Лабутены для Золушки - Данил Корецкий

На этой фразе двери лифта распахнулись, и Кира увидела двоих мужчин, стоящих по сторонам двери ее номера.

– Им бы еще камзолы и алебарды, – вздохнула она. – Ведь я же как-никак королева! Ну, ладно уж… Пусть стоят без алебард…

* * *

К хорошему быстро привыкаешь. Уже целую вечность сказочных каникул, ее день не начинался так рано: на рассвете резко и требовательно зазвенел телефон Андрея. Прижав мобильник к уху, хрипя осипшим спросонья голосом: «Да. Слушаю. Конечно, спал!», – тот выскочил в прихожую. Но Кира уже проснулась. Лежала, моргая осоловело. Часы на стене напротив показывали «6:17». Кто, или что, обитающее в телефоне бойфренда, ни свет, ни заря вламывается в шикарный номер с видом на ласковое море? Ничего позитивного от раннего тревожного звонка Кира не ждала. Через закрытую дверь произносимые Андреем отрывистые фразы звучали смазанно, слов было не разобрать. Но тон был нервный, в этом она не сомневалась.

Он вернулся через несколько минут. Хмурый. В руке помимо телефона какой-то конверт из плотного картона.

– Что-то случилось?

Андрей со вздохом кивнул, отвел глаза.

– Проблемы с бизнесом… Мы только-только стали выходить на французский рынок – и надо же… Как назло, я как раз здесь, но отсюда эту пробоину не залатаю. Придется лететь в Москву!

Он лег рядом с Кирой, прикрылся простыней, протянул ей конверт.

– Это тебе. В прихожей лежало. Подсунули под дверь.

Она взяла с тумбочки маникюрные ножницы, отрезала край с торца, вытряхнула странно тяжеловатый и твердый золотистый листок размером с открытку. На нем, выполненная каллиграфическим почерком, затейливыми, с росчерками, черными буквами, красовалась лаконичная надпись: «Господин Джелани Афолаби имеет честь пригласить Королеву Бала цветов совершить небесную прогулку на дирижабле, которая состоится сегодня, в удобное для Королевы время». В правом нижнем уголке поблескивал граненый камешек.

– Странно, – произнесла она. – Приглашение без адреса, без времени…

– Ну-ка, дай! – Андрей протянул руку, покрутил открытку, согнул, провел ребром по ладони, даже зачем-то понюхал.

– Ничего себе! – наконец сказал он. – Открытка-то из золота! А внизу вставлен бриллиантик… Вот как они надпись учинили, непонятно…

– А все остальное понятно? – Кира не могла скрыть сарказма.

– Конечно! На тебя положил глаз богатый чувак, который хочет удивить тебя золотом, бриллиантом и дирижаблем. Ты летала на дирижабле?

– Никогда!

– Думаю, так ответит миллион женщин из миллиона. Дирижабль гораздо увлекательней самолета. В общем, с неба на красивую девушку свалилась замечательная альтернатива. Как я понимаю, тебе билет на Москву заказывать не надо?

Кира молчала. Остаться в Ницце одной, наедине с толпами бесцеремонных журналистов, странной полицией, какими-то «черными леопардами» и неведомыми опасностями, было страшновато. Но и бросить разворачивающуюся в серой жизни увлекательную цветную сказку, досрочно окунуться в беспросветные будни бухгалтерии офисно-коммерческого центра, так до конца и не изжившего унылый дух картонажной фабрики, было свыше ее сил.

– Не надо, – ответила она. – Отпуск-то не закончился!

– Ну-ну, – неопределенно кивнул Андрей, выполняя бронирование онлайн. – Я буду звонить по возможности…

– Конечно! – без особого энтузиазма повторила Кира, рассматривая драгоценное приглашение.

«Прогулка на дирижабле с моим величеством… Ладно, так тому и быть!» Настроение менялось, причем в лучшую сторону. Она представляла, как алмазный магнат катает ее на дирижабле – и успокаивала себя соглашательской мыслью:

«Не могут же неприятности следовать одна за другой! Недаром говорят, что снаряд не попадает дважды в одну и ту же воронку. Как знать, быть может, в ее жизни открывается новая страница, полная приятных сюрпризов и шикарных подарков…»

Голос Андрея вернул Киру в утреннюю реальность.

– Нужно выезжать прямо сейчас.

Он встал с кровати, в два широких шага пересек комнату и, распахнув шкаф, потянул с вешалки рубашку.

– Надеюсь, обойдется без пробок, – пробормотал он, быстро натягивая брюки. – Не скучай!

– Вряд ли мне это удастся, – сказала Кира, надеясь, что бойфренд не разберет фальши в голосе. Он был уходящей натурой. А еще сильней и искренней она надеялась, что скучать ей не придется.

Быстрый прощальный поцелуй и дверь захлопнулась. Кира укрылась с головой, надеясь снова уснуть. Но сон не шел.

«Завтракать, – приказала она себе, отбрасывая простыню и вскакивая. – Нечего киснуть!»

Напевая, она направилась в ванную. Голая, ставя ноги «по-модельному» – в одну линию.

«А после завтрака меня найдут. Приглашенных на частный дирижабль всегда находят, еще ни одна не потерялась…»

В этом она была совершенно права.

* * *

В коридоре стояли двое, как и раньше, но дислокация изменилась – теперь один нес службу возле двери номера, другой – напротив аппендикса, в который прибывал лифт. Но бдительности и установленного порядка охраны они не проявляли: переговаривались о чем-то – похоже, просто травили байки, обычные для двух здоровых мужчин, проводящих время в бездействии и категорически запрещенные для лиц, обеспечивающих чью-то безопасность. При виде Киры они посерьезнели.

– Доброе утро, мадемуазель, – сказал тот, что стоял ближе. – Мы здесь, чтобы вас охранять.

– Доброе утро, господа, – ответила Кира. – Я собираюсь позавтракать внизу, в ресторане.

Охранник, стоявший в районе лифта, нажал кнопку вызова.

– Я сопровожу вас.

Вблизи она рассмотрела в спутнике смешение кровей: восточную смуглость, нехарактерный для европейца разрез глаз, слегка крючковатый нос. Заходя в лифт, Кира удивилась тому, с какой легкостью она освоилась с ролью охраняемой особы. И в который раз убедилась: к хорошему быстро привыкаешь!

Смуглый охранник остался стоять у входа, Кира зашла в ресторан, сразу обратив на себя внимание. Но она уже привыкла, и даже научилась вести себя естественно, никак не реагируя на заинтересованные взгляды и шушуканье любопытной публики.

К завтраку был накрыт длинный шведский стол с самой разнообразной едой – от мюсли и йогуртов с сухофруктами, до ветчины, куриных грудок, жареных колбасок, многочисленных разновидностей яичницы и обилия сыров. Ко всему этому изобилию прилагались бутылки с шампанским, стоящие на тумбочке в наполненных льдом серебряных ведерках. У ведерок было оживленно. Поразмыслив, Кира тоже решила выпить шампанского. Оно уже успело стать частью ее новой красивой жизни. К тому же улучшало настроение и заставляло начинающийся день сразу играть яркими красками.

– Прошу, мадемуазель.

Молодой мужчина в мятом льняном костюме – сам такой же мятый, не иначе, с крепкого похмелья, уступил ей очередь.