В зазеркалье воды - Сара Пэйнтер

* * *

Стелла аккуратно сложила письмо и выглянула в окно, но ничего не увидела. Очередная беременность. Зависть к женщине, которая жила и умерла полтора века назад, – к совершенно незнакомой женщине – граничила с безумием. Но, несмотря на булавочные уколы зависти, Стелла радовалась за Джесси, и это было облегчением. Она не хотела ожесточаться. Положив руку на грудь, она ощутила свое сердцебиение и задалась вопросом о «хрупком здоровье» Джесси. Это было предметом ее собственного беспокойства, и она даже записалась на консультацию для обсуждения возможных осложнений своей долгожданной беременности. Эта консультация была отменена после расставания с Беном, и вопросы остались без ответа. Последним, что ей сказали, было заверение в том, что «обычные занятия» с большой вероятностью не причинят ей никаких проблем, но тогда она не подумала спросить, входят ли в эту категорию беременность и роды, а возможно, просто не хотела слышать слова врача о том, что это будет не лучшая идея.

Позже, в тот же вечер, Стелла услышала голоса в гостиной. Джейми сидел на диване с бокалом вина в руке и смеялся так задорно, как она еще не слышала. Его смех был раскованным и почти неудержимым. Натан находился в процессе какой-то театральной импровизации, всплескивая руками и играя на публику. Она помедлила в дверях, не решаясь войти в комнату.

Джейми заметил ее и выпрямился:

– Выпейте с нами!

– Да, давайте, – присоединился Натан менее искренним тоном.

Джейми уже встал и налил бокал вина. Стелла взяла его, мысленно пообещав, что будет пить медленно и уйдет сразу же после того, как позволят приличия. Джейми взял ее за руку и указал на диван, но она отступила в сторону и устроилась в одном из кресел. Натан следил за ней с улыбкой, которая на его лице больше напоминала лукавую ухмылку.

– Что такая девушка, как вы, может делать в подобном месте?

– Как вам известно, я здесь работаю, – сухо ответила Стелла.

– Я имею в виду это место, – он махнул в сторону окна. – Это же настоящая задница мира. Ясно, почему он здесь: семейные узы и все прочее. Это я могу понять, но почему вы?..

Он выразительно подчеркнул последние слова, прозвучавшие как обобщение. Это больше напоминало вопрос «Зачем вы существуете?», чем невинное любопытство насчет места.

– У меня есть друзья в поселке, – сказала Стелла. – Роб и Кэтлин Бэйрд.

Джейми кивнул:

– Я знаком с Робом Бэйрдом. Его семью приглашали на этот богомерзкий Хогманай, который ежегодно устраивал мой отец.

– О боже, Хогманай! – Натан скорчил гримасу.

– А что вы имеете против новогоднего праздника? – поинтересовалась Стелла. Она не понимала, какая черта Натана вызывает у нее конфликтную реакцию, но он каждый раз заставлял ее отстаивать свою позицию.

– Хогманай в Шотландии значит гораздо больше, чем Рождество, – сказал Джейми. – Поворот года, свет во тьме и все такое.

– Доброе старое время^[17], – Натан поднял свой бокал.

– Lang may yer lum reek!^[18] – с улыбкой произнес Джейми и тоже выпил.

Стелла гадала, был ли этот новый, расслабленный Джейми алкогольным фантомом или же он преодолел какую-то внутреннюю преграду, когда открылась дверь и вошла Эсме с подносом в руках.

– Я не знала, что у вас компания, – произнесла она и поджала губы. – Вот фруктовый пирог.

– Все в порядке, – сказал Джейми. – Мы немного навеселе.

– Фруктовый пирог – это чудесно. – Стелла встала, чтобы помочь с подносом. Сейчас годилось что угодно, способное впитать алкоголь. В этом доме у нее быстро начинала кружиться голова, как будто сам воздух производил опьяняющее воздействие.

– Вы блестяще выглядите сегодня вечером, миссис Эсме, – сказал Натан. – Собираетесь на особую встречу?

Эсме была одета в шелковую блузу в дополнение к ее обычным брюками и жилетке, и ее прическа выглядела более аккуратной, чем раньше.

– То, чем я занимаюсь в свободное время, вас не касается, – заявила она, выходя из комнаты с пустым подносом.