Стальной десерт (сборник) - Алексей Макеев

– Честно говоря, я и сам не знаю, – проговорил Гуров и облокотился о металлические перила. – Для начала я хочу просто притупить бдительность клиента. Пообщаемся с его адвокатом, а там будет видно. Отпустить Воронова, кстати, не такая уж и плохая идея. Можно будет повесить ему хвоста. Если он виновен, то незамедлительно пустится заметать следы. А в том, что этот фрукт и есть один из основных подозреваемых, я с тобой полностью согласен, Стас. Хотя найдется и немало других. Например, она. – Полковник качнул головой в направлении Натальи. – В словах Павла было немало разумных зерен. Знаешь, я чертовски устал от всего этого. Для меня куда проще целыми днями сидеть в засаде или с оружием наголо наведаться в какой-нибудь бандитский притон, чем решать такие вот головоломки с великим множеством неизвестных. Ведь эти люди – даже не преступники.

– А кто же? – удивился Крячко.

– Убийца среди них один, а остальные – крысы. Все до единого, Стас. Самое настоящее крысиное братство.

Станислав озадаченно поскреб пальцами в затылке. В этот момент ему даже хохмить не хотелось. Очень уж непривычно и странно было наблюдать подобное состояние напарника. Гуров был не похож на самого себя.

– Хочешь, я один с ней потолкую? – предложил Крячко, имея в виду Наталью, ожидающую их в зимнем саду. – А ты возьми небольшую паузу. Попей еще кофейку. Встряхнись.

– Меня уже тошнит от кофе, – с улыбкой признался Гуров.

– Оно и понятно. Нечего было отказываться от бутербродов, которые притащил из дома наш участковый.

– Мне их внешний вид не понравился.

– Тоже мне, гурман нашелся! – Крячко легонько ткнул напарника кулаком в плечо. – В данном конкретном случае содержание гораздо важнее формы. Поверь на слово специалисту. Так мне взять на себя Наталью?

– Нет уж, – отказался Гуров. – Знаю я тебя. Хочешь проверить свидетельские показания, выяснить, носит ли она трусики?

– Да за кого ты меня принимаешь?

– За кого и обычно, Стас. Идем. Вместе будем говорить с ней.

14 часов 19 минут

– С ним все в порядке?

Наталья поднялась с плетеного кресла сразу же, как только сыщики спустились с последней лестничной ступеньки. Крячко первым приблизился к женщине, зашел сзади, положил ладони ей на плечи и мягко, но властно заставил ее опуститься на прежнее место.

– Боюсь, что нет, Наталья, – печально произнес он. – Но вы крепитесь. Мысленно мы с вами. И тоже скорбим. Уж поверьте.

– Что?!.. – Наталья попыталась вскочить, но Станислав удержал ее. – Что вы с ним сделали? Вы довели его?..

– Это не мы. С ним расправились задолго до нашего приезда. Перерезали горло. Я думал, вы в курсе. Или просто запамятовали?

– О чем вы говорите?

Крячко перевел взгляд на напарника и с грустью в голосе проговорил:

– У нее стресс, Лева. Такое случается в тяжелые минуты. Нужно отнестись с пониманием.

Гуров молча кивнул в знак согласия. Еще спускаясь по лестнице в зимний сад, они условились, что инициативу беседы с Натальей возьмет на себя Крячко. Лев Иванович удовольствуется ролью стороннего наблюдателя.

– Какой стресс? О чем вы? – Наталья часто-часто заморгала, ее пальцы похолодели, и женщина нервно сцепила их в замок. – Что с Виталиком? Кто перерезал ему горло?..

– Виталику? – удивленно переспросил Крячко, присел рядом с вдовой господина Роточкова и проникновенно заглянул ей в глаза. – Какой Виталик? Ах, вы про Коробова!

– Конечно, про него. А вы про кого?

– А я про вашего мужа… – Станислав словно споткнулся на полуслове и нахмурился. – Меня удивляет ваше поведение, Наташенька. Ваш муж мертв. Убит. Безжалостно зарезан. Но вас, как я погляжу, это совершенно не печалит. Вам куда важнее состояние здоровья Виталия Коробова. Это чертовски странно.

– Вы это специально? – вскинулась женщина.

Узнав о том, что жизнь любовника вне опасности, Наталья мгновенно обрела весь свой прежний апломб.

– Вы издеваетесь надо мной? Да? Мне глубоко плевать на то, что случилось с Кириллом.

– Вот это и удивительно. Я могу допустить, что в последнее время вы любили другого мужчину. Кирилл вам стал безразличен, былые отношения между вами разладились. Я готов все это принять в расчет. Но ведь он был не чужим вам человеком. К примеру, от сердечного приступа умирает малознакомый вам сосед по подъезду. Вы пересекались не больше двух раз в неделю, здоровались, перекидывались ничего не значащими фразами. Но ведь вам все равно становится грустно. А тут настоящая беда. Все-таки муж, какой бы он ни был. – Крячко словно переключился на разговор с самим собой, размышлял вслух. – Если, конечно, вы сами не желаете смерти этому человеку как какого-то блага для себя, настоящего подарка небес. – Станислав выдержал паузу. – Или это как раз и есть ваш случай, Наташенька?

Наталья зло буравила сыщика пристальным взглядом. О присутствии Гурова она на какое-то время попросту забыла.

– Вы ждете от меня каких-то признаний? – с вызовом спросила женщина. – Я правильно понимаю?

– Если есть в чем признаться.

– Что ж, извольте. – Наталья величественно приосанилась. – Я могу сказать вам честно и откровенно. Да! Я желала смерти Кириллу. Я каждое утро надеялась на то, что этот день станет для него последним. Что он сдохнет как больная шелудивая псина и избавит всех вокруг от своего смердящего запаха. Вас это удивляет, полковник? Шокирует? Вы просто плохо знали Кирилла. Он превратил мою жизнь в ад, вытер об меня ноги, наплевал на мои чувства, которые когда-то, уже очень-очень давно, я к нему, безусловно, испытывала. Муж унижал меня, несколько раз даже бил. Для него это было нормальным поведением. Не только по отношению ко мне, кстати. Все ненавидели его и желали ему смерти. Я в этом уверена на сто процентов. Но я жаждала этого больше всех остальных.

– Вы знали, что Коробов собирался убить вашего мужа? – ввернул Крячко, пользуясь тем, что Наталья распалилась не на шутку.

– Разумеется, знала. Он не хотел мне говорить об этом, но я видела, как Павел передавал Виталику пистолет, и слышала их разговор.

– Где это происходило?

– В сауне. Вернее, в предбаннике. Павел не потрудился плотно закрыть дверь, а я была рядом. Обязанность хозяйки, полковник, быть в курсе всего, что происходит в ее доме. Иначе никакая она не хозяйка.

– О чем же шел разговор между ними? – Станислав ухватился за тонкую нить и не собирался так просто отпускать ее.

– Об убийстве Кирилла, конечно. Павел убеждал Виталика, что избавиться от Кирилла нужно обязательно сегодня. Получается, что уже вчера. Они хотели спешно подписать договор с какими-то архангельскими партнерами, против которого выступал мой муж. Виталика трясло, он боялся, а Павел настойчиво убеждал его.

– И убедил?