Ночная тьма - Агата Кристи

Я видел, что он терпеливо ждет, пока я приду в себя. Он,несомненно, был человек, деликатный.

— Мы встретились здесь, на Цыганском подворье, — сказал я. —Я прочел объявление о продаже «Тауэрса» и пошел по дороге, ведущей на вершинухолма, потому что мне хотелось посмотреть, что представляет собой это поместьеВот как я впервые ее увидел. Она стояла под деревом Я ее напугал — или скорейона меня напугала. Во всяком случае, именно с этого все и началось. А потом мыприехали жить сюда, в это проклятое Богом и людьми место.

— Вы уже тогда чувствовали, что вас здесь ждет беда?

— Нет. Да… По правде говоря, не знаю. Я никогда в этом дажесебе не признавался. Не хотел признаться. А вот Элли, по-моему, с самого началабоялась жить здесь. — И не очень уверенно добавил:

— По-моему, кто-то умышленно старался ее напугать.

— Что вы хотите этим сказать? — довольно резко спросил он. —Кто хотел ее напугать?

— Может быть, эта цыганка. Она искала встреч с Элли, чтобывнушить ей, что это место принесет ей несчастье. Убеждала ее уехать.

— Почему же вы сразу не сказали мне об этом? — сердитоспросил он. — Я бы поговорил с Эстер. Велел бы ей попридержать язык.

— Но зачем она это делала? — допытывался я. — Что еюдвигало?

— Подобно многим людям, — ответил Филпот, — она любитнапускать на себя важность. Вот и пристает ко всем: одним пророчит беду, другим— прямо-таки рай земной. Короче, любит изобразить из себя настоящую гадалку.

— А что, если ей за это заплатили? — предположил я — Мнесказали, что к деньгам у нее слабость.

— Да, к деньгам она очень неравнодушна. А кто вас навел наэту мысль?

— Сержант Кин, — ответил я. — Сам я до такого никогда бы недодумался.

— Понятно… И все-таки я не могу поверить, — он в сомнениипокачал головой, — что она умышленно старалась напугать вашу жену до такойстепени — довести ее до того, что случилось…

— Может, она и не предполагала, что все.., так вот кончится.Возможно, она чем-то напугала лошадь, — сказал я. — Ну не знаю.., выпустилашутиху или взмахнула чем-то ярким… Порой мне кажется, что она затаила обиду наЭлли, но почему? Понятия не имею.

— Ну какая у нее может быть обида на вашу Жену?

— А это место никогда ей не принадлежало? — спросил я. —Земля то есть.

— Нет. Цыган, правда, несколько раз прогоняли оттуда. Ихвсегда гонят, но не думаю, что они всю жизнь пребывают в обиде на новыхвладельцев земли.

— Да, едва ли… И тем не менее меня все время гложет мысль,что мы здорово кому-то помешали.

— Но чем? Чем конкретно?

Я стал рассуждать вслух:

— Возможно, это может показаться слишком надуманным… Нопредположим, сержант Кин прав: ей действительно кто-то заплатил, чтобы онадонимала нас своими гнусными предсказаниями. Чего же этот некто добивался?Чтобы мы оба убрались отсюда? Изводила она главным образом Элли. Это понятно:женщину запугать куда легче. Рассчитывали, что я в свою очередь начну за нееволноваться, и в конце концов мы отсюда сбежим. Если мои рассуждения верны, тоэтот некто хочет, чтобы земля снова поступила в продажу. Потому что сам жаждетзаполучить нашу землю.

— Что ж, ваше предположение вполне логично, — отозвалсяФилпот, — только я не могу понять, кому и зачем так понадобилась эта земля?

— Может, кто-то обнаружил там полезные ископаемые, о которыхникто и не подозревает?

— Едва ли. — Он энергично покачал головой.

— Или тут где-то клад? Я понимаю, это звучит глупо, но ктознает: вдруг здесь спрятали деньги после ограбления большого банка.

Филпот снова покачал головой, но уже менее энергично.

— Мы ничего не поймем, — продолжал я, — пока не выясним, ктопрячется за спиной миссис Ли. Может, у Элли есть какой-то неведомый нам враг?

— И что же, вы кого-то подозреваете?

— Да нет. Она же здесь никого раньше не знала. В этом ятвердо уверен. — Я встал. — Спасибо, что выслушали меня.

— Жаль, что ничем не сумел вам помочь. Выйдя за дверь, ясунул руку в карман и нащупал твердый округлый бочок. Затем, все-такирешившись, повернулся и снова вошел в гостиную.

— Мне хотелось бы вам кое-что показать. Вообще-то я нес этосержанту Кину, чтобы услышать его мнение, — добавил я и вынул из карманакамень, завернутый в измятый кусок бумаги, на котором печатными буквами былокое-что написано.

— Это бросили в окно за завтраком сегодня утром, — сказал я— Я спускался по лестнице, когда услышал звон разбитого стекла. Когда мы с Эллитолько приехали сюда, нам тоже бросили в окно камень. Может, и второй разшвырял тот же самый человек. А может, и нет.

Я развернул бумагу и протянул ее Фил поту. Обрывок грязнойоберточной бумаги. На ней были какие-то печатные буквы, выведенные выцветшимичернилами. Филпот надел очки и стал вчитываться в написанное. Там было всегонесколько слов: «Вашу жену убила женщина».

Филпот поднял глаза.

— Поразительно! — пробормотал он. — А первая записка,которую вы получили, тоже была написана печатными буквами?

— Не помню. Я даже не помню, что там было написано. Мы тогдане сомневались, что это дело рук местной шпаны. Но это уже не похоже нахулиганскую выходку.

— Вы считаете, что камень бросил человек, который что-тознает?

— Скорее, кто-то решил надо мной поглумиться. Знаете ведь,как любят в деревнях писать анонимные письма, — одно из лучших развлечений.

— По-моему, вы правы, — сказал он, протягивая мне обрывок, —эту записку надо отнести сержанту Кину. В анонимках он разбирается куда лучшеменя.

Сержант Кин был явно заинтригован.

— Странные тут творятся дела, — заметил он.

— Что, по-вашему, все это значит? — спросил я.

— Трудно сказать. Может, просто со злобы хотят кого-топодставить?

— А может, намекают на миссис Ли?

— Нет, не думаю. Скорее… Скорее дело было так… Возможно,кто-то что-то видел или слышал — шум, крик или лошадь промчалась мимо, — исейчас же после этого наткнулся на какую-то женщину. Но тогда выходит, что таженщина не была цыганкой, про цыганку не стали бы писать — все и так уверены,что именно она все это устроила. Нет, здесь же, похоже, говорится о совершеннодругой женщине.