Чаша Бланшара - Джанет Глисон

Агнесс вышла в ночь с Питером с одной стороны и Томасом Уильямсом — с другой. Дождь несколько поутих, но улицы, все еще достаточно мокрые, отражали свет из окон домов и лавок. Начал дуть резкий северо-восточный ветер.

— Насколько я понимаю, констебль нашел труп Роуз, — тихо сказала Агнесс Томасу, когда они, борясь с природными невзгодами, преодолевали небольшое расстояние до Бред-стрит. — Он сегодня днем заходил к Бланшарам.

— Да, — так же тихо ответил Томас. — Я показал ему место, которое вы описали. Он велел там копать, и мы нашли ее без особого труда. Я даже смог ее опознать.

— И в каком она была состоянии? — спросила Агнесс.

После рассказа Элси и разговора за ужином ей не хотелось больше ничего об этом слышать, но почему-то она решила, что должна спросить.

Уильямс покачал головой с таким видом, будто хотел сказать, что подобное зрелище лучше поскорее забыть.

— Вы бы не захотели на нее смотреть, — тихо ответил он. — Ее очень изуродовали грязь и вода, к тому же мусорщики сняли с нее почти всю одежду.

Агнесс смотрела вдоль улицы, крепко сжимая худенькую ручонку сына. Не было никакой основательной причины, чтобы думать о Роуз, но она никак не могла успокоиться и все время возвращалась к этой теме.

— Если мы не поймем, почему она ушла в ту ночь с Фостер-лейн, нам наверняка не удастся найти ее убийцу. Я думала, что причиной ее ухода является мужчина и это никак не связано с грабежом. Но то, что Роуз и подмастерье были убиты одинаково, доказывает, что связь должна быть.

— Возможно, что она как-то содействовала краже, а когда надобность в ней отпала, ее убили, — предположил Уильямс.

— Здесь может быть и связь с уходом от налогов, — добавила Агнесс. — Мистер Мэттью рассказал мне, что поймал Роуз с подносом, до которого ей не было никакого дела, кстати, с тем самым, который вы недавно осматривали.

— Гмм… Я бы сказал, что, скорее, здесь дела сердечные.

Агнесс взглянула на него. Несколько секунд она молчала, глядя на громадину собора Святого Павла, тяжело нависающую над домами. С такого близкого расстояния казалось, что он принадлежит совсем другому городу, с иными размерами и пропорциями. «Интересно, — подумала она, — была ли такая цель у сэра Кристофера Рена — унизить увидевших его творение, вызвать трепет перед этим архитектурным величием и добиться таким образом покорности?»

— Как и вы, я считала, что за всем этим стоит мужчина, — сказала она, — но теперь думаю иначе. Возможно, любовь здесь ни при чем. Роуз не хватало скромности, зато у нее был отменный аппетит к противоположному полу, причем при этом она не испытывала нужды в романтических чувствах. Если же вспомнить поднос и деньги, которые у нее видели, то, скорее, она сбежала из-за участия в уходе от налогов и от Рили.

— Вы думаете, что после мелкого мошенничества с налогами Рили вошел во вкус и организовал кражу чаши для охлаждения вина, причем убил и подмастерья, и Роуз?

Агнесс не обратила внимания на скептический тон спутника:

— Вы считаете, он на такое не способен?

— Может быть, — уступил Томас. — Но я по опыту знаю, что физическое влечение вовсе не исключает романтических чувств, скорее наоборот.

Агнесс смущенно замолчала, не зная, что ответить. Она сама затронула незнакомую ей тему, и ее наивность, вероятно, была очевидной. «Не предисловие ли это к его собственным порочным намерениям?» — подумала она, возблагодарив Господа за темную ночь, скрывающую ее покрасневшие щеки, и решила уйти от скользкой темы.

— Давайте оставим пока желания Роуз, мистер Уильямс. Я рассказывала вам о том, что Нэнси якобы нашла двадцать соверенов под матрасом Роуз. Элси же говорила, что этих денег не видела, но я ей не очень-то верю. Мне все еще кажется, что Роуз их собрала, действуя заодно с Рили. На эти деньги она могла бы жить, не завися от мужчин, во всяком случае, несколько месяцев. Поэтому я предполагаю, что она бежала от какой-то беды. Возможно, она узнала о плане Рили украсть чашу и решила, что это для нее уже чересчур. Возможно, она боялась отказать Рили, вот и сбежала, но он все равно ее догнал.

— Действительно, такая возможность существует, — согласился Томас Уильямс, когда они остановились у темной двери на Бред-стрит. — Но если честно, я не верю, что они с Рили смогли собрать такую сумму.