День закрытых дверей - Алексей Макеев

– И что же у нас там дальше по этому твоему плану?

– Ничего особенного. Плотно «пасем» их всех до воскресенья, а в воскресенье берем.

– И всего-то? – саркастически усмехнулся Стас. – Действительно, пустячок.

– Не пустячок, конечно, но ты про план спрашивал, я тебе ответил. Так что айда к Орлову дополнительные ресурсы выбивать. Нам теперь еще две группы наружного наблюдения понадобятся, для Бероева и для этого Макса, да еще один номер на прослушку поставить, да спецы на арест…

– Тебя послушать, половину Управления придется мобилизовать, – снова усмехнулся Стас.

– А ты как думал? Этого Бероева все девяностые достать не могли, а мы собрались сейчас его брать, когда он, можно сказать, столпом отечественного бизнеса заделался. И предприниматель образцовый, и налогоплательщик аккуратный. Не говоря уже о том, что со всех сторон адвокатами и юристами закрыт.

– Ну да. Пионер, всем ребятам пример. Куда там девушка-то наша отправилась? Не хочешь узнать?

Связавшись с группой, которая вела Лизу, Гуров выяснил, что она поехала к Максу.

– Минут десять сидела в машине, говорила по телефону, – доложил Сергей Купцов, руководитель группы. – Потом снялась с места. Сейчас подъезжаем к Свиблову.

– Ну, точно, к Максу, – отметил Гуров. – Куда же еще? Он живет там же, в паре кварталов от нее.

– А может, домой? – предположил Стас.

– Чего ей там делать? С «вонючими алкашами» переживаниями делиться? Нет, она, когда нервничает, сразу к любимому едет. Проверено.

Предоставив следить за Лизой группе наружного наблюдения и за телефонными переговорами – Юре и Алексею, два полковника отправились к генералу.

– Ставить на прослушку больше никого не буду! – с порога отрезал тот. – Даже не просите! Пора уже самим работать начинать. Не все вам на халяву…

– Да ты погоди, Петр Николаевич, не нервничай, – успокоил Гуров. – Мы и сами работаем, трудимся, не щадя живота, даже не сомневайся. И наработали уже кое-что.

– Правда? – с нажимом спросил Орлов. – И когда же мы берем убийц Развалова?

– В воскресенье, – спокойно ответил Лев.

– То есть… в каком смысле? Как это – в воскресенье? – смутился генерал, явно не ожидавший, что на свой заданный в лоб конкретный вопрос получит столь же конкретный ответ.

– Очень просто. Связь заказчика и исполнителей подтверждена конкретными фактами, так что теперь мы можем спокойно брать всю теплую компанию и постепенно раскручивать на разные интересные рассказы о разных интересных нюансах работы разных интересных клининговых компаний.

– Какими фактами? – тут же спросил генерал.

Поощренные неподдельным любопытством начальства, Гуров и Крячко в два голоса стали рассказывать о последних событиях, параллельно убеждая Орлова в необходимости поставить на прослушку еще один телефон и выделить дополнительных людей.

– До воскресенья-то еще дожить надо, – сказал Стас. – Целых три дня еще.

– Два, – уточнил Орлов.

– Ну, пускай, два. Тоже немало. За два дня, знаешь… за два дня что угодно сделать можно. А мы здесь промахнуться не имеем права. Шанс-то у нас всего один будет. Смоется Бероев в Израиль, и поминай как звали. Как его потом оттуда вытащишь? Замучаешься разговоры разговаривать. Поэтому нам сейчас так их «пасти» нужно… глаз не спускать.

– И брать всех нужно одновременно, – внес свою лепту Гуров. – Если одного взять, а другого оставить, этот другой в тот же миг в воздухе рассеется, как мираж.

– Потому что предупредят, – заботливо пояснил Стас.

– Так это что же получается? Это получается, что мне на задержание нужно будет сто человек отправлять? Где я вам столько спецназовцев наберу? И потом, аэропорт… Черт! Аэропорт – это опасно, Лев, – многозначительно взглянув в глаза Гурову, сказал Орлов. – Там все-таки люди, мало ли что.

– Но ведь он нас там не ждет. Мы же в понедельник должны прийти, в офис. Ребят оденем в гражданское, саквояжами снабдим. Комар носа не подточит.

– Не знаю, – продолжал сомневаться генерал. – Все-таки… мало ли что.

– А может, на подходе его взять? – предложил Стас. – Например, когда будет из машины выходить, встретить. Ведь за ним все равно следить будут до последнего. И когда выехал, нам будет известно, и куда путь держит.

– Правда? И где припарковаться захочет, тоже заранее угадаешь? – саркастически поинтересовался Орлов. – Или хочешь, чтобы группа захвата сто километров к нему бежала, чтобы он пристрелил кого-нибудь или заложника взять успел? Нет, это не вариант. Надо… что-то другое надо.

– Тогда предлагаю не на выходе из машины, а на входе в здание вокзала его взять, – сказал Гуров. – Здесь-то уже не будет вариантов, вход там один. Точно будем знать, куда пойдет, даже угадывать не понадобится. Предположим, он входит, а наши ребята – навстречу ему, типа, выходят. Там, конечно, тоже люди будут, но это, возможно, даже и к лучшему. Среди тех людей наши люди будут еще незаметнее. А в остальном фактор внезапности сыграет. По поводу стрельбы или заложников – он даже сообразить ничего не успеет. Без шума и пыли возьмем, чисто физически.

– Думаешь? – с сомнением покачал головой генерал.

– Уверен, – твердо ответил Гуров. – Группу на захват, группу на контроль. Никуда не денется.

– Ну, смотри. Если хоть одна жертва…

– Да какие жертвы, Петр Николаевич? Мы им даже оружие не разрешим брать, если ты так переживаешь.

– Да за своих-то я не переживаю, – озабоченно проговорил Орлов. – Им заложников брать незачем. А вот Бероев этот твой… От него чего угодно ожидать можно.

– Так для этого мы и возьмем вторую группу. Опытные ребята будут контролировать, так сказать, внешний периметр. Каких еще тебе гарантий?

– Ну, смотри. Если что… головой отвечаешь.

– Лады.

Договорившись с Орловым и обеспечив предстоящую операцию людскими и техническими ресурсами, Гуров переключился на улаживание необходимых формальностей.

Небольшой спич, сочиненный им специально для того, чтобы его услышала Лиза, содержал не только ложные сведения о том, что Бероева придут арестовывать в понедельник. Та часть его, которая касалась подготовки документов и ордеров на арест, вполне соответствовала действительности. У большинства сотрудников ведомства, в отличие от Гурова, рабочее расписание было вполне стандартным, и на то, что кто-то выйдет в свой законный выходной только для того, чтобы подготовить какие-то там официальные бумажки, рассчитывать не приходилось.

– Так что, как делимся? – вернувшись вечером в кабинет после насыщенного трудового дня, спросил Стас. – Тебе мальчик с девочкой, мне – Бероев? Или наоборот?

– Наоборот. В аэропорту действительно опаснее, не могу же я подставить лучшего друга. Кроме того, если что случится, Орлов обещал мне голову оторвать, а не тебе. Согласись, обидно будет, если ты проколешься, а мне отвечать придется.