На повестке дня - Икар - Роберт Ладлэм

— Ну да, конечно, только это не главное, — замялся Дики. — Прежде всего мы англичане. Жалко смотреть, как гибнет Империя. Верно, Джек?

— Это уже произошло, — сказал атташе, подавляя очередной зевок.

— Видите ли, — заговорил Джек, — мой друг Дики специализируется на черных металлах, ну а я — на текстиле и скажу вам вот что. Тот сукин сын был так одет... По сравнению с тем, как был одет до того, — никуда не годится. Одежда не только определяет человека, но также отвечает роду его занятий. Так повелось издревле, с тех самых пор, как был соткан первый холст, а это, кстати говоря, могло произойти и в этой самой части света...

— Служба разведки подобной информацией располагает, уверен, — прервал его атташе и с видом человека, которому до смерти надоело повторять одно и то же, произнес: — Они скоро будут здесь.

Разведчики и в самом деле вскоре появились, через пять секунд после слов, произнесенных атташе. Двое мужчин в незастегнутых рубашках, отчаянно нуждающиеся в бритве, с хмурыми выражениями лиц вошли в кабинет. Один из них держал в руках объемистый конверт.

— Вы те, ради кого нас подняли? — спросил сотрудник секретной службы, глядя на Дики и Джека.

— Ричард Хардинг слева от меня, — представил атташе, — и Джон Престон справа. А теперь могу ли я покинуть вас?

— Прости, дружище, — покачал головой другой сотрудник МИ-6 и, приблизившись к столу, открыл конверт. — Мы здесь потому, что ты позвал нас. Это обстоятельство вынуждает тебя остаться.

— Вы так добры. — Голос атташе звучал не слишком любезно. — Хочу внести ясность, я не собирал вас, я всего лишь передал информацию. Двое британских граждан настояли на том, чтобы я ее передал. И это обстоятельство вынуждает меня отправиться спать, поскольку свою миссию я уже выполнил.

— По правде говоря, — проговорил Дики Хардинг, — это Джек настоял на встрече, ну а я чувствовал, что, когда времена тяжелые, надо быть начеку. Все, знаете ли, подмечать, прислушиваться к тому, что подсказывает интуиция, а Джек Престон — бывший гренадер, знаете ли. Его интуиция никогда не подводила. По крайней мере когда-то.

— Черт, Дики, при чем здесь интуиция? Я говорю про то, как тот тип был одет. В таком костюмчике, как тот, что был на нем, и зимой в горах взмокнешь, а в рубашке, судя по блеску, она была или шелковая, или из полиэстра, можно просто задохнуться. Хлопок Натуральный, дышащий хлопок — только в одежде из этого материала в здешнем климате можно выжить. А уж как его костюм был сшит, скажу я вам...

— Не возражаете, сэр? — Один из представителей МИ-6 на мгновение закатил к потолку глаза, а другой достал из конверта фотографии и положил их на стол перед Хардингом и Престоном, прервав тем самым их диалог. — Взгляните, нет ли здесь человека, о котором вы говорили?

Через одиннадцать секунд задача была выполнена.

— Это он! — воскликнул Джек.

— Похоже на то, — согласился Дики.

— Ну и идиоты же вы! — сказал человек из разведслужбы. — Его фамилия Макдоналд, жуир и пьяница из Каира. Отец его жены владеет фирмой, в которой он работает, а сюда его заслали, потому что он полное ничтожество и фирмой заправляет его заместитель в Каире. Ну что, что скажете теперь насчет интуиции, которая неожиданно проснулась в такую рань? Могу я спросить вас, господа, где вы провели ночь?

— Ну вот, Джек, я ж говорил, что ты все преувеличиваешь, дело вовсе не существенное.

— Постойте-ка. — Второй разведчик неожиданно задумался, взяв в руки увеличенную паспортную фотографию и внимательно разглядывая ее. — Год или около того назад один из наших связался с нами и попросил организовать встречу по проблеме «ОИ», которая, по его мнению, имела место быть.

— Проблемы чего? — поинтересовался атташе.

— "Оценки имущества". Следует понимать как шпионаж. По телефону он сказал немного, разумеется, но сообщил, что кандидатура подозреваемого нас изумит. «Заплывший жиром спившийся англичанин, работающий в Каире» — так или примерно так описал его. Может, это он?

— Вот, — воодушевился Дики, — я и начал подгонять Джека проследить за ним, а не бросать дело.

— Да нет, старина, ты вовсе не проявлял энтузиазма. А знаешь, мы еще можем успеть на самолет, как ты и хотел.

— Как прошла встреча? — спросил атташе, наклоняясь к сотруднику разведслужбы.

— Она не состоялась. Наш офицер был убит в порту, его нашли возле одного из пакгаузов с перерезанным горлом. Власти преподнесли это как ограбление, поскольку в карманах у него ничего не нашли.

— Думаю, нам стоит попытаться попасть на тот самолет, Джек.

* * *

— Махди? — воскликнула Зайя Ятим. Она сидела за столом в кабинете, который тремя неделями раньше занимал посол США. — Ты должен доставить одного из нас к нему в Бахрейн? Сегодня?

— Как я уже сказал твоему брату — Кендрик сел в кресло рядом с Абиадом напротив женщины. — Полагаю, инструкции были подробно изложены в письме, которое я должен был доставить.

— Да-да, — нетерпеливо прервала его Зайя. — Он мне все объяснил, когда мы ненадолго остались наедине. Но ты ошибаешься, Бахруди. Я не общаюсь напрямую с Махди, никому не известно, кто он.

— Полагаю, ты связываешься с тем, кто передает информацию ему.

— Разумеется, но обычно это занимает день или два. Добраться до него нелегко.

— А как быть в экстренной ситуации?

— Таковая недопустима, — вмешался Азрак. Он стоял, прислонившись к стене возле высокого окна, через которое в кабинет лился яркий солнечный свет. — Я уже объяснял.

— А вот это, друг мой, недальновидно. Нельзя хорошо делать свое дело, не беря в расчет возможность возникновения непредвиденных ситуаций.

— Разумно, — кивнула Зайя Ятим, а затем покачала головой. — Однако здравый смысл в словах моего брата есть. Мы должны быть способны действовать в любой, самой сложной обстановке, как бы долго она ни длилась, если придется. В противном случае нам не доверили бы руководство.

— Хорошо, — сказал конгрессмен из штата Колорадо, чувствуя, как пот струйкой стекает по его спине, несмотря на то что в комнате было прохладно из-за проникающего в окна легкого утреннего ветерка. — Тогда вам самим придется объясняться с Махди сегодня вечером, почему вы не у него. Свое дело я сделал, включая то, что спас Азраку жизнь.

— В этом он прав, Зайя, — подтвердил Азрак. — Если б не он, я был бы мертвецом.

— За это я благодарна тебе, Бахруди. Но мне не под силу совершить невозможное.

— Думаю, тебе стоит попытаться. — Кендрик бросил взгляд на Абиада, затем снова посмотрел на Зайю. — Махди стоило немалых усилий и расходов доставить меня сюда, из чего могу заключить, что в экстренной ситуации находится он сам.

— Сообщение о том, что тебя схватили, все объяснит, — сказал Абиад.

— Неужели ты думаешь, что оманские власти сообщат о моем задержании лишь затем, чтобы признать, что я ускользнул из их рук?