Стальной десерт (сборник) - Алексей Макеев

– Где вы взяли пистолет?

– Мне дал его Воронов. Вчера, когда я приехал. Оружие уже было при нем. Но сейчас его нет в доме. Вы зря ищете тут. Я забрал пистолет с собой, когда уезжал.

– Где он сейчас?

– В офисе. В ящике моего рабочего стола.

– Вы не стреляли из него?

– Нет! Клянусь! – истерично, по-бабьи провизжал Коробов.

– Мы это проверим, – сказал полковник. – А почему вы не стреляли?

– Не смог. Испугался. Я сказал Павлу, что сумею, но когда спустился по лестнице и увидел в кабинете Кирилла Александровича…

– Он был один?

– Сначала нет. С ним был его брат. Олег. Они немного поспорили о чем-то, а потом!.. Я видел, как Олег взял со стола бутылку и хотел было треснуть Кирилла Александровича по голове. Тот сидел на диване спиной к нему. Но мне показалось, что Олег услышал мои шаги. Во всяком случае, он не стал бить брата, а просто ушел.

– А вы? – продолжил допрос Гуров.

Коробов нервно облизывал пересохшие губы. Лицо его сморщилось. У Льва Ивановича складывалось такое ощущение, что он готов разрыдаться в любую секунду. То ли от страха, то ли от жалости к самому себе.

– Я стоял там, на лестнице, с пистолетом в руке и смотрел, как Кирилл Александрович спокойно потягивает свой коньячок и пялится в телевизор. В какой-то момент я даже поднял руку с оружием и прицелился ему в затылок. Но на меня напал такой мандраж, что я так и не смог спустить курок.

– Тогда вы решили, что будет проще перерезать ему горло, – услужливо подсказал Крячко. – Я правда не могу понять, в чем тут преимущество. Может, объясните? Вы на скотобойне до этого трудились?

– Нет! – вскрикнул Виталий, со страхом взирая то на одного, то на другого сыщика. – Я не убивал его. Ни из пистолета, ни каким-либо другим способом. Тем более таким, о котором вы говорите. – Коробова буквально передернуло. – Перерезать глотку? Вы с ума сошли! Я никогда не смог бы так поступить.

– А что вы сделали?

– Я поднялся обратно по лестнице. Хотел уже было вернуться сюда, в спальню к Наташе, но тут услышал, как Кирилл Александрович заговорил с кем-то внизу. Он сказал что-то вроде «Ты чего тут делаешь?». Или «Чего тебе надо?». Я не помню точно. – Коробов хотел было приподняться и сесть на кровати, но Гуров удержал его, властно опустив тяжелую ладонь на грудь. – Я больше ничего не слышал. Поверьте мне. Да и не делал. Я постоял на втором этаже, раздумывая, как быть дальше. Вернуться в спальню или все-таки глянуть, что случилось внизу. Не знаю даже, сколько прошло времени. А потом я услышал шаги. Со стороны черного хода. Не крадущиеся, а вполне уверенные, решительные. Я рискнул спуститься на пару ступенек, свесился с перил и увидел Якова. Он стоял рядом с Кириллом Александровичем, который валялся на полу. Я сразу почувствовал себя дурно. Едва ли не бегом вернулся в спальню. Наташа уже была там. Я рассказал ей о том, что видел, и она посоветовала мне немедленно убираться из дома. Что я, собственно говоря, и сделал.

– Она видела у вас пистолет?

Коробов ненадолго задумался и ответил:

– Думаю, что нет. Я, кажется, спрятал его в карман. Но не могу сказать наверняка. Если я в чем-то сейчас и не сомневаюсь, так это в том, что не убивал Кирилла Александровича. Вы мне верите?

– Пока еще нет, – разочаровал подозреваемого Гуров, поднялся с кровати и обратился к оперативнику с большими пухлыми губами: – Кондрашов, возьмите под арест гражданина Коробова Виталия Владимировича. Не забудьте надеть на него наручники. Я не хочу, чтобы он со страху отчудил что-нибудь.

– Не надо! – взмолился Коробов.

Он хотел было вскочить, но взгляд Гурова буквально пригвоздил его к месту.

– Пожалуйста, не надо наручников. Я не виноват. Я же…

Однако полковник не стал его слушать. Он уже выяснил все, что ему требовалось. Лев Иванович, не оглядываясь, покинул спальню Натальи. Вслед за ним двинулся Крячко.

13 часов 48 минут

– Могли хотя бы постучать для приличия, – саркастично заметил Воронов, едва сыщики переступили порог комнаты. При этом он даже не пытался скрыть свое презрительное, неприязненное отношение к ним. – Впрочем, я вас понимаю. Если уж быть быдлом, так до конца. Кстати, вижу, вам пришлось схлестнуться еще с кем-то, полковник Крячко. Скатились до обычного мордобоя? Машете кулаками направо и налево? – Павел говорил все это, развалившись в кресле и держа на отлете руку с только что прикуренной сигаретой.

Вид у него был крайне самодовольный. Теперь он разительно отличался от того слизняка, каким его видел Крячко при их последней встрече.

– Мы только что разговаривали с Коробовым, – проинформировал Павла Гуров, занимая место напротив.

Крячко садиться не стал.

– И что?

– Он дал интересные показания, касающиеся вас.

– Мне плевать, – заявил Воронов, глубоко затянулся и небрежно стряхнул пепел себе под ноги. – Все, что говорит Коробов, – ложь.

– Вы ведь еще даже не знаете, что именно он сказал.

– А что бы ни сказал – все ложь. Коробов – насквозь брехливый человечек. Такова его сущность. Мерзкий, скользкий, трусливый тип.

– Почему же именно его вы попросили убить Роточкова?

Сигарета Павла на мгновение зависла в воздухе. Вероятно, он не ожидал столь резкого поворота разговора. Но Воронов быстро взял себя в руки, вновь затянулся и пустил под потолок ровную струю дыма.

Он скривил губы в презрительной усмешке и заявил:

– Ваши слова звучат как прямое обвинение, полковник.

– Так оно и есть, – подтвердил Гуров.

– Дерьмо собачье! У вас против меня ничего нет и не будет. Слова Коробова – не доказательство, в чем бы он меня там ни обвинял. Это обычный пустой треп.

– Вы дали ему оружие.

– А кто это видел? – осведомился Павел и вальяжно закинул ногу на ногу.

Его левая скула, по которой не так давно пришелся нокаутирующий удар Крячко, слегка опухла.

– У вас есть свидетели?

– У нас на руках скоро будет само оружие. С отпечатками пальцев.

– Моих вы там не найдете. Ручаюсь.

– Вы успели заблаговременно позаботиться об этом?

– Это тоже разговор ни о чем, полковник. – Павел покачал головой. – Успел я или нет. Было ли вообще у меня какое-то оружие. Ваши предположения ни на чем не основаны. Это всего лишь пустой звук. Кстати, хочу предупредить вас. Я позвонил своему адвокату. Он скоро будет здесь. Сотрет вас в порошок, а потом позаботится о том, чтобы меня отпустили. Вам придется это сделать. Хотите вы того или нет.

– Подобные угрозы нам уже неоднократно приходилось слышать и раньше, – заметил Гуров. – Ими вы ничего не добьетесь, Павел.