Шепот питона - Cилье Ульстайн

Среда, 13 апреля 2005 года

Я заткнула пальцами уши. Сунула их поглубже, чтобы не слышать настойчивое шипение Неро. И закрыла глаза, чтобы не видеть его, хотя он лежал на кровати прямо передо мной. Всю ночь он сердито шипел, не давая мне уснуть. Я должна принести ему еду, что-нибудь, что он согласится съесть. К крысам питон больше не притрагивался, а на мертвечину смотрел с отвращением. На этой неделе он уже несколько раз попытался меня укусить. Один раз я даже брызнула в него «Листерином», чтобы отпугнуть. И меня не покидало чувство, что я предаю его. При мысли о еще одном котенке или щенке, как тот, которого я взяла у Аниты, меня воротило. И он понимал, что именно это означает. Я стала ценить других выше его.

Где-то рядом зажужжал телефон. Я вытащила его из-под кучи сваленной на стуле одежды. Квартира была тесной и захламленной, о чем я повторяла Аните, когда она умоляла показать, где я живу. Вот и сейчас звонила как раз она.

— Ты где? Можно я к тебе приеду?

Я взглянула на Неро. Тот разинул рот, продемонстрировав мне светло-розовую глотку. Ее вид напомнил мне о чем-то, но о чем, я так и не вспомнила.

— Я сейчас немного занята.

— Со мной совсем беда, — Анита шмыгнула носом. Говорила она хрипло. — Беда. Я наконец-то решилась. Ушла от Бирка.

Затаив дыхание, я молча глядела в розовую глотку Неро.

— Мама помогать не хочет, — всхлипывала Анита. — Я сижу в машине. Мама говорит, у нас с Бирком есть нечто ценное, а я все порчу. Она меня и слушать не желает. Обвиняет меня в том, что я ему вру и думаю только о себе. Говорит, что Авроре нужен отец… — Она хрипло зарыдала, и где-то рядом с ней подала голос Аврора. Судя по звукам, Анита взяла дочку на руки и принялась успокаивать.

— Я не знаю, что делать, — плакала она. — Можно мы поживем у тебя несколько дней, а потом я уеду куда-нибудь?

Я открыла рот, чтобы сказать, что тут тесно и беспорядок, все, что говорила обычно. Представила, каково тут станет, когда здесь поселятся Анита с Авророй, на этих нескольких квадратных метрах, где уже прячется змея. Нет, невозможно. Потом я представила, как Анита с младенцем в руках сидит в машине, а по ее щекам течет тушь вперемешку со слезами. Если ей некуда будет пойти, то придется вернуться к Бирку. А он — что он тогда с ней сделает?

— Дай мне час, — попросила я.

* * *

Я посадила Неро в сумку и отнесла его в свою старую квартиру, слушая его шипящие приказы. Я предала его. Разумеется, ему хотелось выбраться, он жаждал свободы, возможности охотиться и жить в согласии с природой. Ему ничто не мешало думать, что он волен поползти по траве и скрыться в лесу, хотя на самом деле, скорее всего, спустя пару дней просто застыл бы насмерть. Хотя воздух был весенний, по ночам вода замерзала.

Дверь была открыта; я вошла в коридор и сбросила обувь. В квартире висела тишина, даже музыки не слышно, а значит, Ингвара дома нет. А вот из гостиной доносился голос Эгиля. Тот похоже, говорил по телефону.

— Давно пора было, — сказал Эгиль, — сейчас я уверен в этом, как никогда.

В его голосе звенело воодушевление. Я заглянула в комнату и тихонько постучала по косяку.

— Мне пора, — сказал Эгиль, — попозже перезвоню. Мы это сделаем!

— Что именно? — спросила я, когда он положил трубку.

— Ограбим его. Уже в субботу. Всего три дня осталось! — Он похлопал телефоном по ладони. — У папаши важная встреча с каким-то заказчиком. Доступ к календарю он мне дал много лет назад, еще когда я с ними жил, — это чтобы мы с ним заранее договаривались о встречах… — Эгиль расхохотался. — Это уже о многом говорит, да? Ну да ладно. Я знаю, где он оставляет машину, так что останется только дождаться и напасть на него, — Эгиль притворился, будто бьет по телефону кулаком, — бам! Повалим его на землю, а пока он валяется, заберем у него ключи от дома. Где сейф, я знаю; код Дэвиду я сказал. Вот и всё. Присоединяйся.

Я покачала головой:

— В тюрьму неохота.

Он посмотрел на меня и хитро улыбнулся.

— Я тебе самое клевое не рассказал. В субботу первый матч на стадионе «Колор Лайн». В городе будет полно народу в болельщицкой одежде, поэтому нам надо лишь одеться как болельщики, и нас никто не заметит. Это будет идеальное преступление, совершенно точно.

— А кто ударит его?

Эгиль ухмыльнулся.

— Я! Причем с удовольствием.

— Если он тебя увидит, то поймет, кто именно его ограбил.

— Мы же наденем маски. А действовать будем очень быстро, он и разглядеть меня не успеет. — С неестественным возбуждением он снова ударил кулаком о ладонь.

— И у тебя хватит смелости? Собственному отцу по черепу засветить — здесь нервы нужны железные.

— Ты к чему это все? — Он нахмурился.

Я поставила сумку на пол и расстегнула молнию. Неро неподвижно лежал, высовывая язычок.

— Он твой, — сказала я.

Эгиль уставился на змею. Раздражение как рукой сняло.

— Ты серьезно?

— При одном условии. Ты никому не скажешь, что он жил у меня. Будешь говорить, что ты только что его купил.

Эгиль расхохотался.

— Так я ж уже всем растрепал…

— Придумай что-нибудь. Обсуди с Ингваром. У меня никогда не было никакой змеи. Ясно тебе?

Он кивнул.

— Если для тебя это так важно, то ладно.

— Главное, чтобы Анита ничего не узнала.

— Анита? Когда ты жила с нами, она постоянно тут зависала, а я тогда много про питона рассказывал.

— Аните я сказала, что ты врал. Она мне поверила. А вот сейчас ты купил себе питона.

Эгиль уселся на диван. Я наклонилась и погладила Неро по чешуйчатой голове, говоря про себя, что поступаю так ради него самого. Наши отношения — черная дыра, затягивающая меня внутрь. Пока положить этому конец, пока она меня совсем не поглотила.

— Дальше поступай, как считаешь нужным, — сказала я Эгилю.

Затем встала и направилась к выходу, желая побыстрее уйти из этого дома, оставить этот фрагмент жизни позади. И этот фрагмент вплоть до последней минуты был лишь фрагментом. Возможно, теперь жизнь наконец-то начнется по-настоящему.

— Хорошо прокатиться! — крикнула я с порога.