С чистого листа - Татьяна Полякова

– Он позвонил вчера и сказал, что пару дней его небудет, – затараторила она. – У тебя как дела? Ты ж хотела в пятницувыйти…

– Шеф до понедельника меня отпустил, – соврала я.

– Ты там не очень разгулялась? Работы невпроворот,Маринка злится…

Я поспешила закончить разговор. Значит, Олег решил на времяпокинуть город. Что ж, разумно.

Примерно через час вернулся Павел, за спиной у него виселрюкзак, судя по всему, довольно тяжелый. Мы вновь отправились в кафе. Вскорепосле этого из здания фонда вышли двое мужчин. По виду обычные менеджеры. Кшести здание покинуло двенадцать человек, десять мужчин и две женщины. Одну изних я видела раньше, это была та самая девица, что разговаривала со мной, когдая посетила фонд, выслеживая типов из клиники. Павел удовлетворенно кивнул.

– Утром, когда я здесь был, в здание вошли двенадцатьчеловек, – сказал он деловито. – Интересно, сколько там охранников.

– Я видела одного.

– Отправляйся в гостиницу, а я устроюсь на крыше домапо соседству и еще немного понаблюдаю.

– Я с тобой.

– Не вижу смысла. Отдохни, ночью вряд ли удастсявыспаться.

Спорить я не стала и поехала в гостиницу, прихватив с собойрюкзак. Уже в номере, заглянув в него, я была вынуждена признать, что квторжению Павел подготовился основательно. Ожидание казалось бесконечным, оченьскоро я пожалела, что вернулась сюда. К тому же у девушки-регистратора могливозникнуть подозрения: туристы дни напролет болтаются по городу, а не сидят вномере. Решив, что и мне здесь сидеть ни к чему, я отправилась на прогулку.Вернулись мы с Павлом почти одновременно.

– Как успехи? – спросила я.

Он пожал плечами:

– Ничего интересного. Обычный офис.

Мне казалось, что вечер никогда не кончится. Павел,понаблюдав за тем, как я бессмысленно сную от окна к кровати, сказал с сочувствием:

– Нервничаешь?

– Не знаю. Наверное.

Он кивнул, как будто соглашаясь.

Наконец за окном стемнело. Вместо радости, что долгий деньподошел к концу, я почувствовала беспокойство. Идея вломиться в офис фондатеперь казалась мне не просто опасной, но и глупой. Павел был внешне спокоен,должно быть, такие мысли его не посещали.

В половине второго он сказал:

– Пора. – Обулся, взял рюкзак, и мы пешкомотправились на улицу Ломоносова, где находился фонд.

Почти всю дорогу мы молчали, я гадала, удастся наша затеяили нет, и пыталась представить, что Павел надеется там обнаружить. Проще всегобыло спросить у него, но я подозревала, что он и сам не знает ответа на этотвопрос.

Двор был пуст, ни в одном из окон, выходящих сюда, свет негорел. Темнота была такая, что я с трудом различала фигуру Павла, он казалсяскорее призраком, нежели человеком.

– Жди здесь, – тихо сказал он. – Я откроюдверь, а дальше по обстоятельствам.

– Я бы предпочла пойти с тобой.

– Неизвестно, что нас там ждет. Одному сбежать легче.Если будет шумно, сразу сматывайся. Встретимся в гостинице.

Я устроилась на скамейке под липой и напряженно вглядываласьв темноту, но мало что видела. Тишину двора ничто не нарушало. Выждав минутпятнадцать, я все-таки направилась к зданию. За это время глаза успелипривыкнуть к темноте, так что Павла я увидела сразу. Он появился с той сторонызабора и сделал мне знак молчать, видимо намереваясь перелезть сюда, чтобы мнепомочь. Но я, подпрыгнув, уцепилась за верхнюю перекладину, подтянулась,перекинула сначала одну ногу, затем другую, после чего Павел принял меня вобъятия.

– Боишься? – шепнул он, не разжимая рук.

– Не особенно, – ответила я.

Я и в самом деле не боялась, волнение, конечно, было, но нестрах. Объяснялось это скорее всего тем, что наше положение представлялось мнедо того скверным, что я искренне считала: хуже не будет. Допустим, мы окажемсяв милиции. Что ж, это тоже выход. Пусть разбираются с фондом, а заодно и спрочими загадками. Если в здании нас поджидают враги, мы в конце концов узнаем,что за хрень творится. Если успеем. В общем, в ту ночь я была настроенафилософски. Павел разжал руки с заметной неохотой, и мы очень быстро очутилисьвозле двери, к тому моменту стараниями Павла уже открытой.

Он вошел первым, а я, следуя за ним, увидела длинныйкоридор, тонувший в полумраке, где-то впереди горела одна-единственнаялампочка. В коридор выходили двери кабинетов. Заглянув в один из них, яобнаружила три стола с компьютерами, стеллажи и фикус в большой кадке. Павелтоже заглянул в несколько комнат, но ни одна не привлекла его внимания.Добравшись до конца коридора, мы оказались в небольшом холле, слева былалестница на второй этаж, дальше еще коридор, который заканчивался фойе, где яуспела побывать в прошлый раз.

Охранник сидел спиной к нам, подняв ноги на стол, и смотрелтелевизор. Судя по звукам, что-то эротическое. Мы осторожно поднялись на второйэтаж. Точно такой же коридор и кабинеты. Почти все открыты. Столы, стеллажи,бумаги в папках. Я с тоской подумала, что время потрачено впустую. Конечно,стоило бы заглянуть в компьютеры и просмотреть бумаги, но я была уверена, чтоничего мы там не найдем. Обычная контора. По крайней мере, такое впечатлениедолжно создаваться у посетителей. И о соблюдении тайны, если она и имела место быть,здесь наверняка позаботились. Судя по выражению лица Павла, он думал так же.

– Сегодня здесь было двенадцать сотрудников, – подороге к выходу вдруг произнес он и добавил с усмешкой: – Не многовато ликабинетов для такого количества людей?

Я притормозила, размышляя, и спросила тихо:

– И что ты думаешь по этому поводу?

– Пока не решил.

Он развернулся и направился к лестнице, я припустила за ним.Вскоре мне стало ясно, куда он направляется. Под лестницей был вход в подвал.Металлическая дверь оказалась заперта. И не просто заперта, слева обнаружиласьустройство для набора шифра.

– А вот это интересно, – сказал Павел, поставилрюкзак на пол и скомандовал: – Следи за охранником.