Дело о коте дворецкого - Эрл Стенли Гарднер

— Да.

— С какой целью? — спросил Мейсон.

— Протестую! — выкрикнул Шастер.

Перри Мейсон любезно улыбнулся и сказал:

— Ваша честь, я представляю в этом деле обвиняемого. МистерШастер в суде представительства не имеет. Если я своим вопросом не противоречувопросу обвинения, свидетель обязан на этот вопрос ответить.

— Это так, — согласился судья Пеннимейкер. — Отвечайте навопрос.

— Я искал большую сумму денег, которой не хватало послесмерти моего деда, искал и другую собственность.

— Почему же вы искали?

— Потому что я получил телеграмму.

— Представляем эту телеграмму в качестве вещественногодоказательства, — сказал Траслов, глядя на Перри Мейсона с таким видом, словнождал, что тот будет возражать.

— Возражений нет, — сказал Мейсон. — Представьте ее в качествевещественного доказательства.

Траслов развернул телеграмму и прочел вслух:

«КОЛТСДОРФСКИЕ БРИЛЛИАНТЫ СПРЯТАНЫ В КОСТЫЛЕ ЭШТОНА ТЧКБОЛЬШЕ ПОЛОВИНЫ ДЕДОВСКИХ ДЕНЕГ ЗАРЫТЫ ПОД ОКНОМ БИБЛИОТЕКИ ГДЕ РОЗОВЫЙ КУСТВЬЕТСЯ ПО РЕШЕТКЕ ТЧК МЕСТО ОТМЕЧЕНО ПАЛОЧКОЙ ВОТКНУТОЙ В ЗЕМЛЮ ТЧК ОНИ НЕГЛУБОКО ТЧК НЕ ДАЛЬШЕ НЕСКОЛЬКИХ ДЮЙМОВ».

— Нужно выяснить, — сказал Траслов, — была ли эта телеграммаотправлена по телефону и был ли это телефон Уинифред Лекстер, невестыобвиняемого.

Мейсон промолчал.

— Вы рыли в том самом месте? — спросил Траслов.

— Да.

— Вы были знакомы с Эдит де Во?

— Был.

— В каких отношениях вы были с ней, когда она умерла?

— Она была моей женой, — с усилием произнес свидетель.

— А теперь спросите его, — сказал Мейсон Траслову, — чтоговорила ему Эдит де Во насчет смерти его деда.

Траслов удивился, но сразу повернулся к свидетелю.

— Эдит де Во говорила вам о чем-нибудь, связанном со смертьювашего деда, о каких-то подозрительных обстоятельствах, которые она заметила ввечер пожара?

— Ваша честь! — вскочил Нат Шастер. — Ваша честь! Вашачесть! Вопрос отводится! Это основано на слухах! Лишено основания…

Судья Пеннимейкер стукнул своим молотком.

— Сядьте, господин адвокат, — приказал он. — Вы нарушаетепорядок: вы не имеете в этом деле представительства, разве только вы выступитезащитником Сэма Лекстера.

— Я отвожу вопрос как раз в интересах Сэма Лекстера.

— Сэмюэль Лекстер не является какой-либо из сторон в этомделе. Адвокат Мейсон и только он имеет право отводить вопросы. Я уже сообщалвам об этом.

— Но это грубое нарушение! Моего клиента обвиняют в убийстве,не давая ему возможности защищаться! Ну и ловчат эти два юриста! Начинают стого, что привлекают за убийство совсем другого человека, а потом обвиняютмоего клиента, а я ничего не могу поделать, потому что они не отводят вопросы!

Судья Пеннимейкер помимо воли улыбнулся.

— Ситуация ироническая, господин адвокат, — сказал он, — нобесспорно в рамках законности. Сядьте и воздержитесь от того, чтобы прерыватьведение цела.

— Но он не должен отвечать. Иначе у него будут неприятности.Я ему советую не…

На этот раз судья не улыбался.

— Сядьте, — сказал он, — и успокойтесь, иначе вас выведут иззала и оштрафуют за неуважение к суду. Ну?

Нат Шастер медленно сел.

— Сидите и молчите, — приказал судья Пеннимейкер. Потомповернулся к свидетелю: — Отвечайте на вопрос. Разумеется, если нет возраженийсо стороны защиты. Если есть возражения, я подержу мнение о том, что данноесвидетельство основано на одних слухах.

— Вопрос ни в коем случае не отводится, — изысканно вежливозаявил Мейсон.

Шастер приподнялся, потом снова сел с неприятной гримасой.

Фрэнк Оуфли медленно сказал:

— Моя жена мне говорила, что вечером того дня, когда былпожар, она шла мимо гаража. Она видела, что Сэм Лекстер сидел в машине,выхлопная труба была соединена с радиатором отопления при помощи шланга — черезрадиатор нагревалась спальня моего деда.

— Мотор работал? — спросил Траслов.

— Она говорила, что работал.

— Она вам говорила, кому еще она об этом рассказывала?

— Да.

— Кому же?

— Перри Мейсону, адвокату, и Дугласу Кину, обвиняемому.

— Достаточно, — сказал Траслов. — Спрашивайте вы, господинзащитник.

Перри Мейсон почти светским тоном заметил:

— Мистер Оуфли, вы, кажется, были с Эдит де Во перед тем,как она обнаружила Сэмюэля Лекстера в машине в ночь пожара?

— Это так. Мы с ней гуляли и… строили планы на будущее… —Свидетель внезапно осекся, отвел глаза, его лицо перекосила гримаса. Он струдом овладел собой, потом посмотрел в глаза Перри Мейсону и сказал хриплым отволнения голосом: — Я боялся, что дед не одобрит этого брака. Наши встречи былитайными, но мы собирались пожениться, как только будет возможность.

— Она была абсолютно уверена, что в машине сидел именноСэмюэль Лекстер? — задал следующий вопрос Перри Мейсон.

— По-моему, да, — сказал Оуфли. — Хотя она говорила, что нерассмотрела его лица. У Сэма Лекстера заметная шляпа, ее-то она ясно видела.

— Он с ней говорил?

— Да, говорил, и ей показалось, что это был голос СэмаЛекстера. Хотя, когда я ее расспрашивал, она припомнила, что голос звучалприглушенно из-за того, что человек наклонился над рулем.

— Известны ли вам какие-либо мотивы, по которым Сэм Лекстерхотел бы убить своего деда?

— Ну конечно. Завещание.

— Известны ли вам какие-либо мотивы, по которым он хотел быубить Чарльза Эштона?

Нат Шастер изобразил на своей физиономии целую пантомиму,выражающую протест, но, вспомнив предупреждение судьи, остался на месте ипромолчал.

— Нет, не известны, — ответил Оуфли.

— Знаете ли вы, где был Сэм Лекстер, когда убили Эштона?

— Нет, не знаю.

— А вы где были в это время?

— Я был у Эдит де Во.

— Совершали свадебный обряд? — спросил Мейсон.

Свидетелю было явно неприятно отвечать на этот вопрос.