Я тебя вижу - Клер Макинтош

Келли и Ник склонились над его ноутбуком. Весь отдел был погружен в темноту, лишь над столом инспектора, слегка мерцая, словно вот-вот погаснет, светилась лампа дневного света. За соседним работала Люсинда, кропотливо сверявшая каждое изображение на веб-сайте с рекламой из «Лондон Газетт».

– Описание совпадает, дата объявления совпадает, и она работает в «Хэллоу и Рид», – ответила Келли. – Никаких сомнений. Предупредить ее по телефону или съездить?

– Подожди. – Ник почти ничего не сказал, когда она объяснила, как разгадала пароль. Только бросил взгляд в ее телефон, где появилось:

«Войдите в систему или создайте учетную запись».

Инспектор отправил остальных членов команды по домам, строго приказав вернуться в восемь утра для очередного инструктажа. «Завтра будет долгий день», – мрачно предупредил он.

На то, чтобы запустить ноутбук Ника и получить доступ к веб-сайту, потребовалось всего несколько секунд. Куда дольше они пытались дозвониться в финансовый отдел. В нерабочее время процесс вызывал одну лишь досаду, и Ник, бросив в конце концов трубку, достал из бумажника свою кредитную карточку.

– Нельзя допустить, чтобы об этом узнали в СМИ, – сказал он, – иначе начнется бунт. А значит, придется пока скрыть это и от Зоуи Уокер.

Келли потребовалась секунда, чтобы придумать более подходящий ответ, чем тот, который грозил сорваться с губ.

– Сэр, она в опасности. Разве мы не обязаны предупредить ее?

– На данный момент ситуация под контролем. Человек – или люди, – ответственные за этот сайт, не знают о вмешательстве полиции, и у нас есть шанс установить их личности. А если мы покажем это Зоуи Уокер, она расскажет своей семье, друзьям.

– Мы попросим не делать этого.

– Такова человеческая природа, Келли. Миссис Уокер захочет убедиться, что и другие знакомые ей женщины в безопасности. Не успеем опомниться, как обо всем узнают газеты и начнется всеобщая паника. Тогда наш преступник заляжет на дно, и мы никогда его не найдем.

Келли не решилась произнести, что Зоуи Уокер – не пушечное мясо.

– Мы увидимся с ней завтра и предложим сменить маршрут, – сказал Ник. – Дадим стандартный совет по поводу личной безопасности: не будьте предсказуемой, немного изменяйте путь до работы. Большего ей знать не нужно. – Он закрыл ноутбук, ясно давая понять, что разговор окончен. – Вы двое, если хотите, можете отправляться по домам. Увидимся завтра утром.

Едва он договорил, во входную дверь позвонили. Келли пошла ответить.

– Это, должно быть, парень из отдела кибербезопасности, – сказал Ник. – Впусти его.

У Эндрю Робинсона были очки в черной оправе и очень короткая козлиная бородка. Под паркой цвета хаки, которую он снял и бросил рядом со стулом, оказалась серая футболка и джинсы.

– Спасибо, что пришел, – приветствовал его Ник.

– Не за что. Нас снегом завалило, так что я не рассчитывал в ближайшее время попасть домой. Заглянул на этот ваш сайт. Владелец доменного имени заплатил за то, чтобы не попасть в каталог WHOIS ^[9] – это вроде телефонной книги для веб-сайтов, – и я подал запрос на изъятие данных, чтобы получить его имя и адрес. А пока работаю над идентификацией администратора сайта по его IP-адресу, хотя, думаю, там используется прокси-сервер, так что это будет непросто.

Из того, что говорил Эндрю, Келли почти ничего не понимала, однако ей хотелось остаться и послушать, но Люсинда уже надевала пальто. Келли неохотно сделала то же самое. Интересно, сколько времени Ник просидит над делом и ждет ли его кто-нибудь дома?

Девушки пешком спустились на первый этаж. Гладкие и блестящие волосы Люсинды выглядели так же, как утром, и Келли внезапно осознала, что ее собственная нечесаная грива встает дыбом после каждого прикосновения ладони. А еще, наверное, стоит откопать немного косметики. Люсинда ей особо не пользовалась, но блеск на губах и четко очерченные брови придавали ей ухоженный, профессиональный вид, которого Келли определенно не хватало.

– Куда направляешься? – спросила Люсинда, пока они шли к станции метро. Аналитик была выше на добрую пару дюймов, и шаги у нее оказались широкими, отчего Келли приходилось идти быстрее обычного.

– На «Элефант энд Касл». Я делю квартиру с двумя другими полицейскими БТП и медсестрой неотложки. А ты?

– В Килберн.

– Очень мило.

– Живу у родителей. В двадцать восемь лет такое унизительно, знаю, но это единственный способ скопить на первый взнос за квартиру. Ник меня просто выводит.

Она скользнула за спину Келли, когда им навстречу выскочила женщина в ярко-красных легинсах и низко надвинутой широкополой шляпе, и, повысив голос, продолжила разговор:

– Как тебе первый день?

– Голова кругом. Но мне понравилось. Давненько я не бывала на летучках. Даже забыла, какой это кайф.

– Так в чем же дело? Ты ведь служила в отделе по борьбе с сексуальными преступлениями, верно?

Хотя Келли ожидала этого вопроса, у нее перехватило дыхание. Люсинда искренне интересовалась или уже знала, что произошло? Неужели она выуживала сплетни? Келли искоса бросила на нее взгляд, но лицо аналитика ничего не выдавало.

– Меня отстранили, – ответила она, и правда саму ее застала врасплох. Обычно Келли говорила: «Я ушла», а потом несла всякую чушь о том, что хотела получить больше полевого опыта. Или произносила: «Я заболела», что было недалеко от истины. Она не отрывала взгляда от тротуара под ногами. – Я кое на кого напала.

– На коллегу? – В голосе Люсинды звучало скорее любопытство, чем осуждение.

Келли глубоко вздохнула.

– На арестованного.

«Называй его по имени, – не раз напоминал ей психотерапевт. – Важно, чтобы ты видела в нем человека, Келли. Такого же человека, как ты или я». Она подчинялась, но всякий раз ее язык словно покрывался слоем грязи.

– Он изнасиловал школьницу.

– Вот дерьмо.

– Это не оправдывает моего поступка, – быстро добавила Келли. Чтобы это понять, ей не нужна была терапия.

– Нет. – Люсинда сделала паузу, тщательно подбирая слова. – Но, возможно, объясняет.

Какое-то время они шли молча. Келли гадала: размышляет ли Люсинда об услышанном? Осуждает ли ее? Она приготовилась к дальнейшим расспросам, но те так и не последовали.

– Ты отлично справилась с паролем, – заметила Люсинда, когда они подошли к станции. – Ник был очень впечатлен.

– Да? Он ничего такого не показал.