Темное дело - Лариса Соболева

– Все равно выйдут на нас, – с бессильным отчаянием произнес он. И сделал еще одну попытку уговорить: – Разве не ясно, кого убирают? Мало того, на нас направляют ментов, это, надеюсь, для тебя не новость? Вспомни Катерину Андреевну и автоматчиков, которые посыпались из машины, как горох из мешка, и ринулись в подъезд…

– Не повторяй по сто раз, я не страдаю склерозом. Но если ты так озабочен, у меня есть рациональное предложение: сейчас мы поднимемся в номер, соберем вещи и поищем квартиру. Не думаю, что это место предназначено только для богатых, здесь наверняка сдают квартиры или комнаты простым смертным.

Он нахмурился и вздохнул, глядя в темные кукольные глаза подруги, а если честно – ух, как страшно оставаться одному, естественно, в душе радовался. Ответственность за нее от этого не уменьшилась, но будет смотреть по обстоятельствам, во всяком случае, в обиду не даст. Он взял ее кисть, прикоснулся губами к пальцам, а сказал по-отечески строго:

– Обещай слушаться меня.

– Мне это не удавалось, но я обещаю.

В номере заглянули в Интернет, подходящего жилья не подобрали, в основном предложения однообразные – номера в отелях и гостиницах. Даже частный сектор именовался «гостиницей», а там наверняка регистрируют по всем правилам бюрократии, требуя паспорт. Им подходило жилье, где хозяйка (или хозяин) всего лишь посмотрят паспорта. Решили побродить по поселку в поисках объявлений, купили газету, отметили несколько адресов и пошли по ним. Их устроила первая же квартира, точнее, комната в частном доме с отдельным входом, со всеми удобствами и даже маленькой кухней. Очень скромно, зато и цена более чем удовлетворительная. К тому же новое жилье недалеко от отеля, в котором они жили. Основную часть вещей перенесли на квартиру, не сдавая номер в отеле, и отправились обедать.

Торокову согласились помочь, предложение милиции было оптимальным: обзвонить гостиницы и отели.

– Но их тут до фига, мы до завтрашнего утра будем звонить, – пробурчал Ивченко, хотя своих идей не подкинул.

– Ну это ты загнул, – сказал милиционер с трубкой. – Алло, это из милиции, старший лейтенант Боркин. Не подскажете, в вашу гостиницу не заселились такие: Кораблев и Усольцева?..

– Можем пойти более простым путем, – сказал Тороков. – Он парень далеко не бедный, селиться в дешевой гостинце не будет, следовательно… Слушай, – обратился к милиционеру, – просей сначала пятизвездочные отели.

– Будет сделано… Хотя у нас здесь везде уровень европейский.

– Да ладно заливать, – хмыкнул Ивченко.

Милиционер звонил, а они ждали, выходили курить, Ивченко избегал разговоров с Тороковым, боясь однажды не выдержать и высказать все, что думает о нем. Погода и здесь промозглая, да еще туманом одарила, который загонял назад в здание. Наконец милиционер поднял руку, подавая сигнал к вниманию:

– Так… Никита и Серафима. Угу, а в каком номере? Угу… Спасибо. – Он кинул трубку на допотопный аппарат и, записывая на листе адрес, сказал: – Проживают такие, вот адрес, занимают седьмой номер. Помощь нужна?

– Думаю, сами справимся, – самонадеянно заявил Тороков.

– Тогда удачи вам, – пожелал милиционер.

Тороков с Ивченко сели в машину, юноша пару раз бывал в поселке, но этого недостаточно, чтобы с точностью навигатора просчитать маршрут и приехать в нужную точку, максимально сэкономив время. Приходилось расспрашивать прохожих, но все же это не город, добрались.

Администраторша напряглась, прочитав удостоверение:

– А… что такое?

– Ничего страшного, – улыбнулся ей Тороков, – это свидетели, нам нужно поговорить с ними. Мы просто предупреждаем на тот случай, если они выходили и сейчас вернутся, вы должны нас предупредить. Вот мой номер сотового. А мы их подождем у номера.

– Ключа нет, они в номере. В седьмом.

– Тогда порядок.

Навешал ей лапши с учетом, что подозреваемые, может статься, попытаются бежать, уж она-то сообразит поднять тревогу, само собой дорогу им перекроют, есть кому. Охрану держат, иной раз отели приходится защищать от разгулявшихся отдыхающих, как тут не держать?

На этаже было тихо и безлюдно, собственно, приезжают сюда не в номерах отлеживаться, тем более по гостинице слоняться. Тороков вытащил пистолет, Ивченко последовал его примеру, правда, поинтересовавшись:

– А стволы зачем? Может, сначала поговорим?

– Для устрашения. На людей дуло пистолета действует как заклинание колдуна – парализует. Они ж не готовы к встрече с нами, психологически сломаются сразу… Так, это здесь. Встань у стены. Как только откроют, сразу направляй ствол.

– С предохранителя снять?

– Ты идиот? Мы лишь попугаем.

Тороков постучал, за дверью девичий голос спросил:

– Кто?

– Служба безопасности отеля, проверяем сигнализацию.

Она приоткрыла дверь и остолбенела, увидев два пистолета, направленных прямо в нее, а Тороков грозно:

– Стоять, мили…

Но дверь перед его носом и носом Ивченко – хлоп! Оба неудачника ударили плечами по ней, однако девушка оказалась ловчее и быстрее, до удара повернула ключ в замке.

– Сейчас же откройте! – прорычал Тороков, толкая дверь.

– Что вам нужно? – панически вскрикнула она.

В висках пульсировало: это конец, бежать некуда. Тем не менее она не растерялась и рванула к спальне разбудить друга, а он уже был на ногах, поймал ее за плечи:

– Спокойно, я слышал. Говори с ними!

– Вы не милиция! – крикнула она, чувствуя дрожь в ногах. – Вы бандиты, у вас пистолеты.

– Мы покажем удостоверения, откройте! – разорялся Тороков, после чего тихо приказал Ивченко: – Беги за охранником и запасными ключами.

– Что делать? – спросила она.

– Черт… – держа ее за плечи, озирался он, будто попал в стаю волков. В сущности, ощущение волчьего окружения у него давно появилось…

Гадские-адвокатские

Обговорив с Лаэртом задание, выпили чаю с тортом, съели его до последней сладкой крошки, потом Никита отвез Прохора, а Серафиму привез к себе.

– Да не пью я, – отказывалась она, когда предложил ей выпить.

– А шампанского? – не сдавался Никита. – Между прочим, я привез его прошлый раз из Европы, это не газировка.

– Ну ладно, лей.

Бастион рухнул, Никита налил себе и девушке, прикинув в уме: сколько же времени ее склоняют к сексуальным отношениям, если на безобидный глоток шампанского она соглашается после длительных уговоров? И кто отважился соблазнить неприступную Серафиму? Ему бы евнухом стать в его-то нынешнем положении нечаянного отца и забыть о радостях любви навсегда, да кто ж добровольно на это пойдет? Однако уже подпирало, да и обстановочка располагала, ко всему прочему, если Симочку раздеть, она будет неплохо смотреться, мысленно Никита уже прощупал ее. Но приставать к Серафиме безнравственно, она такая строгая, сознательная, ответственная и… и еще какая-то… короче говоря, не такая, как все, тем не менее удивительно разнообразная…