Утерянный жемчуг - Крис Велрайт

— Несколько лет назад принц пожелал узнать, как достают жемчуг, что украшает его одежды. Ему было любопытно, как у сэянцев получается так долго находиться под водой и хотелось научиться всему, чтобы превзойти любого правителя. Он приказал найти ныряльщиков и привести к нему. Личная стража отыскала первого попавшегося, на кого им указали. Не так-то просто вас найти. — Он улыбнулся и бросил взгляд на ракушку, висевшую на шее Мэйлинь. — Им оказались старик и его сын, мальчишка-ныряльщик примерного того же возраста, что и принц тогда.

— Вам очень повезло, — поразилась Мэйлинь. — Мужчин-ныряльщиков мало.

— Почему?

— Мужчины могут найти и более достойный способ для заработка. К тому же, женщины лучше держатся на воде и переносят холод. А еще мы лучше находим добычу в обилии водорослей, скал и морской живности, — в ее голосе читалась гордость. Если бы только Лиджу знал, какая она великолепная ныряльщица!

— Буду теперь знать, — кивнул линши. — Принц и Сианг, так зовут этого мальчика, быстро сблизились. Казалось бы, что может быть общего у таких людей? Но ныряльщик умел так рассказывать обо всем, что видел и чем занимался и так задорно смеяться, что принц забывал о том, кто он и сам становился простым мальчишкой. Думаю, поэтому они и сдружились. После чего его высочество не пожелали отпускать от себя Сианга, и чтобы приблизить того к себе, приказал сделать мальчика евнухом. Даровал великую честь остаться подле себя.

Мэйлинь от удивления чуть рот не открыла. Лиджу говорил серьезно, будто после такого ныряльщик должен был рассыпаться в благодарностях. Это же позор и унижение! Как можно так поступить с тем, кого считаешь другом!

— Для безродного мальчишки-бедняка это единственный шанс зажить сытой жизнью, — добавил Лиджу, догадавшись, о чем она думает. — Евнухи, как я уже говорил, обладают невероятной властью при дворе и живут безбедно. Особенно те, кто так приближен к императорской семье.

— Но он сэянец, — возмутилась Мэйлинь. — Ты просто не понимаешь. Для нас это позор, это как подписаться под тем, что твоя душа будет блуждать в лабиринтах загробного мира и никогда не обретет перерождения. Это как если бы вас, синторцев, что привыкли гордиться славой непобедимых воинов, выставить на поле битвы в одеждах певичек!

— И все же при дворце он был не единственным сэянцем. Мэйлинь, неужели ты не понимаешь, что многие готовы распрощаться с иллюзорной возможностью переродиться ради нормальной жизни на земле? Если ты про обычай сэянцев хоронить покойников в целом состоянии, то не переживай, во дворце евнухи давно уже придумали, как сберечь потерянные конечности до момента своего погребения.

Мэйлинь не удержалась и все-таки раскрыла рот, чем вызвала улыбку у Лиджу.

— Сианг получил столько возможностей, привилегий и ресурсов при дворе, что многим из нас, кто верно служил принцу, это даже стало доставлять неприятности. Кто-то желал занять его место, а кто-то не желал, чтобы он и вовсе ходил по свету. В числе последних была и императрица. Она считает, что Сианг — слабое место принца и что он дурно на того влияет. Хотя с этим я бы поспорил, кто там на кого влияет. — Он усмехнулся. — Императрица пожелала сжить Сианга со свету, а когда она что-то желает, то ни небо, ни земля не способны это предотвратить. Раз от разу ее действия становились все коварное и опаснее, в итоге принц решил спрятать Сианга от ее глаз, до того момента, пока сам не взойдет на престол. И как ты уже могла догадаться, тем юношей, что был переодет в женские одежды и что пришел с господином в гостиницу был Сианг. Его должны были переправить в тайное место — дом, специально подобранный для него принцем. Но все пошло не по плану. Господин, который его сопровождал, оказался человеком императрицы. Я и принц узнали об этом уже после того, как Сианг покинул стены дворца. Поэтому я тайно направился в город, выследил их и в тот самый день поджидал внизу гостиницы. А дальше ты и сама знаешь, что случилось.

— Так значит, императрица все-таки смогла до него добраться… — Грустно завершила историю Мэйлинь. — И ты просто пытался разобраться кто именно это сделал, чтобы отомстить? Но почему ты выбрал меня и зачем?

— Не совсем. Я знаю Сианга так же хорошо, как и принца. И я догадывался, что если что-то пойдет не так, то Сианг может обратиться к сэянцем за помощью. Вы ведь друг друга не бросаете? По крайне мере, от денег вы точно не отказываетесь, а есть то, что сэянцы продают только сэянцам. Но я не мог действовать в открытую. Императрица не должна была знать, что принц ищет Сианга. Она не должна была знать, что мы его найдем.

— И поэтому ты решил использовать меня, когда увидел на моей шее ракушку?

Лиджу кивнул.

— У Сианга точно такая же. Он с ней так и не расстался. У меня не было выбора, я должен оберегать принца и заботиться о его душевных переживаниях.

— Какое благородство! — злорадно выпалила рассерженная Мэйлинь. — Ты готов был сломать мою жизнь, казнить мою семью, и тебе совсем наплевать, чем бы это все кончилось для меня. Неужели нельзя было поступить иначе? Ведешь себя, как гнусный хайшан.

— В таком случае, ты ведешь себя, как кальмар.

— Кальмар? — опешила Мэйлинь.

— Да, Сианг мне кое-что рассказывал о морских обителях. Кальмары в момент опасности выбрасывают бесполезные чернила и мчатся, не глядя по сторонам. Глупое создание, не способное за себя постоять, но при этом чрезмерно любопытное. Я беспокоился за тебя, — внезапно признался Лиджу. — Потому что я не плохой человек. Я был вынужден запугивать и угрожать тебе, потому что ты постоянно лезла куда не надо. Я даже рассказал тебе историю про виссон, но ты продолжала смотреть на меня с вызовом и готовностью снова сделать все по-своему, и я был просто обязан напомнить тебе, что ты простая девушка.

— И поэтому ты сравнил меня с досками? — возмутилась Мэйлинь. Возможность общаться на равных, без вежливых приставок и званий, придала ей смелости.

— Это было грубо, признаю. Я исправился и считаю теперь тебя кальмаром.

Лиджу явно пытался сгладить углы в нарастающем негодовании Мэйлинь, но вода уже пробила плотину.

— Да, что ты, сухопутная мурена, знаешь о кальмарах! — она