Лабутены для Золушки - Данил Корецкий

– Я просила господина Войтова сопровождать меня, – сказала она, и села за стол.

– Что ж. Все равно в конце придется дать подписку о неразглашении.

Господин в коричневом пиджаке уселся напротив, слева и справа от него за столом устроилось еще человек семь. Остальные остались стоять.

– Я комиссар Густав Перье, – представился седоволосый. – Назначен руководить расследованием вашего дела… Кофе, чай, воду? – прервал он себя.

– Нет, спасибо.

– Должен сообщить, что наш разговор записывается, и при нем присутствуют ответственные лица из разных подразделений, которых я, с вашего позволения, не буду представлять, дабы не утомлять вас без необходимости.

Кира обвела взглядом кабинет, не задерживаясь ни на ком из присутствующих. Те, в свою очередь, рассматривали ее все так же пристально и бесцеремонно. Было неуютно, хотелось закончить все поскорей.

– Итак, прошлой ночью вас похитили неизвестные в масках неподалеку от замка Мон Дельмор, когда вы покидали Бал цветов.

Кира кивнула.

– Сколько было преступников? Как выглядело место, куда они вас доставили?

Она пожала плечами.

– Я-то их толком и не видела. Пришла в себя уже на месте. Ферма… Сарай… Бочки какие-то… Там еще куры с гусями по двору бегали… и само помещение такое, в деревенском стиле… светлые обои… простенькие…

– Большой дом?

– Не знаю. Я видела только ту комнату, в которой нас держали…

– Извините, – вмешался стоявший за Кирой Андрей. – Но как понимать ваши вопросы? Раз полиция уже освободила мадемуазель Быстрову, то вы должны гораздо больше знать о том, о чем ее расспрашиваете!

Комиссар Перье не удостоил Андрея ответом, ограничившись лишь тяжелым многозначительным взглядом.

– Итак, мадемуазель, кто и каким образом вас освободил?

– Их было четверо, в масках. Лиц я не видела. Там были еще четыре девушки, эти люди сказали, что с ними все будет в порядке…

Кира тоже мало что понимала, но голова гудела от усталости и переживаний, а отвечать на вопросы было намного легче, чем размышлять о работе полиции.

– Стало быть, куры во дворе, светлые обои на стенах. Что еще?

– Кровати старые, железные. Старая мебель. Охрана – четыре или пять головорезов. Хозяйка – тетушка Амели, толстуха с кастетом в кармане…

Она попыталась припомнить еще что-нибудь, но воспоминания смазывались и рассыпались. Что было видно в окна помимо двора? Какая мебель стояла в комнате, кроме кроватей? Какие на окнах были занавески?

Перье беззвучно постучал пальцами по полированной столешнице.

– Хотя бы ориентировочно – где находится эта ферма?

– Но я не знаю этих мест и совершенно не ориентируюсь на местности. Да и везли меня туда в бессознательном состоянии.

– А обратно?

– Что?

– На обратном пути вы были в сознании? Как выглядела дорога, сколько времени вы ехали?

– Разбитый проселок, ведущий сверху вниз, с двух сторон промоины от дождей… Ничего особенного…

Вдруг она вспомнила фосфоресцирующие стрелки армейских часов и радостно воскликнула:

– …Обратно мы ехали сорок минут! И выехали на шоссе у указателя «Жуан-ле Пен» – 5 км»!

Суровое лицо комиссара подобрело.

– Молодец, девочка! Ну-ка, давайте посмотрим…

На стол тут же легла бумажная карта. Полицейские оживленно сгрудились над ней, показывая что-то пальцами, ручками и карандашами.

– Тут один выход на шоссе, вот он! А на спуске не разгонишься, гравий там давно смыло, глинистая дорога петляет, за сорок минут можно проехать от пятнадцати до тридцати километров…

Педантичного вида бритоголовый офицер установил на карту циркуль и провел полукруг, потом расширил радиус и провел еще один полукруг.

– Далеко в стороны от проселка не уйдешь, там крутые склоны и густые леса, значит, вот реальный сектор поисков, – в руке появился желтый офисный маркер и он ловко заштриховал небольшой прямоугольник. – Примерно так… Квадрат «Г-3» на стыке с «Д-4»…

– Что ж, это кое-что, – кивнул Перье. – Отработаем, для начала, этот сектор. Отправляйте беспилотник. Есть у нас что-то в этом районе?

– Второй борт у моря, близ Антиба, – ответил худенький очкарик в пестрой «гавайке». – Сейчас свяжемся с оператором. До нашего сектора ему минут пятнадцать лету…

– Включайте монитор!

Прошло совсем немного времени, и огромный экран, висевший в простенке между двумя стеклянными дверьми, ожил. По нему покатились вначале ряды вилл с бассейнами и хозяйственными постройками, потом склоны холмов, покрытых ровными рядами виноградных кустов, затем пошли ярко-зеленые поля люцерны. В них вклинивались пастбища, усеянные спинами коров. Снова виноградники и снова люцерна, более серьезные горные склоны, леса, мелькающие сквозь листву крыши разбросанных на приличном расстоянии друг от друга домов…

– Примерно, этот район, – сказал бритоголовый полицейский.

Очкарик вдавил кнопку рации.

– Прочеши там все, Эмиль. Покажи нам ферму. Как понял? Ищем строения. Одинокий дом с сараем, бочки…

Помедлив немного, рация ответила:

– Вас понял, база! Пока ничего не вижу. Сейчас поднимусь повыше…

Поля качнулись, и масштаб изображения на экране стал стремительно уменьшаться: беспилотник поднимался вверх.

– Как вам такое строение? – сказал голос в рации.

Изображение на экране превратилось в ленту, которую стремительно потащили за край. Лоскутки полей и виноградников, перекрестки дорог. Наконец, картинка застыла. Высокий забор из металлического профиля, неказистый двухэтажный домик, сарай…

– Давай подробней!

Беспилотник начал снижаться. Крыша из старой черепицы, бочки у сарая, трактор…

– Желтый трактор! – вскрикнула Кира. – Точно! Там во дворе трактор стоял!

Беспилотник тем временем снизился настолько, что можно было рассмотреть и двор, усеянный трупиками домашней птицы, и дверь, распахнутую настежь, и выбитое окно в котором ветер играл занавеской – то вытягивая ее наружу, то вдувая обратно…

– Это та самая ферма, – произнесла Кира сдавленным голосом и поежилась – как будто испугавшись, что ее может затянуть в эту распахнутую дверь, и она вновь окажется в пересыльной тюрьме Гастона-Синей Бороды.

Машина сыска, собравшаяся в кабинете полицейского участка, выдохнула и пришла в движение. Профессионалы знали, что делать и действовали уверенно и целенаправленно.

– Берите вертолет, и два отделения, Жак! – скомандовал комиссар Перье. – Одну группу десантируйте в точку, вторую выбросьте вверх, чтобы никто не ушел в горы. И блокируйте дороги вниз.