Мираж в обручальном кольце - Дарья Калинина

– Никто, – признала я.

– Вот, она вполне могла убить Валю, а потом пустить воду в туалете и поднять крик.

– Мы с тобой выяснили, что Валентин шантажировал всех тем или иным способом. А интересно, чем он допекал Галину с ее мужем?

– Можно было бы спросить об этом у Маши, – сообразила Катерина. – Она может догадываться. И еще нужно спросить у нее фотографию Татьяны. Хотя бы самую плохонькую. Значит, решено, завтра же утром поедем сначала к Маше, потом в психушку, а потом…

– И еще не забывай, что нам предстоит разговор с Серегой и Прапором, – напомнила я ей.

– Это, пожалуй, самое сложное, что у нас намечается на завтра, – пробормотала Катька, погружаясь в дремоту.

Но поспать нам не дали. Буквально через пятнадцать минут в нашу дверь забарабанили. И голос Алекса вытряхнул нас из цепей сна.

– Вставайте, сони! – вопил Алекс. – Тольку арестовали!

Мы с Катькой живо вскочили с постелей. И вылетели в коридор.

– Как арестовали? – спросила Катька.

– Обыкновенно, – пробурчал Алекс. – Увели с собой.

– Это мы видели, – сказала я. – А разве они его не собирались потом отпустить?

– Нет, – покачал головой Алекс.

– Так что, выходит, они его в чем-то обвиняют? – прошептала я.

– А ты думаешь, что они с ним в игрушки играть пошли? – ядовито поинтересовался Алекс. – А все из-за той кассеты, которую ты нашла у Вальки в квартире. Менты как только ее увидели, сразу же подобрались и начали между собой переговариваться о том, что у этой девицы ведь был жених.

– Ну? – спросила я.

– Ну, а жених у нее Толя, – объяснил мне Алекс. – В общем так, охрану они с дверей не сняли. Хотя вроде бы ясно, что менты считают, что убийца – Толя.

– И всем остальным можно разъезжаться? – недоверчиво спросила Катерина.

– Пока нет, – пожал плечами Алекс. – Они сказали, что Толя пока только задержан до выяснения некоторых обстоятельств. Знаю я их обстоятельства, небось хотят, чтобы он протрезвел. А потом посмотреть, как он на кассету с Настей реагировать будет.

Сказав это, Алекс, как ни в чем ни бывало, потащил нас ужинать.

– Мы позовем Лару и спустимся, – сказала ему Катька.

Лариса сидела у себя в комнате и что-то вязала. При виде нас она поспешно спрятала вязанье в ящик стола. Но сделала это недостаточно быстро, поэтому я успела увидеть, что вяжет она крохотный носочек. Такой, что только впору младенцу на ножку. Я огляделась по сторонам. И мне впервые бросились в глаза мишки, гномики и мячики на обоях и занавесках. В этой комнате, чтобы она выглядела совсем уж закончено, не хватало только детской кроватки. И внезапно у меня в голове прояснилось.

– Лариса! – ахнула я, обведя вокруг себя рукой. – Это что такое?

– Что? – спросила девушка, старательно делая вид, что она ничего не понимает.

– Не притворяйся! – возмутилась я. – Ты прекрасно понимаешь, о чем я. Эта комната, которую ты выбрала, явно предназначалась в качестве детской. Кто мог поклеить эти обои и повесить занавески с гномиками? Уверена, что вы приготовили эту комнату вместе с Котей. Он хотел, чтобы его ребенок жил здесь. Хотя бы летом. Так? Так, да?

– Дашенька, не говори об этом никому? Хорошо? – умоляюще простонала Лариса. – Никому из них.

И она показала пальцем вниз, туда, где располагалась столовая, где сейчас собрались в ожидании ужина остальные.

– Но почему? – удивилась я. – Что в этом такого?

– Девочки, о чем вы? – перебила нас Катька. – Я ничего не понимаю.

Лариса тяжело вздохнула и сказала:

– Ладно, все равно тебе бы Даша рассказала. Лучше уж я сама. У меня есть ребенок. Мальчик.

– От Коти? – спросила Катька.

Лариса кивнула.

– Когда Котю отослали в Англию, я как раз через несколько месяцев должна была родить. Но мой бедный Стасик так и не увидел своего папу.

– Но если тебя признала Маша, а Валентин мертв, то почему нужно скрывать, что у тебя есть ребенок? – спросила я.

– От Маши я и не скрываю, – сказала Лариса. – Она знает о внуке. Остальные не должны узнать правду.

– Ты боишься, что они могут повредить ребенку? – затаив дыхание, спросила я.

– Да, – кивнула Лариса. – И это не просто опасение. Я точно знаю, что кто-то из них собирался его убить.

– Ребенка?! – ужаснулась я. – Но кто?

– Не знаю, – пожала плечами Лариса. – Страшно сказать, но, может быть, это был даже Валентин.

– Расскажи толком, – потребовала я. – С чего у тебя появились такие подозрения?

И Лариса начала рассказывать. После того, как Котя погиб, Лариса страшно горевала. И выжить в то страшное время ей помогла лишь мысль о том, что у нее вскоре родится ребенок. Частичка Коти. В родившемся мальчике мать души не чаяла. Мальчик был вылитой копией отца. И Лариса находила утешение, видя, как любимые черты ее мужа все ярче проявляются в маленьком сынишке.

Гром грянул как всегда неожиданно. Стасик тяжело заболел. Лариса вызвала врача и покорно кивала, слушая перечень необходимых ребенку лекарств. Но когда она пошла в аптеку, у нее в глазах просто потемнело. Стоимость лишь самых необходимых переваливала за тысячу. А еще нужен был массаж. И еще куча всякого, что стоило много больше, чем было у Ларисы.

– Иди к деду ребенка, – сказала прагматично мыслящая мать Лары. – Нам самим Стасика не вытянуть.

– Стыдно, – чуть не заплакала Лариса.

– Ничего не стыдно! – закричала ее мать. – Если хочешь, я сама схожу.

– Сходи, – обрадовалась Лариса.

Ларисина мать сходила. И, как ни странно, дед сразу же дал ей нужную сумму. Но впредь велел его не беспокоить.

– Когда мы рассказали об этом Маше, она страшно на нас с мамой ругалась, – говорила Лариса. – Кричала, что нельзя было говорить Валентину о существовании ребенка. Что это страшный человек и от него можно ожидать всякого. Она даже предложила отправить Стасика куда-нибудь подальше. Например, к ее родственникам в Тулу. Но мне показалось, что это чересчур. И что моя свекровь преувеличивает опасность.

Но оказалось, что права была Маша, а вовсе не Лариса с ее мамой. Первая птичка прилетела, когда на коляску Стасика на прогулке наехала машина. Если бы ребенок был в ней, то он бы, безусловно, погиб. К счастью, Лариса как раз в это время вытащила его из коляски, чтобы показать кошку, которая забралась высоко на дерево. Через день прямо перед коляской с последнего этажа дома с балкона, выходящего на черную лестницу, упал огнетушитель. Лариса отвезла ребенка домой, сбегала к председателю кооператива, и они помчались выяснять, чьи это шутки.