Мираж в обручальном кольце - Дарья Калинина

– Прямо сегодня? – простонала я.

Катька молча кивнула. К этому времени компания уже закончила осмотр Валиной квартиры. И больше никаких находок не обнаружилось.

– Мы завезем ботинки и кассету в милицию, – сказал Алекс. – А потом вернемся на Валину дачу.

И мы все начали собираться. Новые замки на дверь за то время, пока мы провели в квартире, уже успели поставить. Ключи от нового замка остались у Маши. Мы с Катькой быстро распрощались с Алексом, Веней и Ларисой, поймали тачку и поехали забирать машину Толи. То есть мы так сказали. А на самом деле мы отправились ко мне обзванивать психиатрические клиники нашего города.

– Честно говоря, мы могли бы найти для себя занятие и повеселей, – сказала я. – Как ты думаешь?

– Мы могли бы, например, позвонить Сереге и Прапору, – с готовностью подхватила Катька.

Из-за сегодняшней беготни мы совершенно забыли про наших бедных кавалеров. Теперь совесть у нас проснулась. Так что первым делом, оказавшись у меня дома, я набрала номер домашнего телефона Сереги. Там автоответчик посоветовал мне оставить свое сообщение. Я послушно оставила. Потом я набрала номер сотового Сереги. И с удивлением услышала, что его телефон временно заблокирован. Та же история повторилась и с Прапором.

– Ничего не поделаешь, – заметила Катька. – Придется подождать, когда они положат деньги на счет.

Затем мы открыли справочник и принялись звонить по психушкам. В первую очередь позвонили в больницу Степана Скворцова. Катька представилась старшим лейтенантом милиции Екатериной Уткиной и потребовала сообщить информацию о Толиной жене.

В справочной больницы с Катькой обошлись профессионально вежливо. Женщина сразу же полезла в компьютер и открыла нужный файл. Но никакой Татьяны Соминой у них не оказалось. Ни в восемьдесят первом, ни в девяносто первом, ни в двухтысячном году такая в этой больнице не находилась.

Затем мы планомерно обзвонили все больницы. И закончили свое путешествие в Кащенко. Нигде Татьяна Сомина не значилась.

– Мне кажется, что я сама схожу с ума, – призналась Катька. – Как же так?

– Остается предположить, что Толина жена не меняла фамилии, – сказала я. – И попала в больницу под своей девичьей фамилией.

– И где нам узнать эту фамилию? – простонала Катька. – У Толи?

– Вряд ли он захочет говорить на эту тему, – сказала я. – Но попытка не пытка. Поехали обратно на дачу.

И мы поспешно выскочили из квартиры. И стремительно бросились вызывать лифт. Из-за нашей поспешности мы не услышали, как зазвонил телефон у меня дома. Телефон звонил очень долго и настойчиво. Но когда он прекратил звонить, мы уже поймали такси и гнали забирать машину Толи.

Обратная дорога до Валиного загородного дома прошла без задержек. Лишь один раз мы остановились и то сделали это по своей воле возле дома Димы и его родителей. Но, к нашему удивлению, Димина мать – Марина Михайловна – еще не возвращалась из города. Сам Дима пропадал на речке, а дома был лишь его отец. Снова под градусом. Мы оставили мужика в покое и поехали к нашим.

– Наконец-то явились! – приветствовала нас Галина. – Вас тут разыскивали.

– Кто? – хором спросили мы с Катькой.

– Двое парней на джипе, – ответила Галина. – Один рослый, упитанный, с располагающим таким лицом, а второй – высокий смуглый брюнет. Тоже симпатичный. Но какой-то грустный.

– И где они сейчас? – прошептала я, узнав в нарисованном портрете Серегу с Прапором.

– Уехали, – жизнерадостно объяснила нам Галина. – Эти менты, которых оставил нам Голованов, не пустили их в дом. Ребята несколько часов ждали вас в машине возле дома, а потом уехали. Кстати, они очень злились, что вы, девушки, уехали без спросу. Я имею в виду, менты злились.

У меня было почему-то такое чувство, что не они одни на нас злились. Честно говоря, я даже малодушно обрадовалась, что Серега и Прапор уже уехали. Иначе крупного скандала нам с Катькой было бы не избежать.

– Да, ваши приятели просили передать вам вот это, – спохватилась Галина, доставая из кармана наши с Катькой сотовые телефоны.

– Класс! – обрадовалась я. – А больше они ничего не просили передать?

– Они еще сказали, что завтра с утра снова приедут, – сказала Галина. – И просили вас их дождаться.

– Спасибо, – поблагодарили мы ее. – А где Толя?

– Ой, с Толей совсем плохо, – запричитала Галина. – Он вылакал все спиртное, какое оставалось. И все время бредит про свою жену.

– Про Татьяну?

– А вы ее разве знаете? – удивилась Галина.

– Немного наслышаны, – пробормотала Катька.

– Жуткая история с ней приключилась, – сказала Галина. – Вы ведь знаете, что родители Татьяны погибли в автокатастрофе, а она сама после этого помешалась?

– Да, – кивнули мы.

– На Толю эта история тоже наложила отпечаток, – сказала Галина. – Его с тех пор словно подменили. Он раньше был такой жизнерадостный, все время сыпал шутками. А с тех пор помрачнел и замкнулся в себе. Я очень удивлялась, чего это он. Мне всегда казалось, что он к Татьяне был не слишком сильно привязан. Но, видимо, я ошибалась.

– А вы были близко знакомы с Татьяной? – спросила я.

– Нет, что ты, – пожала плечами Галина. – Видела ее всего один раз. Когда у них с Толей была свадьба.

– Жаль, – сказала Катька. – А то Алекс тут поспорил с Веней, как в девичестве была фамилия Татьяны.

– И что они говорили? – неожиданно заинтересовалась Галина.

– Алекс утверждает, что она носила фамилию Каблукова, а Веня говорит, что Кабанова, – тут же предложила ей на выбор две фамилии Катька.

– Вот они оба и не правы! – улыбнулась Галина. – Вообще не понимаю, откуда они взяли эти фамилии. Ничего общего с настоящей фамилией Тани эти две не имеют.

– А вы знаете Танину фамилию? – затаив дыхание и боясь спугнуть удачу, спросила я. – Откуда?

– Петр был свидетелем на свадьбе у Толи, – сказала Галина. – Фамилия у Татьяны была Рюрикова. Согласитесь, историческая фамилия. И вдруг – Кабанова…

Мы с Катькой кивнули.

– Поэтому она и запала мне в память, – сказала Галина. – И я прекрасно понимаю Татьяну, когда она не захотела ее менять на Сомину, то есть на Толину фамилию.

– Так, – пробормотала Катька. – Спасибо вам.

После этого мы помчались наверх. Прихватив по пути телефон, мы ворвались к себе в комнату и принялись названивать в психиатрические больницы. Список их у нас был с собой. В справочных нас уже узнавали. И без лишних комментариев принимались искать новую пациентку. В третьей по счету больнице нам повезло. Это была городская психиатрическая больница номер 4.

– Татьяна Рюрикова у нас в компьютере значится, – после непродолжительного молчания раздался голос медсестры из телефонной трубки.