Брудершафт с терминатором - Татьяна Полякова

— Паршиво выглядишь, — потратив минуту насозерцание его физиономии, заявил гость.

— Уж какой есть, — засмеялся Алексей. —Извини, если не нравлюсь.

— Ага. — кивнул Седой, будто соглашаясь. Алексейповернулся к нам и сказал:

— Идите в дом.

— Чего ж ты гостей не приглашаешь? — неуверенноначала мать.

— Перебьются.

— И в самом деле, — весело согласилсягость, — мы здесь поболтаем, на свежем воздухе.

Екатерина Ивановна вошла в дом, я за ней и закрыла дверь,однако дальше не сделала ни шагу, стояла и подслушивала.

— У меня к тебе много вопросов, — вздохнув, началСедой. — Очень много. Но задавать их я не буду, по большому счету, делоэто не мое. Думаю, найдутся люди, и очень скоро, они и зададут. Ты знаешь, чегоя хочу. Был у нас с тобой разговор, и ты мне тогда ответил… Помнишь, что ты мнеответил?

— Помню.

— Вот-вот. И мне пришлось это проглотить, хоть и считаля, что за мою доброту… Ладно, неважно. Теперь расклад другой. И ты знаешь, и язнаю. Так вот, сроку тебе месяц. Месяц, и ни дня больше, и то потому, чтовыглядишь ты так паршиво. Ясно: ни на что ты сейчас не годен, а я человек спониманием. Через месяц не управишься, пеняй на себя. Наплюю я на былую дружбу,Алешенька, и сучку твою живой в землю зарою… И девчонку ее. Ты знаешь, у меняслово с делом не расходится. И глазами не зыркай: сам виноват. В нашем деле такпо-дурацки не подставляются. Удивляешь ты меня… но раз мне это лишь на пользу…в общем, ты понял.

— Понял, — после паузы сказал Алексей.

— Вот и отлично. Будем считать, договорились… А у тебяздесь хорошо, природа… Ну, давай, — закончил он со смешком.

Шаги, потом хлопнули двери и заработали моторы обеих машин.Алексей грязно выругался и вошел в дом.

— Ты чего здесь? — спросил он сердито.

— Чего они хотели? — испуганно прошептала я.

— Не твое дело, — привычно ответил он.

— Но этот человек сказал… он ведь нас имел в виду, меняи Сашку?

— Что? А… нет, не бери в голову.

— Ты врешь. Он сказал… я же слышала. Ты нам помог, итеперь эти люди… Чего они хотят?

— Иди в дом и перестань задавать глупые вопросы.

— Глупые? — возмутилась я. — Ты считаешь…

— Я считаю, глупо их задавать, если отвечать на них яне собираюсь. Это мое дело. Мое. Поняла? И тебя оно не касается. Скажи матери,пусть найдет, во что мне переодеться, и побыстрее. Мне надо уехать, ненадолго.

— Куда ты поедешь? Ты что, с ума сошел? Тебе нужно вбольницу…

— Заткнись, — оборвал он меня и громко позвал:

— Мама, рубашку дай…

Рубашку мать принесла. Он с заметным трудом облачился в нееи спросил:

— Ключи от машины где?

— В шкафчике, — засуетилась мать. — Алеша, тыбы, сынок…

— Не беспокойся. Все отлично. Последняя фразапоказалась мне едва ли не издевательской. Под нашими растерянными взглядами онсел в машину и уехал.

— Что ж теперь будет-то? — вздохнула ЕкатеринаИвановна. — Куда он… ох, господи.

— Я его дождусь, — неожиданно сказала я.

— Вот и хорошо, вот и ладно, будем ждать. —обрадовалась она.

Прошло два часа, Алексей не вернулся. Мы старательно делаливид, что ничего особенного не происходит, он ведь не сказал, когда вернется,чего ж попусту беспокоиться, но чутко прислушивались…

Время шло к вечеру, Алексей не появлялся.

— Давайте обедать, — заметила ЕкатеринаИвановна. — Сашка, поди, голодная, целый день на улице.

— Она печенье с молоком ела…

— Может, он к ночи приедет, чего ж ребенка голодомморить.

Мы сели обедать. Окно было распахнуто, и тут я совершенноотчетливо услышала шум двигателя. Мы переглянулись, Екатерина Ивановна сказала:«Едет», — и мы все вместе вышли на крыльцо. Увиденное повергло меня визумление. К дому сворачивал джип моего мужа, а вскоре и сам он вышел из машиныв сопровождении двух охранников.

— Папа! — закричала Сашка и бросилась к нему совсех ног.

Он подхватил ее на руки, прижал к груди и зажмурился, на егоресницах блеснули слезы, а я вдруг подумала: он не видел Сашку целый месяц.

— Как ты… как ты нас нашел? — спросила я, подходяближе.

— С тобой все в порядке? — поставив Сашку наземлю, спросил Анатолий.

— Да, конечно.

— Ну, вот и отлично. Садись, поехали.

— Но… видишь ли… я должна… — начала я мямлить.

— Садись в машину, — сказал муж и добавил совсемдругим тоном:

— Ты ничего никому не должна.

— Я просто хотела…

— Садись в машину.

Он взял меня за локоть и торопливо распахнул передо мнойдверь, я обернулась и растерянно позвала:

— Екатерина Ивановна….

— Поезжайте, — кивнула она, стоя на крыльце. Сашкабросилась к ней, вцепилась в ее подол и весело спросила:

— Баба Катя, ты к нам приедешь?

— Если позовешь, приеду…

— А когда?

— Ну, вот с делами разберусь…

— Ты поскорее приезжай, я по тебе скучать буду.

— Саша, — недовольно крикнул муж, — быстро вмашину! — Шагнув ей навстречу, подхватил на руки и устроился на заднемсиденье, двери тут же закрылись, и джип сорвался с места.

— Ты мне объяснишь… — начала я.

— Объясняться следовало бы тебе, — ответилон, — но это подождет.

Мне стало ясно, он не хочет говорить при посторонних, однакострах был сильнее желания сохранить приличия, и я сказала:

— Толя, я не уверена, что нам следует возвращатьсядомой. Мы здесь потому, что…

— Он мне звонил, — недовольно нахмурился он.

— Кто? — растерялась я.

— Этот тип. Алексей, кажется. Как, по-твоему, яоказался здесь?