С надеждой на смерть - Кара Хантер

– Но рожала в Бирмингеме, и психиатр, который осматривал ее до суда, сказал, что она почти наверняка выбрала больницу заранее. Как, вероятно, и в случае с первым ребенком.

– И?..

– Она могла встретить кого-то таким образом. Если подыскивала больницу, могла встретить другую такую… девушку в ее положении. Возможно, та могла дать ей контакт.

Кирни ерзает на стуле и хмурится.

Я слегка подаюсь вперед:

– Затем после родов она звонит из таксофона больницы и договаривается о встрече, чтобы передать ребенка.

Он саркастически поднимает бровь:

– Дайте угадаю… на стоянке на трассе?

Я пожимаю плечами:

– Почему нет? Мы оба знаем: лучший способ заставить поверить в ложь – это выдумать как можно меньше. Что, если все, что она рассказала про тот день, было правдой, кроме одной главной, решающей вещи? Она действительно встретилась с кем-то на той стоянке и передала ребенка, но человек, который забрал его, не был отцом, это был торговец младенцами.

Я снова жду, и в конце концов он кивает:

– Да, полагаю, такое возможно.

– Это также объясняет, почему люди, взявшие ребенка, так и не заявили о себе. В общем, либо торговец, либо усыновители. Им всем было что терять.

– Но только не ей, не так ли? Почему она честно не призналась? Пусть не сразу, но хотя бы после того, как ей предъявили обвинение в убийстве? По сравнению с этим незаконное усыновление было бы пустяком.

На миг воцаряется молчание.

– Согласен. Тут нет логики.

Кирни делает кислое лицо:

– Добро пожаловать в извращенный мир Камиллы Роуэн. В нем ничто не имеет логики – и никогда не имело. Кроме того, что она его убила. Это всегда выглядело логично. Проблема вот в чем. Единственное, что мы теперь точно знаем: этого не было.

* * *

Отправлено: Чт 25.10.2018, 12:10

Важность: Высокая

От: [email protected]

Кому: [email protected]

Тема: Джейми Фокс

Мистер Фокс только что посетил управление полиции Большого Манчестера на Фэрфакс-роуд. Нам повезло – он захватил с собой карту донора крови. Согласно тому, что вы прислали ранее, у вашей жертвы группа А, а у его матери – группа О[30]. Поскольку у Фокса также группа О, его отцовство можно исключить[31]. Мы взяли образец крови для проверки, но я подумала, что вам будет интересно узнать это прямо сейчас. Я дам вам знать, как только у нас будут результаты.

Искренне ваша,

Вики Рум

* * *

Адам Фаули

25 октября

12:15

Куинн ждет меня на автостоянке. Прислонившись к машине, он листает что-то на своем планшете. Когда я приближаюсь, поднимает взгляд:

– И много ты узнал от Хейверса?

– Нет, – отвечает он. – Ничего, кроме того, что было в файлах. Он так глубоко в заднице у Кирни, что видны только ботинки.

Похоже на то.

Куинн с помощью навороченного пульта дистанционного управления (ну, вы понимаете) открывает машину, и мы садимся внутрь.

– Я спросил Кирни о гипотезе незаконного усыновления, – говорю я, закрывая дверь.

Куинн кивает:

– И?..

– Он слегка ощетинился… Сказал, что они сделали всё, что было в их силах, но через пять лет это невыполнимая задача.

Куинн запускает двигатель.

– Тут он прав.

Я поворачиваюсь и смотрю в окно. Мимо машины проходит пара констеблей и, оживленно болтая, поднимается по ступенькам. Оба на вид вчерашние выпускники; даже я считаю, что в наши дни полиция молодеет.

– Я спросил его, говорили ли они с кем-нибудь из других матерей-одиночек, родивших в больнице примерно в то же время. Хотел проверить, не будет ли какой зацепки, которая привела бы к конторе, занимавшейся подпольным усыновлением.

– Что он сказал?

– Возмущенно запыхтел. Очевидно, они этого не проверяли.

Куинн включает передачу и оборачивается, чтобы увидеть, как можно сдать назад.

– Это единственная дыра в деле, которую мы пока нашли. Но как, черт возьми, нам отыскать кого-то из них сейчас…

– В больнице была женщина – социальный работник, не так ли? Разве ее нет в списке свидетелей?

– Да, но она видела Роуэна всего один раз, минут десять, так что это не показалось нам таким уж важным.

– Поднимите ее в списке приоритетов. Если были и другие девушки, думавшие об усыновлении своих детей, она наверняка в курсе.

Куинн кивает:

– Я поручу это кому-нибудь.

Он дает задний ход так резко, что я рискую стукнуться головой, и потом мы трогаемся с места.

– Кирни сказал еще одну вещь.

– Вот как? – говорит Куинн.

– Пошутил. Сказал, что на моем месте он уехал бы из страны.

Куинн смеется.

– Но это заставило меня задуматься. Если ребенка действительно усыновили незаконно, вдруг его вывезли за границу?

Куинн смотрит на меня, потом снова на дорогу.

– Но для этого он должен иметь паспорт, не так ли? Ребенок, в смысле. Или быть вписанным в паспорт кого-то из родителей… Нельзя просто взять и заявиться в аэропорт с коляской, надеясь, что вас пропустят куда угодно.

Я удивлен, что Куинн вообще в курсе такого. Возможно, Мейзи настраивает его на отцовство. Но представить себе, как он меняет подгузник, – это уже из разряда фантастики.

Впрочем, Куинн прав: без паспорта вас никуда не выпустят, а без свидетельства о рождении не будет никакого паспорта. И полиция Южной Мерсии уже проверила записи о рождениях. Конечно, существует такая вещь, как подделка документов, и в те годы, когда паспорта не были такими высокотехнологичными, она намного легче сошла бы с рук. С другой стороны, это потребовало бы уйму времени и расходов, притом что были легкие и законные способы добиться точно такой же цели. Если только не было причины, по которой вы не могли пойти простым и законным путем… Не слишком воодушевляющая мысль.

– Хочешь, чтобы я поручил Бакстеру проверить аэропорты? Если думаешь, что наш покойник, возможно, прибыл из-за границы.

Я собираюсь сказать «да», но потом начинаю думать о том, сколько людей ежедневно проходит только через Хитроу[32], и напоминаю себе, что все, что у нас есть, – размытое лицо на снимке и некая смутная догадка.

– Нет, я не смогу обосновать расходы. Для этого требуется веское основание. Или веское имя, чего за моим не водится.