Фактор страха - Чингиз Абдуллаев

Подъехав к ресторану, Шпицын приказал боевикам окружитьздание и по его сигналу открыть огонь. Опасаясь засады, он вошел в зал всопровождении трех вооруженных боевиков. В самой глубине сидел Шахматист.Неподалеку его телохранитель, смотревший в окно. Шпицын никогда не мог понять,почему такие известные авторитеты часто имеют всего одного телохранителя иливообще обходятся без охраны. А дело было в том, что на авторитета никто не могнапасть без согласия других авторитетов.

Шпицын подошел к Шахматисту, его телохранители уселись вуглу.

— Здравствуйте, — поздоровался Шпицын, но несадился, ждал разрешения.

— Здравствуй, — сказал Галкин, — садись.

Шпицын сел на краешек стула, все еще ожидая подвоха.Шахматист, очевидно, это почувствовал.

— Чего боишься? — спросил, глотнув кофе. —Думаешь, на тебя нападут? Вон какую охрану привез.

— Ничего не боюсь, — вздохнул Шпицын, — выпозвонили, я и приехал.

— Правильно сделал. — Галкин допил свой кофе и какбы между прочим спросил:

— Из Берлина не звонили?

— Нет, — соврал Шпицын, — там все в порядке.

Про Мару и Фанилина ничего не сказал. Хотел выяснить, какШахматист мог так быстро узнать о смерти Матвея.

— Зачем столько ребят привез? — снова спросилГалкин. — Не доверяешь мне?

— На всякий случай, — уклончиво ответил Шпицын.

Галкин поднялся, кивнул своему телохранителю и пошел квыходу. Телохранитель бросил на стол пятидесятидолларовую бумажку и поспешил зашефом. Боевики Шпицына пропустили их и тоже направились к выходу. На улицеГалкин показал на свой «мерс».

— Садись. Покатаемся.

Шпицын кивнул и сел в автомобиль, рядом с Шахматистом. Егомашины тронулись следом. Тот оглянулся, заметил их.

— Значит, не доверяешь мне, — Шахматистусмехнулся, — ладно, дело твое. Если нравится, устраивай этот парад хотькаждый день. Только не спасут они тебя. Охрана для виду. Защитить можетсобственный авторитет и сила. Или смерть Матвея тебя так напугала?

— Не напугала, — глухо ответил Шпицын, — егоубили прямо у дверей.

— Откуда ты знаешь? — удивился Галкин. —Этого даже я не знаю.

— Водитель поднялся наверх, открыл своими ключами дверьи увидел убитого Очеретина. После этого позвонил мне. — Тут Шпицын чутокпогрешил против истины, не сказал, что это он сам позвонил.

— Хороший у тебя водитель. А вот мне новость сообщилисовсем другие люди. У Павлика-Чертежника есть мой человек, он и сказал мне обубийстве Очеретина и двух его боевиков. Тогда решил позвонить тебе. Но тымолодец, все уже знал.

— Зачем они его убили?

— Предупреждение, — вздохнул Галкин, —последнее предупреждение твоему шефу. Он должен заплатить деньги. Много денег,Толик. А их у него сейчас нет. До пятнадцатого нужно перевести крупную сумму насчет казино «Мажестик». Иначе его могут закрыть. Но сделать это никто непозволит. На казино завязаны интересы очень известных людей. К тому же оченьопасных.

— Чиряев в тюрьме, — напомнил Шпицын, — онидолжны это понимать.

— Они понимают. Но если завтра Чиряева выдадут Москве,деньги, считай, пропали. А их это ну никак не устраивает. Им хочется получитьденьги обратно.

— Я передам ему, — пожал плечами Шпицын, — ночто можно сделать, сидя в тюрьме?

— Драться, — сурово произнес Шахматист. — Васвообще за людей не считают. А ты сидишь здесь, скулишь — что можно сделать?Драться. Показать, что вы еще в силе. Показать, кто такой Евгений Чиряев. Утебя сто пятьдесят боевиков. Да, да, сто пятьдесят, — повторил Шахматист,заметив, что Шпицын собирается возразить. — И «крыша» у вас надежная.Сколько «мусоров» работало на Чиряева, не сосчитать. Нанеси ответный удар,покажи, на что ты способен.

— Он приказал нам найти его женщину и Фанилина, —сказал, наконец, Шпицын, — Матвей к ней поехал, и его там убили.

— Это была засада, — уверенно заявилГалкин, — и если будешь сидеть сложа руки, они и с тобой покончат. Тыпоследний из людей Чиряева. Уберут тебя, потом доберутся до него. Им не деньгинужны, им нужно показать, кто хозяин в городе. Разделаются с вами, возьмутся занас.

— Мы не справимся, — неуверенно произнесШпицын, — мы не справимся.

— Если будешь бояться, не справишься, — согласилсяГалкин, — а не будешь бояться, мы их быстро поставим на место. Сейчассамый подходящий момент.

— Евгений Алексеевич против войны, — твердо заявилШпицын.

— Он сейчас в тюрьме, — напомнил Шахматист, —сегодня убили вашего авторитета, Очеретина. И вы все это проглотите? Позволитечерножопым командовать в городе? Наезжать на вас? Забыл, как четверых вашихположили несколько лет назад?

— Сам не знаю, что делать, — сказал Шпицын,мучительно размышляя.

— Ты теперь за главного, — сказалШахматист, — найди Тумасова, пусть обрисует Чиряеву ситуацию. Еслиначнете, мы вас поддержим. Хватит этим кавказцам и среднеазиатамбеспредельничать. Мы их раздавим. Я говорил с Вольфом. Он согласен. Они всеравно вас не оставлят в покое.

Шпицын достал мобильный телефон, взглянул на часы. В Берлинесейчас половина одиннадцатого утра. Набрал номер отеля, где жил Тумасов, рядомс тюрьмой.

Тумасов сразу ответил.

— Здравствуйте, Аркадий Федорович, — Шпицынобрадовался, что застал адвоката.

— Вы нашли человека, о котором я говорил? —спросил адвокат.

— Его нигде нет, — Шпицын побледнел. Нужно будетобъяснять, почему они до сих пор не выполнили поручения.

— И второго найди, — напомнил адвокат, —птичку, которая вам мешает.

— Найдем, — пообещал Шпицын, — вы увидитесегодня Евгения Алексеевича?

— Нет. Я уже был у него с утра. А в чем, собственно,дело?

Шпицын оглянулся на сидевшего рядом Галкина и выдавил:

— У нас несчастье. Матвея Очеретина убили.

— Что? Как это убили?

— Убили, — подтвердил Шпицын, — сегодняутром, и мы не знаем, что делать.

Шахматист выхватил у него аппарат и сказал адвокату:

— Галкин говорит. Передай Чиряеву, что мы готовыначать. Пусть даст согласие, и мы им покажем, кто в городе хозяин. Ты меняпонял? Скажи, Матвей попал в засаду. Нам нужно только согласие Жени.

— Понял, — тихо произнес адвокат. — Это нетелефонный разговор. Я все понял. Передам.

Он перевел дух, с ужасом думая о том, как среагирует на всеэто Чиряев, который ждет не дождется сообщений о Фанилине.

— Что с женщиной?