Глухая стена - Хеннинг Манкелль

Валландер пошарил по карманам в поисках листка бумаги - надо ведь записать фамилию. Под руку попался только счет из автосервиса.

- Ревизора зовут Рольф Стениус, у него контора в Мальмё. Адрес и телефон я не знаю.

Валландер отложил ручку. Кажется, он что-то упустил, мелькнуло в голове. Попытался поймать эту мысль, но безуспешно. Марианна Фальк достала пачку сигарет:

- Не возражаете, если я закурю?

- Нет.

Она взяла из мойки блюдце, закурила.

- Тиннес бы в гробу перевернулся. Он не выносил сигареты. Пока мы были женаты, вечно выгонял меня курить на улицу. Будем считать это маленькой местью.

Валландер воспользовался случаем и направил разговор в другое русло:

- Когда мы первый раз говорили по телефону, вы сказали, что у него были враги. И что он чего-то опасался.

- Такое у меня сложилось впечатление.

- Думаю, вы понимаете, как это важно.

- Если бы я знала больше, то непременно бы рассказала. Но я правда не знаю.

- Глядя на человека, можно заметить беспокойство. Но разве видно, что у него есть враги, причем смертельные? Наверно, он что-то говорил?

Марианна Фальк медлила. Курила, устремив взгляд в окно. Стемнело. Валландер ждал.

- Началось это несколько лет назад, - наконец сказала она. - Я заметила, что он обеспокоен. И вместе с тем возбужден. Как одержимый. Потом стал время от времени ронять странные фразы. К примеру, сижу я здесь, пью кофе. А он вдруг говорит: если б люди знали, они бы меня прикончили. Или: кто бы знал, как близка погоня.

- Он именно так и говорил?

- Да.

- И ничего не объяснял?

- Нет.

- А вы не спрашивали, что он имеет в виду?

- Он бы наверняка вспылил и велел мне замолчать.

С минуту Валландер сидел, не говоря ни слова, потом продолжил:

- Давайте потолкуем немножко о ваших детях.

- Они, разумеется, знают о смерти отца.

- Как вы думаете, кто-нибудь из них заметил то же, что и вы? В смысле, его тревогу. Может, он и им про врагов говорил?

- Сомневаюсь. Они очень мало контактировали. Во-первых, жили они со мной. К тому же Тиннес не приветствовал слишком частые их визиты. Я говорю это не в упрек ему. Ян и Ина могут подтвердить.

- Наверное, у него были друзья?

- Очень мало. Задним числом я поняла, что вышла за нелюдима.

- С кем, кроме вас, он общался?

- Насколько я знаю, с одной женщиной, она консультант в той же области, что и он. Зовут ее Сив Эрикссон. Номер телефона я не помню. Но офис у нее в переулке Скансгренд, рядом с Шёмансгатан. Кое-какие заказы они выполняли сообща.

Валландер записал. Марианна Фальк затушила сигарету.

- Последний вопрос, - сказал комиссар. - По крайней мере, в данный момент. Несколько лет назад полиция задержала Тиннеса Фалька, когда он выпускал на свободу норок. Его оштрафовали.

Она смотрела на него с изумлением, судя по всему искренним.

- Впервые слышу!

- Вы можете это понять?

- Что он выпускал норок? Господи, зачем ему это?

- Вы не знаете, у него были контакты с организациями, которые занимаются такими вещами?

- Что вы имеете в виду?

- Радикальные экологические организации. Защитников животных.

- Не верится мне как-то.

Валландер кивнул. Без сомнения, Марианна Фальк говорила правду. Она встала.

- Мне придется еще раз побеседовать с вами.

- При разводе бывший муж обеспечил мне щедрое содержание. Иными словами, я не обязана делать то, чего терпеть не могу.

- А именно?

- Работать. Я целыми днями читаю книги. И вышиваю розы на льняных салфетках.

Она что, насмехается надо мной? - подумал Валландер. Но ничего не сказал. Марианна Фальк рассматривала дырку в стене.

- Н-да, взломщики теперь уже и в людей стрелять начали?

- Бывает.

Она смерила его взглядом с ног до головы:

- И у вас нет оружия, чтобы защитить себя?

- Нет.

Марианна Фальк покачала головой, протянула руку на прощание.

- Кстати, еще одно, - сказал Валландер. - Тиннес Фальк проявлял интерес к космическому пространству?

- Простите?

- Ну там, космические корабли, астрономия.

- Вы уже спрашивали. И ответ будет тот же. Тиннес крайне редко смотрел на небо. А если смотрел, то наверняка чтобы удостовериться, что звезды в самом деле на своих местах. Романтика совершенно чужда его натуре. - На площадке она остановилась. - Кто починит эту дверь?

- Разве здесь нет консьержа?

- Вопрос не ко мне.

Марианна Фальк спустилась вниз. Валландер вернулся в квартиру. Сел в кухне на стул. На то самое место, где у него впервые возникло ощущение, будто он что-то проглядел. Рюдберг приучил его постоянно прислушиваться к тревожным сигналам чутья. В рассудочно-техническом мире, где жили - и должны были выжить - полицейские, вполне естественную и решающую роль все-таки играла интуиция.

Несколько минут он сидел не шевелясь. И наконец сообразил, в чем дело. Опять нужно рассуждать от противного. Марианна Фальк не заметила никаких пропаж. Так, может быть, тот, кто осуществил взлом, а потом стрелял в Валландера, приходил что-то подложить? При мысли об этом комиссар помотал головой. Хотел встать со стула - и вздрогнул: в дверь постучали. Сердце у него отчаянно забилось. Только когда стук повторился, он решил, что вряд ли это стрелок, вернувшийся, чтобы убить его. Вышел в переднюю, распахнул дверь. На пороге стоял пожилой господин с тростью в руках.

- Я ищу господина Фалька, - энергично произнес он. - Есть жалобы.

- Вы кто? - спросил Валландер.

- Мое имя - Карл-Андерс Сеттерквист, я домовладелец. Ко мне поступило несколько жалоб по поводу шума на лестнице и беготни каких-то военных. Если господин Фальк дома, я бы хотел поговорить лично с ним.

- Господин Фальк умер, - ответил Валландер с излишней резкостью.

Сеттерквист удивленно воззрился на него:

- Умер? Как это понимать?

- Я полицейский. Сотрудник уголовной полиции. Здесь имел место взлом. Но Тиннеса Фалька нет в живых. Он скончался в ночь на понедельник. И по лестницам бегают не военные, а полиция.

Сеттерквист на миг задумался, словно прикидывая, верить Валландеру или нет, потом решительно сказал:

- Покажите ваш жетон.

- Жетоны давным-давно отменили. Но я покажу вам удостоверение.