Чистосердечное убийство - Алексей Макеев

— Шантаж? Но кто их шантажировал? — почти хором воскликнули Костя и Тихонов.

— Как кто? Я думал, вы сами догадаетесь. Елизавета Прыгунова, конечно. Горничная каким-то образом узнала о заговоре двух голубков — может, подслушала их разговор, а может, проследила свою хозяйку, когда она под предлогом поездки в город бросила машину где-то на опушке леса, а сама отправилась в коттедж Линева. Думаю, вернее второе предположение. Во всяком случае, Прыгунова узнала все и стала их шантажировать Ей пришлось платить — и было очевидно, что делать это им придется всю жизнь.

Тогда яхтсмен Линев решил перейти к решительным действиям. Он предвидел, что рано или поздно наступит день, когда я не буду сопровождать Шаталова на рыбалку. Тем более что в то время я не думал, насколько ситуация серьезна. Любовникам надо было дождаться, когда Виктор Петрович останется один. На этот случай они разработали план операции «Отвлечение». Отвлекать должна была Ольга. А когда Магомедов ушел от реки, в дело вступил Линев. Именно он убил вашего отца — а затем бросил на его одежду кусочки ткани с ваших, Костя, джинсов.

Операция удалась, но она прошла с накладками. Заговорщиков видели там, где им не следовало появляться. Ольга Шаталова в тот день якобы только вошла в лес и сразу пошла обратно. На самом деле Варя Полозкова видела, как она выходила из леса совсем в другом месте. А вы, Егор Демьянович, видели Линева, когда он возвращался с реки. А это вообще рушило всю легенду — ведь в этот день, по его словам, он все утро провел в Москве.

— Да, действительно, он ведь был в Москве! — вспомнил Костя. — Мне еще Ольга об этом говорила. Его там, наверное, видели. То есть у него должно быть алиби…

— Никакого алиби у Линева нет, — сказал Гуров. — Тут мне опять помогли мои коллеги. Они встретились и поговорили со всеми людьми, с которыми в тот день общался Линев. Да, он вроде был на работе, решал какие-то вопросы. Но делал это исключительно по телефону. Видеть его никто не видел. То есть он не покидал поселка. Встреча с вами полностью зачеркивала его алиби. Таким образом, вас надо было устранить, как и Варю. Линев задушил девушку и готов был сделать то же самое с вами, но его спугнул я — пришел слишком рано и увел вас ночевать к Труеву. В противном случае, уверен, наш яхтсмен довел бы дело до конца. Он не из тех людей, которые останавливаются на полпути.

— А Прыгунова? С ней что случилось? — спросила Настя.

— То же самое, что с Виктором Петровичем, Варей и ее мамой, — ее убили. Только в отличие от Вари Прыгунову нельзя назвать невинной жертвой, она поплатилась за свою жадность. Я думаю, дело было так. Ольга Григорьевна назначила горничной встречу в лесу. Какой предлог она для этого придумала, не знаю, возможно, заявила, что деньги не у нее, что их должен кто-то привезти… Во всяком случае, Прыгунова пошла в лес. Дальше вступил в дело Линев. Он задушил свою жертву и утопил тело в реке.

— А как вы догадались, что Прыгунова занималась шантажом?

— Когда она беседовала со мной, то постоянно намекала, что что-то знает. Но главное не это. Когда уже после ее убийства мы с лейтенантом Семеновым наведались в ее комнату, то сразу обнаружили, что кто-то до нас рылся в вещах убитой. Логично было предположить, что это сделала Ольга Шаталова. С какой целью? Что она искала? Ответ простой: деньги. Те деньги, которые Прыгунова уже выманила у любовников до этого. И она их нашла.

— Да, вы нам выдали полную картину всего преступления… — протянул Егор Тихонов. — Вы так рассказываете, словно сами присутствовали при том, как преступники составляли свой замысел, а потом его исполняли. И доказательств у вас хоть отбавляй. Так что теперь, наверное, Ольге Григорьевне и Линеву ничего не остается, как во всем признаться.

— Ни в чем они не признаются! — уверенно заявил Гуров. — Ишь, чего захотели! Это только в детективных романах бывает, что, когда сыщик излагает убийцам, как все произошло, они сникают и во всем признаются. Ну, и выдают еще какие-то подробности, которые уже никому не интересны. Нет, настоящие убийцы ведут себя иначе. Они будут хитрить, изворачиваться, придумают тысячу причин, почему находились на месте преступления — но не признаются ни за что. Да нам их признание и не требуется. Те времена, когда его добивались, уже прошли. Так что теперь начнется рутинная работа по подготовке уголовного дела, потом оно попадет в суд… Вы лучше скажите, что сами собираетесь делать?

— У нас с Настей все ясно, — сказал Костя, переглянувшись с девушкой. — Мы за эти сутки обо всем договорились. Сейчас я займусь похоронами отца, потом буду вступать в права наследства. А попутно мы подадим заявление, и когда минует месяц со дня смерти папы, назначим день свадьбы.

— А жить где будете — здесь? — поинтересовался Тихонов.

— Нет, здесь мы не останемся, — твердо заявил Костя. — Слишком много плохих воспоминаний. Да и потом, зачем так далеко убегать? Мне учиться надо. Про Настю мы решили, что она тоже пойдет учиться. А для этого надо в Москве жить. Так что дом и участок я продам, и купим себе квартирку где-нибудь в столице.

— Значит, так все и сбудется, как говорит предание, — заключил Егор Тихонов. — Не будут Шаталовы жить в деревне Онуфриево: проклятие здесь над ними висит. Так что в старой легенде есть свой смысл. Хотя призрак оказался фальшивый, а проклятие Ольги Онуфриевой все же действует. Хоть бы на новом месте он от вас отстал…