Убийство у алтаря - Вероника Хэли

Элли не согласилась, но других предположений у нее не было. У нее снова начала болеть голова, и ей захотелось поскорее лечь в постель.

Наконец миссис Доуз с трудом поднялась из кресла и объявила, что ей пора. Элли проводила ее до двери, продолжая беседу. Миссис Доуз была доброй женщиной. Элли заметила, что дверь в кабинет плотно закрыта, а Диана все еще разговаривает по телефону.

Это требовало немедленного расследования, но, когда Элли выпускала миссис Доуз, на дорожке появились инспектор Клэй и его подручный и спросили, можно ли с ней переговорить.

Диана, должно быть, услышала мужской голос, потому что, закончив телефонный разговор, вышла в прихожую, чтобы сказать, что ее мать чувствует себя недостаточно хорошо для допросов.

– Конечно, я чувствую себя достаточно хорошо, – возразила Элли. В этот момент зазвонил телефон, и Диана бросилась обратно в кабинет, чтобы ответить на звонок, на этот раз оставив дверь приоткрытой.

Инспектор Клэй вопросительно посмотрел на нее.

– Моя дочь, – объяснила Элли. – Она пытается ухаживать за мной. Считает, что мне нужна сиделка. Но на самом деле, если не считать различных ссадин, синяков и усталости, со мной все в полном порядке. Не хотите ли пройти в гостиную?

– …что она сказала?! – Голос Дианы звенел от гнева. – Но она согласилась… да, конечно, я понимаю, что на самом деле это не ее вина, но… да, конечно, ты должен идти, я это понимаю. Но я здесь в самом центре событий, и… да… да. Хорошо, я просто сделаю все остальное дома. Да, я возьму сэндвич и сразу же отправлюсь в путь. Да, да. Чмоки-чмоки. Пока.

Диана с разъяренным видом ворвалась в гостиную.

– Звонил Стюарт. Начальник вызвал его на работу после обеда, а няня не сможет прийти, так что мне придется вернуться. А я еще не собрала твои вещи. Как думаешь, ты могла бы сложить кое-какие вещи в сумку и быть готовой через полчаса?

– Все в порядке, дорогая. Знаешь, я бы предпочла остаться здесь. Меня все еще немного трясет.

Диана кивнула, смирившись с ситуацией.

Элли почувствовала смесь вины и облегчения. Но от привычек трудно избавиться, и она сказала достаточно убедительным тоном:

– С твоей стороны было очень любезно приехать и присмотреть за мной. Я буду скучать.

– Ну мы расстаемся ненадолго. Тебе лучше приехать завтра на поезде. Думаю, ты сможешь попросить кого-нибудь купить тебе билет. Возьми такси до вокзала и сядь на двенадцатичасовой поезд. Я встречу тебя на станции. Возьми с собой только то, что понадобится на несколько дней.

– Диана, я понимаю, что ты хочешь как лучше, но…

Взглянув на часы, Диана вскрикнула и побежала вверх по лестнице.

– Мне нужно идти!

– Срочные домашние дела, знаете ли, – объяснила Элли полицейскому. – Кофе? Чай?

– Ничего не надо, спасибо. Я понимаю, что вчера вы пережили нелегкое испытание. Знаю, что в больнице вы уже беседовали с моими коллегами, но не могли бы вы повторить все для меня?

Элли так и сделала, стараясь не упоминать о том, что в последний раз видела Кейт, когда та выходила из дома через заднюю дверь.

– Вчера вас спросили, знаете ли вы какую-либо причину, по которой кто-то мог захотеть взорвать машину вашей соседки…

Возможно, полицейский был не так глуп, как казался.

– …и я ответила – хотя, возможно, мне не следовало этого делать, – что Кейт и Арман не ладили, что он использовал ее как грушу для битья. Да, я действительно это сказала. Но, знаете, я тут подумала, и мне кажется, что Арман не стал бы взрывать машину своей жены. Он хочет ударить ее, заставить страдать, но убить? Нет.

– Если это не муж, то логично было бы еще раз взглянуть на убийство бывшего парня Кейт, не так ли?

Элли вздохнула.

– Я понимаю это, но не верю, что Кейт убила его. Ферди был ее старым школьным другом. В тот вечер он расстроил ее, наговорил гадостей про мужа, и она убежала в слезах. Именно тогда я ее и видела.

– Но вы не сообщили об этом, когда было обнаружено тело, не так ли? На самом деле, я помню, вы сделали заявление о том, что вообще ничего не видели.

– Да, но, хорошенько подумав, я вспомнила.

Это прозвучало неубедительно даже для нее. Элли не удивило, что инспектор посмотрел на нее с недоверием.

Он подошел к заднему окну.

– Вы видели ее отсюда?

Элли присоединилась к нему.

– Да. Она побежала по дорожке от церкви, свернула в переулок и помчалась налево, это самый короткий путь к парку.

– Отсюда открывается прекрасный вид на церковь.

– Это мой любимый вид. Обычно здесь так спокойно. Миссис Доуз увидела меня в окне, когда выскочила из церкви после обнаружения тела, и поэтому прибежала сюда, чтобы позвонить в полицию.

Диана просунула голову в дверь.

– Я уезжаю, мама.

– Береги себя, дорогая. Поговорим вечером по телефону. Нам нужно кое-что обсудить, не так ли?

– Чмоки-чмоки, – сказала Диана и исчезла.

Элли подумала, что, когда дочь в детстве взяла в привычку повторять «чмоки-чмоки», это казалось очаровательным. Теперь это выглядело совершенно иным образом. Полицейский задумчиво посмотрел на нее, а затем – на дверь, за которой скрылась Диана.

– У вас с ней недопонимания?

– Она чрезмерно опекает меня. Думает, что я не справлюсь. Очень мило с ее стороны было бросить все и приехать вчера, и я это оценила. Мне не помешала нежная забота после того взрыва.

– Это точно. А теперь давайте вернемся к ночи убийства. Вы стояли здесь. Свет был включен?

– Свет в гостиной? – Элли поняла, к чему он клонит. Если б в комнате горел верхний свет, все снаружи казалось бы черным и она не смогла бы разглядеть Кейт. – Были сумерки, не совсем темнота, но почти. На церковном дворе должно было гореть освещение, потому что оно включается в сумерках. Вон та боковая лампа работает по таймеру. Я действительно не помню, была ли она включена или нет.

– Но вы наверняка видели все, что происходило у церкви, если, как говорите, стояли здесь, у окна.

– Ну, и да, и нет. Видите ли… – Элли рассказала о похоронах Фрэнка и таблетках, из-за которых чувствовала себя очень странно. – Поэтому я действительно не могу быть уверена в том, что видела. Какое-то время я даже не была уверена, что видела Кейт на самом деле. Думала, что это могло быть частью моих ночных кошмаров.

Инспектор сильно настаивал, но Элли не сдавалась.