Звездная дверь - Марина Шамова

почти сразу, когда лишь только природная ловкость и гибкость позволили мне не плюхнуться прямиком в глинистую грязь и лужи, но поясницу я себе определённо потянула. И, само собой, мгновенно вымокла насквозь, поскольку против такого дождя любой плащ был бессилен, кроме, наверное, военного, из прорезиненного брезента. Даже сквозь плотный фетр шляпы я ощущала, как колотят по темечку крупные капли, и, чертыхаясь себе под нос, поспешила убраться под сень деревьев.

Краем глаза я заметила Фила, который тоже перемещался по скользкой грязи с известной осторожностью, при этом, к его чести, пытался вертеть головой и смотреть по сторонам.

«Похвальная бдительность. Хорошо, хоть у кого-то из нас она есть», — с сарказмом подумала я, с горем пополам добравшись до сарая.

— Отличный денёк для долгих вдумчивых прогулок! — прокричал Филипп, присоединяясь ко мне и поминутно отирая ладонью лицо, в другой руке сжимая объёмистую сумку армейского образца — необходимый инструмент, который он прихватил с собой.

Он тоже промок до нитки, и теперь щеголял облепившей торс рубашкой, под которой, по нынешней франтоватой моде, отсутствовала нательная майка. Учитывая комплекцию — Гилмур вполне мог себе это позволить, и не выглядеть при этом нелепо, как некоторые любители отсвечивать плотным брюшком. Однако, в сложившихся обстоятельствах пялиться было крайне неуместно, так что я обратила внимание на замок.

— Вы, смотрю, ни холода, ни простуды не боитесь, — прокомментировала я, потянув вверх дужку, и с удовольствием отметив, как легко та поддалась — ещё вчера я оставила её в таком положении, чтобы, вернувшись, не маяться со взломом вторично.

— Здоровье позволяет, — отфыркнулся мужчина, пятернёй зализав назад ещё сильнее завившиеся волосы, но, когда я открыла дверь, решительно ринулся внутрь.

Возможно, стоять под дождём всё же было не настолько приятно и здорово, как он хотел продемонстрировать.

«Позёр…»

Пробравшись следом, я первым делом стянула мокрую шляпу и потрясла головой, чтобы вытряхнуть натёкшую в уши воду, но тут же зажмурилась от вспыхнувшего света.

— Спасибо, Фи… — начала было я, но осеклась, обнаружив ряд изменений, произошедших с моего последнего визита.

— Какого… — я задрала голову, глядя на шланги, которые в прошлый раз были свёрнуты в бухты рядом с компрессором, а сейчас частично исчезали в тёмной неподвижной воде, частично — лежали на платформе.

Все шкафчики соответственно были распахнуты и пустовали. Сами же костюмы, в количестве пяти штук, были из них извлечены и неаккуратными кучами лежали вдоль бортика бассейна.

— По вашему лицу вижу — да и припоминая то, что вы рассказывали, — это не то, что вы ожидали увидеть, — прокомментировал Фил, разом посерьёзнев.

— Да уж, разница вполне очевидна, — чуть резче, чем планировалось, сказала я, опуская взгляд на пол. — Замрите на секунду, будьте добры.

Гилмур послушно застыл где-то рядом с рубильником, а мне хватило буквально одного взгляда чтобы найти искомое — множество грязных глинистых отпечатков, ведущих от входа к бортику. Натоптано было преизрядно, но понятно, что шли в сторону шкафов с оборудованием…

— Это что за вечеринка там намечается? — растерянно пробормотала я, дав отмашку Филу, чтобы он «отмер». — Дайверская сходка?

— Понятия не имею, детектив, но за подобное обращение с инвентарём я бы этих любителей отдал под трибунал, — пробормотал тот, обходя бассейн по периметру и пристально разглядывая всю конструкцию, что ранее повергла меня в недоумение. — Тот самый механизм?

Он ткнул пальцем в сторону катушек с цепями и, дождавшись моего кивка, направился к ним.

— Ну, в принципе, всё вполне понятное и рабочее. Сделано, конечно, кустарно, но пользоваться любой дурак сможет, — Гилмур остановился над той самой коробкой, прикреплённой к перилам, и принялся над ней колдовать — меньше, чем через полминуты компрессор затарахтел, и вода в «бассейне» вскипела от поднимающихся воздушных пузырьков.

— A, figlio di puttana*, ну сказано ж в инструкции… — Фил бросился перекрывать клапаны шлангов.

Я, слегка насторожившись от услышанного, уточнила:

— Инструкции? К этому ещё и инструкция прилагается?

Мужчина махнул рукой — то ли отметая мой вопрос, то ли стряхивая конденсат с пальцев:

— Компрессор стандартной модели, просто с ветвлением. Такие используются, когда погружается целая поисковая команда, и к ним всегда прилагается довольно подробный буклет с описанием разводки и подключения… — несколько скучающим тоном сказал он, после чего, оборвав сам себя, добавил:

— Детектив, у меня есть подкупающее новизной предложение!

Подозрительно сощурившись, я спросила:

— Что, опять на ужин зовёте?

— Вообще-то я хотел предложить самому спуститься вниз — ну так, на всякий случай, — но ваше мне нравится больше, — бодро отозвался Фил.

Я опешила, оглянувшись на него:

— Почему это вы хотите туда без меня спускаться?

— Две причины, — пожал плечами Гилмур. — Во-первых — было бы неплохо, если бы кто-то оставался наверху, как наблюдающий за работой компрессора, — он ткнул пальцем в тот самый «двигатель-переросток». — Во-вторых — без обид, мисс Вудворт, но если Сонг туда нырнул пять дней назад и не всплыл, то исключительно по причине того, что погружные галоши сделаны из свинца, как и грузы на костюме. Я спущусь вниз, посмотрю, что и как, и, в случае худшего исхода, подниму наверх тело Эндрю. Идёт?

— Нет, — категорично заявила я, хмуро глядя на насупившегося Филиппа. — Если вы утверждаете, что необходим наблюдатель — вот вы и оставайтесь наверху, как специалист означенного профиля, а мне, как детективу, позвольте делать свою работу.

Фил отвернулся, слегка поджав губы, затем ещё раз посмотрел вверх — туда, где крепились шланги, уходящие под воду, — и развёл руками:

— Как скажете, мадам детектив. Это ваше дело, — проговорил он, даже поднимая вверх раскрытые ладони, в знак капитуляции. — В таком случае, не возражаете, если я приступлю к своей задаче?

— Будьте добры, — я кивнула в сторону «трёхболтовок» и отступила назад, испытывая странную смесь растерянности, злости и лёгкого азарта.

Последнее было, конечно же, неуместно, но, увы, ничего не могла с собой поделать — близость очередной вехи в расследовании действовала на меня именно так.

— Другая проблема, детектив, — начал Фил, подходя к сваленным кучами костюмам, — что в «трёхболтовку» мы с вами не упакуемся ни самостоятельно, ни даже с помощью друг друга. Можно, конечно, нырнуть прямо так, с одним шлемом, и если ухитриться его не переворачивать, то воздух из него не выйдет… Благо, судя по длине шлангов, здесь не глубоко — можно и вовсе без акваланга управиться. Я мог бы.

Фил выдержал долгую паузу, испытующе разглядывая меня — видимо, ждал радостного согласия, — и, не дождавшись, продолжил:

— Впрочем, насколько я вижу, эти комплекты как-то переделаны, довольно кустарно, я бы сказал, — он поднял один из них — костюм явно весил не меньше меня самой. — И похоже, нам очень повезло — кажется, вот этот клапан на груди позволяет надеть его с одним помощником. Выглядит ненадежно, наверняка будет подтекать, но не беспокойтесь, даже если комбинезон наполнится водой, в шлеме все равно останется воздух. Что бы ни случилось, детектив, не пугайтесь и не дёргайтесь. Как только мы опускаемся под воду — позвольте мне контролировать ситуацию, хорошо?

Эти слова и тон, которым они были сказаны, вызвали у меня почти инстинктивное отторжение. Во фразе «позвольте мне контролировать ситуацию» я ненавидела абсолютно каждый звук, но, к своему глубочайшему сожалению, возразить не могла. Да и, справедливости ради, Филипп не заслуживал немотивированного хамства с моей стороны.

— Хорошо, — взяв себя в руки, я даже смогла это не процедить, а выдать сносную покладистую версию согласия, но не сказала бы, что Фил это оценил.

— Револьвер можете оставить при себе. Плащ снимайте, в нём я вас упаковать в костюм не смогу, — заметил он, окидывая меня придирчивым взглядом. — Обувь… тоже можете оставить. Конечно, предполагается поддевать под это снаряжение специальный утеплённый комбинезон, но таковым, увы, мы не располагаем…

Дальнейшее облачение в водолазный скафандр отложилось в моей памяти как крайне неловкий и неуклюжий процесс, где я честно выполняла все что говорил Гилмур, стерпев и то, что в какой-то момент мне даже показалось, что он, пользуясь случаем, меня беззастенчиво лапает! Но всё это он перемежал весьма строгими инструкциями, периодически заставляя меня изгибаться под углами, не свойственными моему скелету в повседневной жизни — так что перечить я не осмелилась, как и одёргивать его. На удивление шея сжалилась надо мной, и голова ни разу не заболела в течении всей экзекуции. Может быть, визит к доктору был не столь необходим, как мне