Темное дело - Лариса Соболева

– Я адвокат, а не беременная, мне нужна консультация.

– По какому вопросу? – не удивился доктор, видимо, привык к всякого рода сюрпризам от пациенток.

– Насчет беременности…

Введя его в курс дела, для чего Серафима не пожалела времени, а то, чего доброго, подумает, будто это ей лично нужен способ закабалить своего бойфренда, и утаит правду, она подошла к самому главному:

– Скажите, есть способы забеременеть без непосредственного участия мужчины, но от того, от кого женщина хочет заиметь ребенка?

И выжидающе уставилась на него, подавшись корпусом. От него сейчас многое зависело, если же и доктор разведет руками, то Никите правильно сказал врач из лаборатории: Сатана вмешался. Сатана не Сатана, а Сима вернется к изначальной точке, что Яну обманул Никита, несмотря на полученные факты, которые говорят об обратном. И вдруг он:

– Женщины и до этого додумались.

– Неужели?! – распахнула глаза Сима. Эх, давно бы вот так поговорить со специалистом, от сердца отлегло. – И что, это просто?

– Во всяком случае, не так сложно, как многие думают. Но нужно заполучить семенную жидкость, без этого… – Он слегка развел ладони в стороны, давая понять: все равно без мужика не обойтись.

– А как? Если мой доверитель утверждает, что даже не был знаком с ней? И он не лжет, я получила доказательства, а ребенок от него.

Доктор устроился на стуле поудобней, развернувшись немного боком к столу, закинул ногу на ногу и, облокотившись о столешницу, немного подумав, сказал:

– Итак, мамаша смухлевала, но сексом с отцом ребенка не занималась… А ведь все-таки контакт необходим… Я вам расскажу эпизод, который был с моим другом, а дальше вы уж сами кумекайте. Молодая особа хотела выйти замуж за одного успешного мужчину, который тянул с предложением и во время интимных отношений тщательно следил, чтобы она не залетела.

– Презервативом пользовался, – уточнила Серафима, покраснев. Не доводилось ей говорить с мужчиной так откровенно на интимные темы.

– Этот резиновый предмет подвел его. Начитавшись об искусственном оплодотворении и насмотревшись бразильских сериалов, женщина решила попробовать ввести себе семенную жидкость после полового акта в ванной комнате.

– И получилось?!

– Не с первого раза, но получилось. Это просто, в то же время существуют физиологические сложности, короче говоря, зачатие зависит от многих факторов. Это и способность к зачатию обоих партнеров, и качество спермы, и момент эякуляции, и время. Время очень важно, ведь сперматозоиды живучи в течение двух часов. Конечно, если бы оплодотворял врач, то дело продвинулось бы быстрее, хотя и он не дал бы стопроцентной гарантии. Но в вашем случае я не представляю, как и где она достала… – он улыбнулся, видя, как девушка покраснела, – материал.

– Спасибо, вы мне очень помогли. – Серафима дошла до двери, обернувшись, задала последний и несущественный вопрос: – Он женился на ней?

– Нет. Платит алименты.

– Я бы тоже не женилась. До свидания.

Едва она вышла из кабинета, мама и тетя Шура кинулись к ней:

– Ну как? Что он сказал?

– Ложная тревога, – ответила Сима. – Простите, мне надо бежать.

Поймав такси, она махнула рукой по направлению дороги:

– В отделение милиции, улица Фрунзе.

…И снова аэропорт. На этот раз Серафима встречала Никиту, они, конечно, перезванивались, так что он был в курсе ее деятельности, да по телефону всего не расскажешь, до мелочей все не обсудишь. Поездка на него подействовала благотворно, Никита появился подтянутый, посвежевший и улыбчивый, возможно, его воодушевил результат графологической экспертизы. А о разговоре с гинекологом Сима не сообщила, это вообще не телефонный разговор.

– Держи, – протянул он бумажный пакет. – Сувенир. Тебе.

Серафима не ожидала подарка да и внимания с его стороны, тут же заглянула внутрь и выудила оттуда двух красочных кукол в национальных украинских костюмах – чернявую дивчину и усатого хлопца.

– Ух ты! – выразила она восторг. – Какие славные! Обалдеть!

– Подарок с намеком, – хохотнул Никита, а Серафима надулась:

– Полагаешь, я не вышла из возраста, когда в куклы играют?

– Сожалею, что вышла, – возразил он. – Эта куколка на тебя похожа, не находишь? Дай бог тебе найти такого же хлопца. Моя машина на той стоянке… Кстати, и это тебе, – вручил он второй пакет, идя к платной автостоянке. – Киевский торт.

– Тоже с намеком? – подозрительно спросила Сима. – Считаешь меня обжорой?

– Сластеной. – Показав квитанцию сторожу, он открыл дверцу. – Прошу.

– Давай поедем в тихое место, нужно обсудить…

– Сначала к Лаэрту. Ну и имечко… – рассмеялся Никита. – А потом куда скажешь, туда и поедем. Можно прямо ко мне, у меня тишина и покой гарантированы.

Серафима покосилась на него, мол, что за новый намек? Дело-то к вечеру, но он не заметил косяков, ибо лавировал среди автомобилей.

– Через два дня суд, – поставила его в известность она.

– Ого! Так быстро?

– Панина жилы рвет, зараза. Мне сказала, что я защищаю негодяев и насильников.

– Кстати, как твой насильник коровы?

– Выиграла, – без хвастовства ответила Сима. – Устроила следственный эксперимент прямо в зале суда.

– Разве эксперименты допускаются в суде?

– Не желали допускать, я настояла ради справедливости. Принесла покрывало, расстелила и попросила ту корову лечь. А потом схожий комплекцией с обвиняемым парень попробовал протащить ее. Он с места не сдвинул ее! Это же все равно, что кролику тащить волоком носорога. Но она заверяла, будто обвиняемый оттащил ее в кусты, а сидели они и пили вино на берегу у самой воды, до кустов ой как далеко. Потом свидетелем выступил доктор, который осматривал ее после «насилия», сказал, что шишку на голове девица могла получить отчего угодно, но не от бутылки, и потеря сознания при такой шишке невозможна. В общем, выиграла, а потерпевшую теперь привлекут за ложь.

– Ты молодчага.

– Просто мне нравится моя работа.

– Слушай, а если Лаэрт не успеет к заседанию суда вычислить компьютер, а мы – отправителя, что будем делать? Графологической экспертизы достаточно для признания меня жертвой жульничества?

– Нет. Во-первых, у нас будут повторные результаты генетики. Во-вторых, я начну затягивать рассмотрение.

– То есть? – заинтересовался Никита.

– Видишь ли, в нашей практике существуют приемчики, которые называют гадские-адвокатские. Довольно подлые, но за неимением других доказательств воспользуюсь ими. Как говорится, с паном – по-пански, с хамом – по-хамски, то есть его же приемом буду бить.