Внутри убийцы - Майк Омер

Ее стол располагался в углу комнаты, одна стена справа, одна спереди. Зои повесила на них фотографии — Сьюзен Уорнер и Моник Сильву перед собой, Кристу Баркер справа. Удовлетворившись, откатила кресло назад, чтобы проинспектировать свои труды. «И приз за самое патологическое украшение рабочего места получает… Зои Бентли». Не хватает только горшка с засохшим цветком на столе, и вся полиция Чикаго решит, что она психопатка.

Во «Входящих» появилось новое письмо. Отправителя Зои не знала, но адрес принадлежал полиции Чикаго. Это был ответ на запрос Мартинеса — запись разговора с прошлой ночи. К письму был приложен звуковой файл и сведения о звонке: номер телефона, время начала и окончания разговора и прочие технические подробности, в которых Зои не разбиралась. Она запустила файл.

От прослушанного разговора ей стало нехорошо. Вчерашний прилив адреналина, желание помочь девушке, надежда, что им удастся вытащить ее живой, — все это осталось в прошлом. Сейчас она слушала разговор с беззащитной, напуганной, задыхающейся жертвой, которая очень скоро умрет жуткой смертью. Они все звучали и звучали, сдавленные вскрики девушки, которая пыталась навести детективов на правильный адрес. Зои хотелось закричать на записанного Мартинеса: «Это же Харэн-стрит, черт бы тебя побрал. Отправляй машины на Харэн-стрит». К концу записи она крепко сжала кулаки, предвидя и с ужасом ожидая последние сдавленные крики жертвы. Глубоко вздохнула и посмотрела на длительность записи. Четырнадцать минут тридцать четыре секунды. Ей казалось, что прошло десять часов.

Зои взяла ручку и запустила файл заново, ставя в некоторых местах метки времени. Первая — 01:43. Мел спрашивала Лили, может ли та описать человека, который ее схватил. Абсолютно бессмысленный вопрос, поскольку у девушки был заткнут рот. Но Лили в ответ попыталась что-то сказать. Кляп полностью заглушал речь, голос был раздраженным, отчаявшимся. Просто каша. Зои трижды прослушала этот фрагмент. Может, существует какой-то алгоритм обработки звука, который поможет вычленить слова…

Вторая — в 2:52, когда разговор взял на себя Мартинес. Когда он говорил, на заднем плане слышалось тяжелое, натужное дыхание Лили. Но, кроме него, Зои слышала разговор каких-то двоих людей. Звук доносился издалека, приглушенно, но она была уверена, что там разговаривают два человека. И их, похоже, совершенно не интересовали крики Лили. Они ее не слышали? Или просто не обращали внимания? Был ли один из них убийцей?

Наконец, она перескочила туда, где Лили в панике закричала. Прямо перед этим Мартинес произнес «Харэн», но Лили его не остановила. Они ошиблись с улицей? Зои, нахмурившись, раз за разом прослушивала этот фрагмент. Перед испуганными криками Лили был еще какой-то звук, слабый, на грани слышимости. Скрип.

Это открывается дверь.

Видимо, Лили перестала обращать внимание на Мартинеса, когда услышала, как к ней входит убийца. А потом он отключил соединение.

Зои еще раз запустила запись, сосредоточившись на том куске, где был слышен разговор двух людей. Нахмурилась. В течение разговора она слышала их еще несколько раз, абсолютно равнодушных к крикам Лили. Они непринужденно беседовали. Зои прибавила громкость и еще несколько раз прослушала фрагмент. Похоже, один человек задавал вопрос, а другой давал длинный ответ. Она заново запустила весь файл на полную громкость, вздрагивая, когда по пустой комнате разносились крики Лили. Девять минут на записи; один голос меняется, другой остается прежним. Мужчина, задавший вопрос, говорит с третьим человеком. Который тоже не обращает внимания на крики Лили. Ну, конечно, его там просто нет.

Это звуки какого-то ток-шоу.

Зои раздраженно потрясла головой. Глупо. Потерянное время.

Она сосредоточилась на экране. Ее внимание привлекло окровавленное горло. Бентли нахмурилась, переводя взгляд то на разрез, то на кровоподтеки сбоку.

В конце концов она позвонила Тейтуму.

— Зои, у нас тут вскрытие идет, — раздраженно отозвался тот.

— Я знаю. Извини. Слушай, вы еще не выяснили, была ли жертва задушена?

— Ага. Судмедэксперт говорит, он считает, что ее задушили до того, как разрезали горло.

— И это было причиной смерти?

— Он так думает. У жертвы кровоизлияния в обоих глазах; это часто случается, если причина смерти — удушение.

— Тогда почему он перерезал ей горло?

— Зои, я не знаю. Потому что он псих.

— Тело было забальзамировано?

— Нет, определенно нет.

Ее это не удивило. Вряд ли убийце хватило бы времени на бальзамирование.

— О’кей, сообщи мне, если найдете что-то еще.

— Хорошо, — ответил Тейтум и отключился.

Зои, прикусив губу, задумалась. Мог убийца в ярости перерезать жертве горло после смерти? Это не похоже на его образ действий. Тогда что?

Она взглянула на телефон. У нее родилась идея, и она набрала другой номер.

— Похоронный дом Абрамсона. Это Вернон.

— Мистер Абрамсон, это Зои. Я была у вас…

— Я помню. Чем я могу вам помочь?

— У меня есть тело женщины, и ее горло перерезано. Я подумала… не сделает ли это бальзамирование проблематичным?

— Каким образом?

— Не знаю. Я просто пытаюсь понять, откуда взялась эта рана. Ее нанесли после смерти, и…

— Это разрез общей сонной артерии?

Зои моргнула.

— Понятия не имею.

Он вздохнул.

— У вас есть фотография, которую вы можете мне прислать?

— Ммм… конечно. Мне нужен ваш адрес электронной почты.

Вернон продиктовал ей адрес. Пока она отправляла фотографию, в комнату вошел Скотт и приветственно помахал ей. Зои улыбнулась ему.

— О’кей, — произнес Абрамсон. — Получил. Да, это выглядит как разрез сонной артерии.

— Хорошо… и что это означает для процесса бальзамирования?

— Ну, я предполагаю, что это было сделано во время процесса, — ответил Абрамсон.

— Что?

— Когда при бальзамировании вводится соответствующая жидкость, чаще всего разрез делается именно в общей сонной артерии. Хотя он, похоже, напортачил — дренаж расплескался по всей шее.

— И что это означает?

— Как я и говорил вам, это означает, что вы имеете дело с любителем.

— Но тело не было забальзамировано.

— Значит, он остановился до того, как закончил.

— Ясно.

— Что-то еще?

— Нет… спасибо, мистер Абрамсон. Вы мне очень помогли.

Зои отложила телефон, разум пытался воссоздать последовательность событий.

Убийца вошел, увидел, как Лили пытается что-то сообщить полиции. Он разорвал соединение и задушил девушку. А потом… решил забальзамировать ее.

Он мог просто избавиться от тела и найти другую проститутку. Почему же он этого не сделал? Наверняка понимал, насколько рискованно заняться бальзамированием. Весь процесс занимает около двух часов. Полиция, насколько он