Час печали - Т. Джефферсон Паркер

Быстро установив домашний адрес Ронни Стивенс, Мерси и Хесс немедленно отправились в путь. Убитая девушка жила в небольшом домике в стиле пятидесятых годов. Он выглядел очень уютным и тихим. Посередине дворика росла высокая цветущая акация. Хесс заметил неподалеку старую модель "шевроле". Когда-то на таких ездили служащие их департамента.

– Ненавижу такие моменты, – сказала Мерси. – Может, ты поговоришь?

Мать Ронни, высокая и темноволосая, когда-то была настоящей красавицей. Сейчас красота ее несколько поблекла, по крайней мере так показалось Хессу. Но тут же он одернул себя: не ему, шестидесятисемилетней развалине, судить о возрасте дамы. Тем более что на вид ей было не больше пятидесяти.

Она занималась уборкой. Хесс взял себя в руки и начал говорить, но лицо его горело, а голос звучал тихо и хрипло. И все же он сообщил матери: Ронни пропала без вести и считается погибшей. Хесс и сам не выносил подобные ситуации, чувствовал весь их драматизм и едва справлялся со смущением и болью. Ведь в известной мере он признавался родным жертв в собственной беспомощности и несостоятельности. А также в том, что все правоохранительные органы допустили ошибку.

Ева Стивенс слегка кивнула. Ее глаза наполнились слезами.

– Мы поймаем его, миссис Стивенс, – заверила ее Мерси.

Женщина извинилась и вышла из комнаты. Повисла гнетущая пауза. Мерси стояла у серванта, хранившего семейные фотографии и дорогие сердцу сувениры. Одна из полок пестрела сияющими кубками за спортивные достижения.

– Один брат Ронни занимался бейсболом, другой – стрельбой. А сама она была пловчихой. – Мерси вздохнула.

Хесс услышал, как спустили воду в туалете. Затем всхлипывания и снова тот же звук воды. Когда Ева вернулась, ее лицо выражало глубокую скорбь, а глаза словно выжгло слезами.

О Ронни она говорила несколько минут, после чего начинала всхлипывать. И все же Хесс был поражен ее мужеством. О своей дочери Ева отозвалась как о надежной, серьезной девушке, хорошей студентке и исправной служащей. Обеспечивать себя Ронни начала с шестнадцати лет. Окончив институт, она пошла на полную ставку в ювелирный магазин. Ронни любила путешествовать и мечтала посмотреть мир. Часть денег она откладывала, друзей имела не много, гуляла допоздна по пятницам и субботам. Постоянного парня у нее не было. По словам матери, наркотики не употребляла. По крайней мере Ева никогда не находила у дочери ничего подозрительного и не слышала упоминаний о наркотиках в ее разговорах с приятелями.

Ева замолчала. Хесс посмотрел на нее. Он не раз видел такое выражение лица и знал, что надо делать дальше.

– Можно? – робко спросила Ева.

– Конечно! – Хесс слегка обнял несчастную мать.

– Спасибо, – сквозь слезы проговорила она.

Хесс смущенно кивнул и показал Еве изображение того, кого подозревали в похищении Ронни. Ева покачала головой:

– Нет. Вообще-то ей нравились парни с аккуратными стрижками. Как мне казалось...

Тим спросил, не упоминала ли Вероника в последнее время о каком-нибудь странном мужчине, например, о покупателе, новом или старом знакомом.

– Да, два дня назад, в четверг, мы поболтали после работы. Засиделись на кухне допоздна. Говорили в основном о мужчинах, о том, как забавно они иногда себя ведут. Так вот, один такой сначала заблокировал ей выезд с парковки, а потом стал звать на свидание. Чудак.

– Этот был забавным совсем неспроста! – злобно процедила Мерси.

Хесс взглядом попросил ее остановиться, но поздно! Теперь Мерси ухватилась за новость и не собиралась прекращать расспросы, несмотря ни на что.

– Ронни описывала его внешность?

– Нет.

– Он просто поставил свою машину рядом с ее?

– Да, большой серебристый фургон.

* * *

Водитель ночного автобуса, ездивший по маршруту в субботу вечером, сразу же узнал изображенного на портрете человека. Хессу понадобилось три минуты и карта автобусных рейсов, чтобы установить следующее: согласно маршрутам, можно было легко добраться до всех трех точек, где преступник оставлял машины жертв.

– Парень ехал позавчера вечером, после половины девятого, – рассказывал водитель. – Вышел возле торгового комплекса. А что он сотворил-то?

– Его подозревают в убийстве, – ответила Мерси.

Мужчина недоверчиво взглянул на Хесса, а затем снова на Мерси.

– Он сидел справа, ближе к началу автобуса. Помню, от него сильно пахло одеколоном. Нес пакет с ручками. Читал книжку, путеводитель, кажется. Я подумал, что он турист. Одет неплохо, в стиле кантри. На нем был вроде бы длинный плащ или пальто. Что еще? Усы и длинные волосы, прям как на вашей картинке! Я его приметил. Вообще что-то в нем было такое... Даже не знаю... странное...

– Что именно? – спросил Хесс.

Водитель задумался. Тим воспользовался паузой и внимательно рассмотрел собеседника, жилистого мужчину средних лет, похожего на выходца из Латинской Америки.

– Будто бы он ненастоящий какой-то, искусственный! – ответил водитель.

– Может, у него накладные усы? – уточнила Мерси.

– Нет, я не заметил, – отозвался водитель. – Я говорю скорее об общем впечатлении от него. Парень казался... фальшивым. Я обратил внимание кое на что еще. Вообще я люблю присматриваться к пассажирам, частенько болтаю с ними...

– Ну? – поторопил его Хесс.