Бездомный мрак - Михаил Март

– Я в этих делах ничего не смыслю.

– А что вас сюда привело, если вы так ничего и не вспомнили?

– Вы же сами меня заинтриговали. Если я причастен к катастрофе, то хотелось бы узнать о ней больше. Устал жить во мраке. Неприкаянность замучила.

Истории из газет меня мало устраивают. Они из мухи сделают слона, а проходя мимо самого слона, его и не заметят. Вот я и решил поговорить с осведомленным человеком, а он, оказывается, погиб.

– Так вы пришли…

– К майору Лиходееву. Меня интересуют детали.

– Лиходеев погиб в той же катастрофе, в которой и вы пострадали. После этого дело передали нам.

Она меня обманывала. Певичка из клуба мне рассказывала, что Лиходеев и Задорина вместе приезжали в отель, где погибла моя жена.

– Минуточку. Но в тех же газетах писали о гибели лейтенанта Астахова. О Лиходееве ни слова.

– Все правильно. Тогда Лиходеев был на бюллетене. Болел. Его никто не искал, и мы не знали, что он находился в одной машине с Астаховым. Нашли его случайно, три дня назад в котловане. Он попросту упал в пропасть.

– Как же его нашли, если не искали?

– Рыбаки. Река пробила грунт и затопила котлован. Там даже рыба есть. А вы думали озеро от дождичка образовалось?

– Я вообще об этом не думал.

– Труп отнесло течением к реке, и он зацепился за корягу, потому и не всплыл раньше. От бедняги майора осталось только месиво. Сильно разбился.

Вероятнее всего, его выбросило через ветровое стекло.

– Кто же его опознал? Если месиво?

– Жена. И содержимое карманов. Удостоверение и прочее. Одежда тоже принадлежит майору. Хоронили его в закрытом гробу.

– Глупая смерть.

– Любая смерть глупая. Он выполнял свой долг. А вы за что пострадали?

Надеюсь, ваша память все же проснется, гражданин Круглов, и мы докопаемся до истины. Вы не потеряли мой номер телефона?

– Нет. Извините, но мне больше нечего сказать. Вы можете проводить меня к выходу из ваших лабиринтов?

– Конечно. Идемте.

Она посмотрела на меня каким-то странным взглядом, будто я приглашал ее в ресторан.

У выхода она пожелала мне всех благ.

Я вышел на улицу и несколько минут стоял под дождем. Какая глупость! С момента катастрофы прошло три месяца, а они его не искали. А жена? Ей тоже все до лампочки. Ведь Лиходеев заметная фигура, а не бомж из подворотни.

Я вернулся в здание и попросил дежурного дать мне адрес вдовы майора. Ему, что называется, было не жалко. Я записал адрес в свою записную книжку.

На улице темнело. Зажигались рекламные щиты. Асфальт сверкал, как зеркало.

Я сел в машину и задумался. Такая опытная женщина, подполковник, и несет такую чушь. Так у нее все просто и гладко получается. Двое офицеров бросились в погоню за преступниками на служебной машине, и никто ничего не знал.

Странно и другое. Почему преследователи не связались с постами автоинспекции и не перехватили с помощью гаишников ускользающий «линкольн».

Наивно полагать, что они могли настигнуть беглецов! А может быть, Лиходеев не хотел афишировать погоню? Возможно, если он желал свести личные счеты, как я с Максимом Кругловым. В любом случае в этом деле не одна западня, а несколько.

Я посмотрел карту и нашел то место, где жил майор Лиходеев. Жена, а теперь вдова, должна была знать что-то из этой истории. Жены никогда в стороне не остаются. А эта молчала три месяца. Почему?

Дорога заняла не больше получаса, и я оказался в Кузьминках. Старый район с однотипными выцветшими домами-пятиэтажками без лифтов. Многим такое жилье казалось нормальным. Возможно, эти люди чувствовали себя счастливыми и довольствовались тем, что имеют. Почему же я не доволен своей жизнью? Любой смертный мог только завидовать мне, а получается наоборот.

В полутемном подъезде стояла невыносимая вонища, кодовые замки не работали, стекла на окнах выбиты, стены расписаны.

Я поднялся на четвертый этаж и позвонил в сорок седьмую квартиру. Звонок прогремел, как будильник над ухом. Пожалуй, его и на первом этаже могли слышать. Но хозяйка квартиры на него не отреагировала. Кажется, я приехал не вовремя.

За моей спиной щелкнул замок, и я оглянулся. Дверь сорок шестой квартиры открылась. На пороге появилась женщина лет пятидесяти в цветастом байковом халате с заплатками на локтях. Рост ниже среднего, но объемы соответствовали дверному проему. На голове марлевая косынка, обтягивающая бугристые бигуди.

– К Галке, что ли? Так ее нет. Поехала с детьми к матери за вареньем.

Осведомленная личность. Когда такие попадают под руку, лучше не упускать возможности для общения. Я улыбнулся, стараясь ей понравиться. Она меня бесцеремонно разглядывала, как редкого зверя в зоопарке. Тут надо добавить, что в правой руке соседка держала яблоко и очень смачно чавкала, правильнее выразиться, ела его с удовольствием.

– Жаль, что я не застал ее. Дениса Лиходеева уже похоронили?

– Вчера. Только не думаю, что она проронила над его гробом хоть одну слезинку.

– Даже так?

– Жили как кошка с собакой. Чего уж тут плакать?

– Виноват, разумеется, муж?

– Что значит «виноват»? Поживете с ментом, тогда поймете. Мой тоже служил в ментуре, знаю, о чем говорю.

– Погиб?

– Ха! Спился. Это же не мужья, а сплошное недоразумение. Моего выкинули на улицу, и он дома сидел. Самогонку гнал. А Галька своего и не видела. Двое детей на шее. Денег приносил в дом столько, сколько мелочи наскребет в кармане. Им даже телефон отключат ли за неуплату. И что это за жизнь, я вас спрашиваю? А Денис еще был с гонором. Видный мужик, ничего не скажешь. Явится в два ночи, и ему еще стол накрывай, как в ресторане. Вечно злой, недовольный, нос кверху.

Даже не считал нужным здороваться. Тоже мне, пуп земли!

– Когда вы его видели в последний раз?

Соседка словно проснулась. От яблока остался только огрызок, тут же полетевший в пролет лестницы. Она вытерла руку об халат, склонила голову на бок и спросила:

– А вы-то кто будете?

– Я когда-то служил с Лиходеевым. Живу в другом городе, занимаюсь бизнесом. Прослышал о его гибели и приехал проститься. Но, как видно, опоздал.

– Ладно. Зайдите, – снисходительно предложила она.

Крохотная кухонька, груда немытой посуды. Женщина цапнула со стола новое яблоко, и ее зубы вгрызлись в него, разбрызгивая сок.

Я присел на самодельную табуретку.

– Пожалуй, месяца три тому назад.

Я не сразу понял, о чем это она.

– Да… Не меньше. За ним приехал Федька Астахов. На машине. Я во дворе с сумками сидела, перед тем как одолеть четыре этажа. На милицейской «десятке».