Катя, жена бандитская - Владимир Колычев

– Ну, я обещал…

– Кому?

– Хозяйке… Екатерине Афанасьевне.

– А зачем вы ей обещали?

– Ну, она просила никому не рассказывать.

– Почему?

– Сначала просила в суд не подавать, извинялась, что так произошло, компенсацию выплатила… И отпуск оплатила. Мы с женой в Египте две недели отдыхали, там сейчас хорошо, море теплое…

– А в больницу вы обращались?

– Да нет, меня не очень сильно шарахнуло. В смысле, удар сильный был, но на мне резиновые сапоги были… В общем, не убило.

– А могло?

– Ну, так Екатерина потому и заплатила.

– И в отпуск отправила?

– Ну, да.

– А проводку почему не починила?

– Она что, сама должна?

– Вы бы могли это сделать.

– Ну, нет, спасибо!

– Электрика вызвать.

– А это не ко мне!

– Да вы работайте, Михаил Александрович, не отвлекайтесь. – Роговец похлопал мужчину по плечу и направился к выходу.

Теперь его время действительно истекло. Если хозяйки дома нет, то и ему здесь делать нечего.

Сумрачно в больничном холле. Лампы под потолком не горят, а за окнами пасмурно – естественного освещения не хватало. Но вот появилась Екатерина Афанасьевна, и стало вдруг светло. Во всяком случае, так показалось Роговцу.

– Здравствуйте, Екатерина Афанасьевна. Старший лейтенант Роговец, уголовный розыск. Мы с вами уже встречались.

– Да-да, припоминаю…

– Я так понимаю, вы от мужа идете?

– Да, я была у мужа, что в этом такого?

– А почему в этом должно быть что-то не так? Я внушаю вам опасение?

– Ну, вид у вас решительный… Я подумала… – замялась она.

– Да, когда человек лоб в лоб сталкивается с законом, у него может возникнуть опасение. Если у него совесть нечиста…

– Вы на что намекаете?

– Да вот, история у нас тут одна открылась. Помните, вашего садовника током ударило?

– Да, помню. – Даже в полусумраке было видно, как побледнела женщина.

– Вы все правильно сделали, Екатерина Афанасьевна. И заплатили садовнику, чтобы он в суд не подавал, и в Египет на реабилитацию отправили. Все это хорошо. Только вот почему вы проводку не починили?

– Не починила? – Игнатьева в замешательстве глянула по сторонам.

– Не-а, не починили.

– Из головы вылетело.

– Вылетело у вас из кошелька. Когда вы садовнику платили. За молчание. А деньги немаленькие. Они от вас вылетели. А из головы вылететь не могло.

– Но вот вылетело!

– А ведь вы знали, что ваш муж рыбачит по утрам. Знали, что он мог взяться за поручень.

– Глупости! – Игнатьева, казалось, вот-вот бухнется в обморок от страха и волнения.

– Знали, – ничуть не сомневаясь в ее вине, с иронией победителя усмехнулся Роговец.

– Я знала, что мой муж с нами не жил. Он жил с любовницей. И не должен был вернуться.

– С любовницей?

– Да, в последнее время он жил с любовницей. И рыбу на пруду никто не ловил. А про оголенный провод я просто забыла…

– Ну, если он жил с любовницей…

На этой ноте можно было закончить разговор, хотя, по большому счету, Игнатьеву нужно было брать под локоть и везти в управление. Но Роговец решил ее не трогать. Мурашов много чего накопал о семействе Игнатьевых, и ему известно было о тех отношениях, которые связывали Екатерину Афанасьевну с главным подозреваемым. Возможно, эти отношения связывали ее с ним и сейчас. Марата Казарова разыскать никак не удавалось, но Игнатьева могла вывести следствие на него. Нужно взять ее под наблюдение, этим Роговец и собирался заняться.