Магрибский колдун - Елена Анатольевна Леонова

— Нет. Сестра старше меня на пять лет. Когда она училась, я был ещё в школе.

— То есть никогда не встречались с подругами сестры?

— Нет.

— И Нэлли вам не говорила о своих взаимоотношениях с ними?

— Нет. Простите. Я ничего не знаю.

— Ладно. Спасибо.

Саблин убрал телефон в карман.

— Что случилось? — спросила Максимова.

— Нестерова не пришла ещё домой. Брат волнуется.

— Наверное, зашла куда-то? — предположил Синицын.

— Или… она в опасности, — сказала Дина.

Саблин думал. На улице светло, день. Не мог же преступник её похитить?

— Да не, — Синицын замотал головой, в унисон мыслям майора, — вряд ли. Убийца не будет действовать так открыто, к тому же это нарушает его правила, — он посмотрел на Колесникову.

Виктория слегка дёрнула плечами.

— Если преступник в отчаянии, то может.

— Почему он должен быть в отчаянии? — не понял Саша.

— Потому что я нашёл его логово, — ответил за Викторию Саблин.

— Но тогда преступнику некуда спрятать жертву.

— Только если эта Нэлли сама не убийца, — Колесникова приподнялась со стула. — И в таком случае её не похитили. Она сбежала.

Глава 57. Москва. Среда. 16:00

В салоне машины следователь нервно барабанил пальцами по ручке двери, глядя на мелькающие за окном серые пейзажи города. Рядом сидела Виктория, листая и просматривая свои записи в органайзере. Поехать на квартиру к Савелию Нестерову показалось необходимостью. Нужно было ещё раз с ним поговорить о его сестре, которая сейчас являлась одновременно и подозреваемой, и потенциальной жертвой.

Саблин снова представил себе бледное лицо Нэлли, тихий уверенный голос, странные вспышки агрессии в отношении подруг. Могла ли эта хрупкая женщина хладнокровно лишить жизни? Или она сама — следующая в списке маньяка, который умело заметал следы?

Майор шумно выдохнул. Нэлли исчезла больше трёх часов назад. Но действительно ли исчезла? Или брат просто паникует? Хотя в ситуации, когда на трёх подруг совершено нападение и две из них мертвы, волнения выглядели небезосновательными. Следователь распорядился объявить Нестерову в розыск, но в глубине души надеялся, что найдёт её живой. Живой и невредимой.

Автомобиль подъехал к дому. Саблин и Колесникова вышли, и следователь сразу увидел патрульную машину у подъезда.

— Ну что? Нестерова не появлялась? — спросил он через приоткрытое окно у сотрудника полиции.

— Нет, товарищ майор.

Они зашли в многоэтажный дом.

Савелий их встретил в дверях квартиры — он уже знал о приходе следователя, когда открывал подъезд через домофон.

— Есть новости? — спросил он.

— Нет. А у вас?

— Тоже. Её телефон отключён. Это плохой знак, — и без того бледное лицо Савелия сейчас казалось листом бумаги.

Он отошёл в сторону, пропуская Саблина и Викторию в квартиру, где всё так же неряшливо лежали книги и журналы на полу.

Колесникова заинтересованно огляделась, видимо, делая какие-то выводы о характере жильцов.

— Вы должны её найти, понимаете? — Савелий встал в центре комнаты, убирая со лба тонкие пряди светлых волос.

— Почему вы так волнуетесь? Прошло совсем мало времени. Уверен, Нэлли скоро появится.

— А вы тогда зачем приехали? Вам же тоже, значит, кажется странным, что она не дома!

— Мы пришли поговорить с вами, — Саблин отодвинул один из стульев у стола и сел.

— О чём? — Савелий, казалось, обессиленный от волнения, опустился на диван.

— Подумайте ещё раз. Нас интересуют странные случаи в жизни вашей сестры в студенческие годы. Она не ссорилась с подругами?

— Я же говорил: ничего не знаю. Моя сестра очень ранимый человек, возможно, что-то и было, но я не в курсе! Меня больше волнует, куда она делась?

— Савелий, послушайте, где-то ходит убийца, на счету которого уже три трупа и одна женщина в реанимации. И этот человек знал подруг вашей сестры.

— Но… Но я же уже сказал… — мужчина резко замолчал, а потом пристально посмотрел на Саблина. — Вы думаете: моя сестра — убийца? — он вскочил с дивана.

— Мы рассматриваем все версии. Если всё так, то должны понять причины, побудившие вашу сестру…

— Вы сошли с ума! — резко перебил следователя Савелий. — Как вам вообще такое пришло в голову! Моя сестра — сложный человек, да, но она не убийца! Я точно знаю!

— Откуда? — спросила Виктория, внимательно наблюдавшая за Нестеровым. — Почему вы так уверены?

— Потому что она моя сестра! Господи! Мы с ней вместе всю жизнь! И я знаю её лучше всех! — бледное лицо Савелия раскраснелось, и голос его зазвучал натянуто, как струна.

— А где ваши родители? — поинтересовалась Колесникова.

— Отец умер, когда мне было три года, а мать почти двадцать лет назад. Какая вообще разница?

— Сестра заменила вам родителей? Заботилась о вас? Она же вас старше.

— Ну да.

— Она проявляла к вам агрессию? Наказывала в детстве?

— Нет! Она была строгой, но я люблю её! Хватит этих дурацких вопросов!

В кармане Саблина зазвонил телефон. Взглянув на определившийся номер, он встал.

— Слушаю, товарищ полковник.

— Лёша, ты где? Я у тебя в кабинете. Срочно приезжай.

— Мы на выезде по делу.

— Заканчивай и возвращайся. Есть разговор.

— Сейчас буду, — следователь убрал телефон. — Мы вынуждены уехать. Держите меня в курсе относительно сестры, если она вдруг позвонит.

Нестеров молча смотрел на майора.

Саблин подошёл к Виктории.

— Надо вернуться в участок.

— Хорошо.

Они прошли к двери.

— Всего доброго, — следователь обернулся на Савелия, который продолжал стоять, не делая попыток проводить гостей.

— Похоже, брат очень переживает, — сказала Виктория, выходя из подъезда.

— Думаю, он в шоке от того, что его сестра может оказаться преступницей.

До отделения они доехали быстро.

Майор поспешил к лестнице. С каждым шагом предчувствие становилось всё отчётливее: разговор с Тимофеевым не сулит ничего хорошего.

В голове прокручивались бесконечные допросы, бессонные ночи… и всё впустую. Серийный убийца, Колдун, ускользал из расставленных сетей.

Саблин знал: полковник хочет результатов. Ждёт того, чего у него нет. И этот взгляд, пронзительный и требовательный, он ощущал на себе уже на расстоянии.

Виктория шла следом. Её присутствие в участке более не требовалось, но она хотела забрать портфель, оставленный в кабинете майора. Её телефон пикнул, и она задержалась в коридоре.

Следователь остановился перед дверью, глубоко вздохнул, пытаясь собраться с мыслями.

— Ничего, прорвёмся, — прошептал он себе под нос, хотя сам не верил в эти слова. Он знал, что сейчас ему предстоит выдержать тяжёлый разговор. Разговор, который может повлиять на его дальнейшую судьбу. Он не исключал вариант, что Тимофеев принял решение