Чистосердечное убийство - Алексей Макеев

Труев был не до конца уверен в правильности такого решения, но возражать не стал. Он позвал Тихонова и объяснил ему план Гурова.

— До вечера побудете у себя дома вместе с постояльцами, — добавил сам Гуров, когда криминалист закончил свое объяснение. — Мы с Глебом Павловичем за это время осуществим одну операцию, а вечером за вами зайдем. Ночевать будете по-прежнему у Труева.

— Что ж, я согласен, — сказал Тихонов, и они направились к его дому.

Надо заметить, что Костя и Настя были не слишком рады возвращению хозяина. Однако, когда Гуров объяснил им, что это необходимо для скорейшей поимки убийцы, Костя сразу снял все возражения.

Оставив Тихонова в обществе молодых людей, Гуров и Труев вернулись в дом криминалиста. Взяли удочки, ведро — в общем, весь набор, который друзья обычно брали на реку, и не спеша зашагали в лес.

— Так ты в какую часть леса собрался? — спросил Труев. — Может, объяснишь все-таки свой план?

— Понимаешь, у меня сложилось убеждение, что у преступников имеется некая база или схрон в глубине леса. Должно быть такое место, где они хранят свою амуницию.

— Какую амуницию ты имеешь в виду?

— Прежде всего одежду, в которой один из них изображал призрака, — объяснил Гуров. — Ведь каждый раз таскать ее из поселка неудобно — увидеть могут. Правильнее занести один раз, в сумерках, и там хранить. Возможно, там также есть оружие, а еще документы и деньги, на случай внезапного бегства. Вот это их убежище мы и должны отыскать. И там ты займешь засаду завтра утром.

— Что ж, дело правильное, — кивнул Труев. — Осталось отыскать это самое убежище. А это может оказаться делом нелегким.

Опытный криминалист оказался прав. Друзья спрятали удочки и ведро в прибрежных кустах, а сами углубились в лес. Они зашли далеко, гораздо дальше, чем заходил Гуров во время своих прогулок. Однако долгое время ничего похожего на убежище им не попадалось. Солнце уже опустилось за лес, в лесу потемнело, а они все бродили. То и дело, завидев очередную возвышенность, или полянку, или болотце, или другое приметное место, Гуров устремлялся туда — но напрасно.

Стало уже совсем темно, пора было возвращаться. С большим сожалением Лев повернул назад, к оставленным у берега удочкам.

— Да, провалился мой план, — признал он. — Не удастся мне создать «засадный полк» в твоем лице.

— А может, ты неправильно рассчитал и никакого убежища у них вообще нет? — предположил Труев.

— Может, и так, — согласился Гуров. Сейчас он был на все согласен.

Они прошли еще сотню метров, как Труев вдруг воскликнул:

— А что это там чернеет? Вон там, правее?

— Да просто кустарник густой, ничего особенного, — присмотревшись, ответил сыщик.

— А все-таки давай взглянем, — сказал криминалист и, не дожидаясь ответа, направился в сторону густо заросшего участка леса.

Видимо, когда-то здесь случился пожар: валялись обгорелые, наполовину сгнившие стволы елей и берез, торчали обломки деревьев. Пожарище густо заросло молодой осиной и березой, опуталось кустами — не продерешься. Однако, когда друзья подошли вплотную, Труев заметил между кустами узкий проход — скорее лаз, чем тропку.

— Ну-ка, давай посмотрим, что там, — пробормотал он и первым нырнул в лаз.

Идти пришлось согнувшись, почти на четвереньках. Проход несколько раз повернул — и вдруг стало светлее. Можно было распрямиться и оглядеться. Друзья оказались на крохотной — не больше четырех метров в диаметре — полянке, окруженной густыми зарослями. С одного края полянки виднелся тщательно сложенный шалаш, покрытый полиэтиленовой пленкой. Гуров шагнул к нему и заглянул внутрь.

Скудного света вечернего солнца хватило, чтобы он смог разглядеть сверток с мешковиной, висящий на крючке пакет с продуктами и стоящую у стены сумку.

— Вот, значит, какое оно, его убежище, — произнес сыщик. — И нашел его ты, Глеб. Целиком твоя заслуга. Осталось выбрать тебе место для засады…