Чистильщик - Бретт Баттлз

Тому Таггерту, который интересовал Квина, было около пятидесяти лет. По крайней мере, такое представление о нем давала фотография на водительских правах, которую Квин получил от Энн Хендерсон. Вначале Квин накинул в разные стороны по пять лет, но, подумав, пришел к выводу, что следует брать в расчет только мужчин, возраст которых колеблется от сорока восьми до шестидесяти пяти. Список уменьшился до двадцати пяти упоминаний.

Семь из них относились к одному и тому же человеку, профессору университета Клемсона. Две — к жителю Ист-Лэнсинга, штат Мичиган, который боролся против разрастания торговой зоны в своем городе. Двенадцать статей относились к различным точкам автосервиса в Кентукки, принадлежащих одному и тому же Роберту Таггерту. И только в оставшихся четырех упоминались разные Роберты Таггерты.

Поиски Квина прервал неожиданный стук в дверь. Гостиничный служащий принес в номер обед. Когда он поставил поднос на стол, Квин протянул ему пять евро. Тот взял деньги, вежливо улыбнулся и вышел.

Вернувшись за стол, Квин занялся стейком. Откусил от него кусок и вновь взялся за компьютер. Вскоре ему удалось отыскать фотографии пятерых из упомянутых Таггертов: профессора, борца из Мичигана, короля бензоколонок и двух других. Ни один из них и близко не походил на погибшего при пожаре в Колорадо. И хотя изображений двух оставшихся Таггертов у него не было, судя по прочитанным о них статьям, Квин сделал вывод, что ни один из них не мог быть тем человеком, которого он искал.

Как он и подозревал с самого начала, в Интернете не нашлось ни одного упоминания о том Таггерте, который его интересовал. Отсюда напрашивалось два вывода. Первый: этот Таггерт не сделал ничего такого, чтобы его имя появилось в сети, в чем Квин сильно сомневался. Второй: «Таггерт» было не настоящее имя жертвы пожара в Колорадо, что гораздо больше походило на правду.

Склонившись ко второму предположению, Квин битый час занимался поиском людей, по описанию и возрасту походивших на погибшего в Колорадо человека. Таковых оказалось несколько, и каждого из них Квин взял на заметку. Полученную информацию он собирался предъявить Орландо при их первой встрече в Берлине — пусть попробует ее разгадать.

Он оставался в сети еще минут сорок, потом вышел из Интернета и переключил компьютер в режим ожидания. Встал и потянулся. Тело, в течение долгого полета пребывавшее в скрюченном положении, откликнулось на движение с благодарностью. Почти вся еда осталась на тарелке. Поборов неодолимое искушение доползти до кровати и лечь спать, Квин рухнул на диван и взял телефон.

— Ты где? — раздался в трубке голос Питера.

— В пути, — ответил Квин.

— Еще не в Берлине?

— Дюк сказал, что я не понадоблюсь ему раньше воскресенья.

— Разве? Впрочем, это не лишено смысла.

— Почему?

— Он заверил меня, что на следующей неделе намечается некая встреча. У него есть основания считать, что она имеет отношение к… нашей ситуации. Сейчас он пытается уточнить место ее проведения. Когда ему удастся это сделать, в игру вступишь ты. Установишь жучки, и мы проверим, насколько он был прав.

— Ты, часом, не узнал, кто приложил руку к нашему делу? — осведомился Квин.

— Пока не имею ни малейшего представления.

Квин хотел было поделиться с ним сведениями, полученными от Пайпера, но передумал. Нужно было прежде их самому проверить, чтобы не подлить понапрасну масла в огонь.

— Говорят, заказ на меня отменен, — произнес Квин.

— Да, я тоже слыхал. Считай, тебе повезло.

— Скорее всего, у них просто что-то не сложилось.

В трубке воцарилась тишина.

— Много пострадавших? — участливо поинтересовался Квин.

— Чуть ли не весь основной ресурс. Каждая оперативная группа понесла потери.

— Сколько на сегодня жертв?

— Семь точно. Насчет еще троих пока что выясняется. Кроме того, трое в больнице. И еще один — дома, с сотрясением мозга.

— Как у вас там обстановка?

— В последние дни все тихо и спокойно. Тем не менее я остерегаюсь лишний раз показываться на улице.

— Сколько операций за последнее время тебе удалось запустить в ход?

— Ты шутишь? Единственное, на что я оказался способен, — это поучаствовать, да и то краем, в вашей с Дюком связи. Не будь вас, я бы оказался в полной изоляции. Мне сейчас не по зубам организовать даже элементарную оперативную операцию. Теперь мы — я имею в виду тех, кто находится здесь, в округе Колумбия, — больше их не интересуем. Они добились своего — выбили нас из седла. Хоть ненадолго, но тем не менее.

— Штатные сотрудники Офиса их больше не интересуют, — сказал Квин скорее себе, чем Питеру.

— Думаю, что ты попал в этот список по ошибке. Впрочем, теперь это не важно. Тебя это больше не коснется.

На время они оба замолчали. Первым тишину нарушил Питер:

— Позвони мне, когда приедешь на место.

Большую часть субботы Квин знакомил Нейта с Берлином. Город имел весьма развитую сеть городского общественного транспорта. Наиболее достопримечательными его видами являлись скоростная железная дорога и метрополитен. Метро служило подземным средством передвижения, а железная дорога преимущественно наземным. Преимущественно — потому что подчас ее путь тоже пролегал под землей. Очевидно, даже великие немецкие замыслы не всегда оказывались верхом совершенства.

Квин с Нейтом катались на электропоездах на протяжении нескольких часов. Попутно Квин проверял свои старые места явок, которые никогда не выбирал внутри помещений во избежание возможности быть кем-нибудь узнанным. Ему было приятно обнаружить, что большинство из его бывших «безопасных» мест не утратили своего прежнего качества. Уже миновав пивную «Золотой круг», Квин остановился и беглым взглядом окинул улицу. Как никогда прежде, его одолело искушение зайти внутрь и что-нибудь выпить. Но он поборол его и повел своего спутника обратно в метро.

Одно дело — искушение, а совсем другое — безрассудство.

— Надеюсь, ты шутишь? — умоляющим тоном произнес Нейт.

— Я же говорил, чтобы ты одевался теплее, — напомнил ему Квин.

— Я оделся тепло.

Они стояли в темной нише у входа в старое офисное здание. Полквартала отделяло их от ресторана «Амирит», в котором у Квина было назначено свидание с Орландо. В этот вечер погода выдалась на редкость холодной. По прогнозу температура ожидалась ниже пяти градусов мороза. На Нейте была легкая спортивная куртка поверх теплого свитера и темная вязаная шапочка. Одной рукой он держал дышащую паром чашку кофе, а другую отогревал в кармане куртки.

— Наше свидание не затянется долго. Час, от силы полтора, — пообещал Квин. — Заметишь что-нибудь подозрительное — сразу шли мне сообщение «девять-одиннадцать».

Нейт вынул из кармана руку с телефоном.