Смерть под аплодисменты - Чингиз Абдуллаев

– Я вас слушаю.

– Вы ведь частный детектив, – напомнила Ольга Сигизмундовна, – поэтому я вас и позвала. Мне необходимо, чтобы вы мне помогли. Наверняка вы знаете, что я небедная женщина. Во всяком случае вдова Зайделя не сможет заплатить вам и сотой доли того, что могу заплатить вам я. Поэтому предлагаю разорвать ваш предыдущий контракт с Ниной и работать теперь на меня. Сумму контракта укажете лично вы. Я согласна на любые ваши условия.

– Простите. Я не совсем понимаю, что именно вы хотите. Чтобы мы продолжили наше расследование в поисках убийц Натана Леонидовича?

– Нет, – возразила она, – это дело уже закрыто, и не стоит к нему возвращаться. У меня к вам другое предложение. Сегодня днем я отчетливо поняла, что мой сын нуждается в конкретной защите. Те остолопы, которые ходят с ним, просто бывшие спортсмены с интеллектом инфузорий. Ему нужны такие люди, как вы. Не только в качестве телохранителей, но и его друзей, если хотите. Но самое важное – это оберегать его от всяких необдуманных поступков, помогать и защищать его. В том числе и от возможных нападок со стороны следователей и прокуроров. Вы меня понимаете? Я хочу, чтобы вы были своего рода нянькой при нем. И, конечно, мне важно, чтобы этот трагический случай с Шунковым никоим образом не коснулся моего сына, который абсолютно не имеет никакого отношения к убийству нашего актера.

– Вам не кажется, что ему уже поздно искать няньку? – грустно спросил Дронго. – Он уже взрослый и вполне сформировавшийся человек.

– Возможно, я неправильно выразилась. Необязательно нянька, пусть вы будете в роли его адвоката, – нервно заявила она.

– Адвокаты нужны подследственным и подозреваемым, – напомнил Дронго. – Вы считаете, что вашему сыну уже нужен такой специалист?

– Не ловите меня на слове, – разозлилась она, – я только хотела, чтобы вы нам помогли. Чтобы помогли моему сыну.

Дронго молчал.

– Вы меня слышите, – переспросила Ольга Сигизмундовна, – или вы уже заснули?

– Вы считаете, что это он мог организовать покушение на вашего бывшего друга? – тихо спросил Дронго.

– Не смейте! – крикнула она. – Слышите? Не смейте даже думать о подобном! Мой сын – хороший мальчик, выросший в богатой еврейской семье. Он рос не на улице, не водился с разного рода шантрапой. Всегда был чисто одет и ездил на машине. Он не может быть убийцей, для этого нужен другой генетический код, другие качества! Я только прошу вас помогать ему, если понадобится.

– Очень сожалею, – сказал Дронго, – но буду вынужден отклонить ваше великодушное предложение.

– Назовите сумму, – едва не срываясь на крик, потребовала она.

– Вы меня не поняли, – покачал он головой. – Во-первых, я не имею такой неприятной привычки – отказываться от своих клиентов, с которыми заключаю соглашение. Дело не в деньгах, а в принципе и моем честном имени. Во-вторых, я полагаю, что ваше предложение поступило слишком поздно. Если даже не сам Эдуард, то, вполне возможно, кто-то из его братии решил стрелять в несчастного Шункова. Ну и, наконец, в-третьих. Следователь уже имеет отпечаток пальца возможного убийцы и предмет, которым пользовались телохранители вашего сына, когда пытались напасть на меня.

– Они пытались на вас напасть? – с ужасом переспросила Шахова.

– Нет, я неверно выразился. Они напали на меня и пытались убить. Вот так будет точнее.

Она закрыла глаза, покачала головой.

– Я чувствовала, – сказала Шахова, открывая глаза, – чувствовала, что произойдет нечто ужасное. Вы считаете, что это был он? Что он мог решиться на такое?

– Если он решился свести со мной счеты только потому, что я пытался найти настоящего убийцу его отца, то вполне вероятно, что он просто принял решение убрать любовника своей матери, который так сильно компрометировал ее.

– Ничего не говорите, – попросила она снова, закрывая глаза. – Господи, только не это! Я этого просто не вынесу…

– Простите, – сказал Дронго, – завтра утром мы будем знать все подробности.

Он открыл дверцу автомобиля, намереваясь выйти из просторного салона «БМВ».

– Подождите, – остановила его Ольга Сигизмундовна. – Я хочу вам сказать, что мое предложение остается в силе. В любой момент, когда вы захотите, я готова заключить с вами соглашение. На предмет охраны моего сына или отстаивания его интересов. Хотя я очень надеюсь, что это не понадобится. До свидания.

– До свидания. – Эксперт вылез из автомобиля и хлопнул дверцей. Это был сигнал для водителя. Он подошел к машине, уселся за руль и плавно отъехал.

– Несчастная женщина, – пробормотал Дронго, провожая машину долгим взглядом.