу, — отрезал Блор. — Оставайтесь здесь.

— Ага, значит, вы все-таки меня боитесь? — захохотал Филипп.— Вы что, не понимаете: если б я хотел, я мог бы пристрелить вас обоих, несходя с места?

— Да, но тогда вам пришлось бы отступить от плана, — сказалБлор. — По плану мы должны погибнуть один за другим в полном соответствии стреклятой считалкой.

— Что-то вы слишком уверенно об этом говорите! — сказалФилипп.

— По правде говоря, как подумаю, что надо идти одному в этотпаршивый дом, у меня поджилки трясутся, — сказал Блор.

— И поэтому, — понизив голос, сказал Филипп, — вы хотите,чтоб я дал вам револьвер? Так вот, нет и нет, не дам! Не такой я дурак!

Блор пожал плечами и полез по крутому склону к дому.

— В зверинце начинается обед, — заметил Ломбард. — Зверипривыкли получать пищу в определенные часы.

— Как вы думаете, Блор очень рискует? — забеспокоилась Вера.

— По-моему, особой опасности здесь нет: у Армстронга неторужия, Блор раза в два его сильнее, и, кроме того, он начеку. И потом,Армстронг просто не может там быть.

Более того, я уверен, что его там нет.

— Но если Армстронга там нет, значит…

— Значит, это Блор, — сказал Филипп.

— Вы, и правда, думаете?..

— Послушайте, голубушка, версия Блора вам известна. ЕслиБлор не врал, я непричастен к исчезновению Армстронга. Его рассказ обеляетменя. Но не его. Он утверждает, что услышал шаги и увидел человека, вышедшегоиз дому. Но он вполне мог соврать. Предположим, что он укокошил Армстронга часаза два до этого.

— Каким образом?

Ломбард пожал плечами.

— Это нам не известно. Хотите знать мое мнение: если намкого и следует бояться, так только Блора. Что мы о нем знаем? Практическиничего. Не исключено, что он никогда и не служил в полиции. Он может оказатьсякем угодно: свихнувшимся миллионером… сумасшедшим бизнесменом… убежавшимкаторжанином. Доподлинно мы знаем про него только одно. Он вполне мог совершитькаждое из этих преступлений.

Вера побледнела.

— Что если он доберется и до нас? — прошептала она елеслышно.

Ломбард нащупал в кармане револьвер.

— Не беспокойтесь, — тихо сказал он, — положитесь на меня. —Потом поглядел с любопытством на девушку и сказал: — Вы относитесь ко мне сТрогательной доверчивостью… Почему вы так уверены, что я вас не убью?