Брудершафт с терминатором - Татьяна Полякова

— Вы выглядите необычно, только не задавай вопросов,объяснить я все равно не сумею. Необычно, и все. Раньше ты пожирала своего мужаглазами. Не в обиду тебе будет сказано — типичная влюбленная дура, а сейчассама в себе… и он какой-то дерганый. Да еще твоя странная болезнь, от которойты лечилась неизвестно где и названия которой, кажется, не существует. А вчераСашка болтала о какой-то бабе Кате и дяде Алеше. Ты что, влюбилась?

— Ты с ума сошла, — ахнула я. — Какиеглупости. Не знаю, что там болтала Сашка, все это чепуха. Баба Катя простохорошая знакомая, а Алексей ее сын.

— Я подруга, и ты могла бы мне рассказать…

— Поверь, мне нечего рассказывать.

— Никаких личных драм?

— Никаких.

— А что у тебя с работой?

— Если найду подходящую няню… мы скрываем от Сашки.

— Да, это ужасная история. Она ведь жила у вас годадва?

— Три.

— Близкий человек. Так ты поэтому? Извини… представляю,какой дурой я выгляжу, а все потому, что обожаю любовные истории. Знаешь, я неспособна влюбиться, совершенно не способна.

— Не болтай чепухи, — отмахнулась я, — тылюбишь Макса.

— Конечно. Но братскою любовью… Ладно, бог с ним. АЮльку жалко. Как это могло случиться? Впрочем, я опять болтаю чепуху. Я ведьвидела ее всего за несколько дней до гибели, представляешь? Кто бы могподумать…

В ее словах не было ничего необычного, однако я вдругпочувствовала себя неуютно.

— Ты имеешь в виду Сашкин день рождения? —спросила я.

— Нет, это было во время твоей болезни. Об этом мы какраз с ней говорили. Сашку увезли к свекрови, так, по крайней мере, сказала Юля,а у нее в связи с этим отпуск. Должна заметить: парень, с которым она егопроводила, был очень даже ничего.

— Какой парень? — насторожилась я.

— Ну, тебе лучше знать…

— Олег?

— Наверное, Олег. Если хочешь, спрошу у Макса.

Вот здесь мне стало действительно не по себе.

— Макс с ним знаком?

— Должно быть, знаком, если они встречались.

— Расскажи мне об этом поподробнее, — попросила я.

— Да рассказывать, собственно, нечего, — пожалаона плечами. — Я хотела сменить ковер в гостиной, старый простоосточертел. А Макс все никак не мог выбрать время поехать со мной. Я здоровозлилась, в конце концов, раз гостиная его, он мог бы… В общем, мы поехали помагазинам, и сначала все было отлично. Потом Максу это надоело, и он сталпридумывать себе дела, но я твердо стояла на своем. Потом он заявил, что у неговстреча, высадил меня возле «Малахита» и попросил подождать. Представляешь? Явдруг подумала, что если он сидит сейчас в каком-нибудь кафе с раскрашеннойстервой, а я как дура… Не смотри на меня, даже самых умных женщин иногдапосещают дурацкие мысли. И я решила проверить, с кем он там встречается. Онсказал, что будет в «Радуге», и я направилась туда, благо там ходьбы пятьминут. Вошла и увидела, что Макс сидит с каким-то парнем. Слава богу, что онменя не видел, я бы сгорела со стыда. Я потихоньку смылась и тут встретила твоюЮльку. Мы немного поболтали, пока не появился Макс с этим парнем, они вместевышли из кафе. Я потянула Юльку в подворотню, чтобы Макс меня не видел,пришлось бы объяснять, что я здесь делаю, раз мы договорились встретиться у«Малахита». Ну, а твоя Юлька, увидев парня, бросилась к нему и даже попрощатьсясо мной не успела, так торопилась. Впрочем, как я уже сказала, он того стоит.Красивый парень. Юлька красотой не блистала… ох, господи, опять мой дряннойязык… Я имела в виду, отхватить такого парня — это искусство.

— Красота не главное. Может, он ничего особенного изсебя не представлял.

— Вряд ли Макс стал бы платить деньги полномуничтожеству.

— Платить деньги? — переспросила я.

— Ну да, я сама видела. Когда они сидели в кафе, Макспередал ему конверт.

— Почему обязательно деньги?

— Потому что парень в конверт заглянул, Говорю тебе,там были деньги, уж можешь мне поверить. В общем, мне стало интересно, и янемного поспрашивала Макса.

— И что он сказал?

— Ничего особенного. Сказал, что встречался с парнем,который на него работает. Само собой, про Юльку я промолчала, иначе пришлось бырассказать о припадке ревности, постигшем меня. А через несколько дней яузнала, что Юлька погибла. Ужасно, правда? Ты не озябла?

— Нет.

— А меня что-то знобит. Пойду-ка спать.

Майя ушла, а мне вдруг разонравились сельские красоты. Явернулась в комнату, где спали Сашка и Анатолий. Муж поднял голову от подушки исонно спросил:

— Ты чего?

— Поедем домой.

— Домой? С какой стати? Который час?

— Половина седьмого.

— Ты с ума сошла… О, господи, как голова трещит.Принеси сок, нет, лучше кофе.

— Толя, поехали домой.

— Как, по-твоему…

— Я буду за рулем.

— Да в чем дело?

— Просто хочу домой.

— Ну, хорошо, — помедлив, сказал он. —Хозяева встали? Как-то неловко покидать дом, не простившись с ними. И Сашке надовыспаться.

— Будить ее необязательно.

— Слушай, что произошло? — спросил он уже вмашине. — Наш отъезд больше похож на бегство. Я вчера выпил лишнего, но недумаю, что смог натворить что-то такое…

— Дело не в тебе. Толя, когда вы встретились в кафе сЮлькой, что она тебе рассказала?

— Кажется, мы уже сто раз обсуждали… Нельзя ли забытьэту историю? Как будто мы мало пережили… а ты с маниакальным упорством…

— Толя, что она тебе рассказала?

— Тише, разбудишь Сашку. — Он замолчал, а я стоской подумала: «Он тянет время».

Мы подъехали к дому. Анатолий подхватил Сашку на руки,поднялся в ее комнату, а я прошла на кухню, приготовила кофе и стала ждать его.Он появился минут через пятнадцать, устроился за столом, выпил кофе и сталкрутить в руках пустую чашку.

— Почему ты молчишь? — спросила я.

— А что я должен сказать?

— Я дважды задала тебе вопрос.