Дикий белок - Иоанна Хмелевская

– Тогда свари для всех и не морочь голову…

В кастрюле уже плескалась холодная вода. Довольный решением проблемы Лесь стал осторожно опускать туда десять яиц. Барбара критически наблюдала.

– Яйца всмятку кладут в горячую воду, – заметила она наставительно.

– Можно и в холодную, – ответил с достоинством Лесь. – Надо только не прозевать, когда закипит. Я так умею, и не надо мне инструкций.

Он покинул комнату вместе с кастрюлькой, остальные вернулись к работе Уже через минуту работе что-то стало мешать. Все неожиданно сообразили: яйца всмятку надо есть горячими, в холодном виде они невкусные, к тому же к ним нужны дополнения в виде соли, хлеба, а также чая. Барбара нашла в ящике солонку. Каролек поделил на четвертушки свою булку, съев сперва с нее сыр. Януш соскоблил и тоже съел паштет с двух кусков хлеба.

Приготовления к пиру закончили, когда в дверях показался Лесь с кастрюлькой. Он прихватил кастрюльку тряпкой и едва не прижал к груди, выражение лица при этом было жалобным и растерянным. Он ногой захлопнул за собой дверь и откашлялся:

– Того… Знаете… Что-то случилось…

– Тухлые? – забеспокоился Януш, вскочив со стула.

Лесь брякнул посудину на свой стол и сосредоточенно понюхал валивший из нее пар:

– Нет, наверное, нет…

Януш заглянул в кастрюльку:

– Господи, что это?

Тут же все остальные бросились заглядывать в глубины кастрюльки. Яиц там не наблюдалось, содержимое представляло собой странные бело-желтые ошметки, плавающие в мутной жидкости и покрытые чем-то вроде пены.

– Лопнули, – догадалась Барбара. – И, наверное, не одно. Ты совсем разум потерял – варить треснувшие яйца!

– Никакие не треснувшие. Они треснули в кастрюле!

– Не надо было перемешивать, – упрекнул его Каролек. – Тогда сварились бы большими кусками.

– Я вовсе не перемешивал, – жалобно заскулил Лесь. – Но одно совсем разлетелось. Ну, два… Я их хотел ложкой прижать, чтобы они не выскакивали, итого… ну… раздавил…

– Полудурок, – оценила со вздохом его поведение Барбара, возвращаясь на свое место.

– Там целых не осталось? – спросил Януш, пробуя помешать в кастрюле углом пластмассового треугольника.

– Не знаю. Не исключено…

После того как смесь осторожно вылили, обнаружилось одно целое яйцо. Путем жеребьевки оно досталось Каролеку. Лесь почувствовал настоятельную потребность реабилитироваться и предложил сбегать в магазин. Дали добро еще на десяток яиц. Этот десяток варила Барбара, но, невзирая на все ухищрения, снова лопнули все, кроме одного. Его выиграл Лесь, а из остальных пришлось приготовить яичницу.

Дискуссия на эту тему заняла все время трапезы.

– Виновата проклятая скорлупа, – сердито оправдывалась Барбара. – Она сразу мне показалась подозрительной, поэтому я успела их вытащить. Ума не приложу, в чем дело, яйца-то свежие.

– Кто ж тебе скажет…

– Ну, я скажу, – заявил Каролек. – Вспомнил как раз, об этом тоже была речь. У этих кур, которых искусственно откармливают, у них белые скорлупки. То есть у яиц белые скорлупки, а не у кур. И скорлупки эти очень слабенькие. Надо покупать яйца в темной скорлупе, а еще лучше – от диких кур. Я хочу сказать – от кур, которые дико живут, бегают где угодно и жрут что попало, такие яйца самые полезные, и даже вкус у них другой…

– А ты откуда знаешь?

– А этот тип говорил. Ну тот, который косил траву.

– Верно, у таких диких кур совсем другой вкус, и они даже на бульон годятся, – подтвердила Барбара, а Лесь тем временем перевесился через свой кульман и просмотрел список на стене.

– Про яйца тут ничего нет, – сказал он. – Но получается, что самое лучшее – то, что дикое, значит, и яйца дикоснесенные лучше.

– Может, покупать у той бабы с зелеными петухами?

– Ведь ты же слышал, они у нее плохо несутся. Сколько у нее может быть этих яиц?… Вот разве в той деревне, куда мы на чистую речку поедем…

– Я там собственными глазами наблюдал, как бабы приехали из города на автобусе и привезли яйца!

Некоторое время коллектив молча поглощал яичницу, а проблема терзала их, росла, распухала и застила свет. Страстные желания и бешеный протест вырастали до сверхъестественных размеров и начинали выходить из-под контроля здравого рассудка. Прекрасное лицо Барбары медленно принимало ледяное выражение, а голубые глаза превращались в два сверкающих камня. Каролек посмотрел на нее, ему сделалось не по себе, и он скорее отвел глаза.

– Невозможно, чтобы в деревнях вокруг Варшавы не нашлось диких кур и диких яиц, – выступил весьма самоуверенно Лесь. – Должны быть. Надо их найти.

– Превосходно, ты поищешь и найдешь!

В глубине души Барбары в этот момент что-то взорвалось, и ее краткий приказ прозвучал как свист кнута. Мужская часть коллектива содрогнулась. Растерянный Лесь открыл рот и тут же закрыл под воздействием сурового взора, не сказав ни слова. Януш пялился на Барбару, онемевший, но не в силах глаз от нее оторвать.

– И найдешь! – прошипела с нажимом Барбара таким жутким голосом, от которого дрожь ужаса пробегала по хребту. – Без диких яиц не показывайся мне на глаза. Совсем уже есть нечего, черт подери, мать его за балетную ногу сорок пятого размера!!!

Через пять минут после этого от Леся и Януша в комнате и духу не осталось, а Каролек пытался работать, не слишком громко дыша…

* * *

За пределами города бесповоротно выбитый из колеи Лесь отчасти пришел в себя и высказал сомнение относительно кур, живущих слишком близко от шоссе. Они могли питаться растительностью, насыщенной свинцом. Переволновавшийся и замороченный его болтовней Януш сразу исключил все красивые и ухоженные хозяйства, объезжая их, словно источник чумного поветрия. Все эти ограничения до крайности осложнили, казалось бы, простые поиски дикой птицы.

Прочесав многочисленные дворы, задворки и подходы к амбарам и сараям, они наконец выбрались на дорогу, неизвестно откуда и куда ведущую. Где находятся, представление они имели смутное, даже по сторонам света не ориентировались. Добычей за все время путешествия стала пока что дюжина яиц, с боем изъятая у трех деревенских хозяек. Хозяйки с упорством, достойным восхищения, по непонятным причинам противились сделке. Добыча выглядела ничтожной, поэтому Януш тащился медленно, обдумывая более плодотворный маршрут.

Вскоре дорожный указатель сообщил – они находятся примерно посередине между Болимовом и Сохачевом. Януш с удивлением покачал головой:

– Ну ничего себе! Укатили к черту на кулички… Я и не заметил, как это так получилось. Давай сделаем крюк по деревням и выскочим на варшавское шоссе. Смотри по сторонам на всякий случай.

Лесь уселся поудобнее и стал высматривать подходящий объект. Царила немыслимая жара. Встреченные по дороге жилые постройки особых надежд не вселяли, а дико бегающих кур вовсе не было видно.