Нотки кориандра - Игорь Лебедев

— Ии Гюнлэр!^[89] — громко сказал Петр Павлович.

Из-под красной фески на непрошенного гостя смотрели удивленные зеленые глаза. Посол оказался невысоким щуплым старичком с бородкой как у композитора Верди.

— Ваше превосходительство, в целях охранения жизни извольте проследовать в полицейский участок, — предложил криминалист.

Посланник продолжал невозмутимо хранить молчание, перебирая янтарные четки.

— Преступники имели злой умысел напасть, но третий участок Спасской части распутал коварный замысел, — сделал еще одну попытку объясниться Жарков.

Дипломат продолжал делать вид, что в карете, кроме него, никого нет.

— Видать, ни бельмеса по-нашему не смыслишь? — начал раздражаться полицейский. — А еще послом служишь…

Петр Павлович вынул револьвер и наставил на старика.

— Ну-ка вылезай, дедушка!

Увидав оружие, посол, казалось, получил облегчение, поскольку смысл сцены становился понятен. Он беспрекословно выбрался из кареты.

— Пампушко, принимай гостя! — приказал Жарков, выбравшись следом.

— Слушаюсь, ваш-бродь! — бодро отозвался городовой, подхватил старичка на руки и бережно понес в один из экипажей.

Петр Павлович бесцеремонно снял феску с головы посла. Тот обернулся и удивленно взглянул на странного налетчика.

— Вернем мы тебе твою шапку, не кручинься! — громко сказал криминалист, словно разговаривал с глухонемым.

— Петр Павлович, сгодится? — подал голос Спасский.

Криминалист обернулся. Письмоводитель уже успел обрядиться в красную ливрею, обшитую золотым галуном.

Именно в таком костюмированном виде Андрей Андреевич и доставил Жаркова к Мариинскому театру в посольской карете.

Тавелиди издал стон — кажется, он начинал приходить в себя.

— Белоглазова не было? — поинтересовался Петр Павлович, закончив краткий рассказ про перехват турецкого посланника.

Ардов отрицательно помотал головой.

— Брусникин добивается ареста военных атташе при посольстве, — предупредил криминалист.

Илья Алексеевич кивнул.

— Петр Палыч, о чем говорил Верховский на лекции? — неожиданно спросил сыщик.

— Ну как… — растерялся Жарков. — Откровенно говоря, сама лекция произвела неприятное впечатление, — подумав, признался он. — У меня сложилось впечатление, что господин генерал умышленно принижал возможности нашей военной промышленности и сверх меры превозносил уровень оснащения американских заводов.

Ардов оживился.

— Какие заводы он упоминал?

— «Ремингтон», «Вестингхаус», еще какой-то…

— «Брэдли Гарланд»? — предположил сыщик, припомнив, что об этой компании говорил Мосин, называя ее представителей «пронырами».

— Угу, — подтвердил криминалист. — Лично мне среди ружейных производителей таковая неведома. А вот удобство ремингтоновской продукции я имел возможность оценить, и, доложу вам, не могу признать американскую винтовку безупречной: гильза в ней частенько застревает из-за перегрева патронника.

— Петр Павлович, не могли бы вы пригласить Брусникина в участок?

— Брусникина? — удивился криминалист.

— Да, прямо сейчас… — подтвердил просьбу Ардов. — Думаю, в ближайший час произойдет развязка. Его присутствие необходимо.

Карета остановилась у третьего участка Спасской части. Жарков помог довести до дверей оклемавшегося Тавелиди, и тут же вернулся в посольский экипаж. Получив новый адрес, Спасский щелкнул кнутом как заправский лихач, и карета тронулась.