Форс-мажор - Дмитрий Новоселов

Опоздавшим оказался Ефимов, увидев меня он впал в ступор и секунды две таращился на меня, не в силах вымолвить ни слова. Наверное, именно так выглядят люди, увидевшие привидение.

- Что с тобой? - спросил я.

- Сейчас пройдет, - он указал рукой на сердце. - Что-то прихватило.

- Понятно. Не знал, что ты сердечник.

- Иногда мотор пошаливает, - он быстро взял себя в руки.

Мы сели. Я съел все без остатка, выпил три стакана компота, особенно налегал на блины и мед. Слова я не брал. После еды никто уходить не торопился. Я вышел на балкон, мне было жарко. Следом за мной вышел Ефимов. Лицо у него было скорбное.

- Ну что, отошло? - спросил я.

- Все в порядке. А как у тебя дела?

- Ничего хорошего. Мало того, что неприятности в рознице, так еще и напарник в больницу угодил.

- Что с ним?

- Упал с моста, весь переломался.

- Пьяный что ли, был?

- Похоже на то, - я не стал вдаваться в подробности.

- Сильно?

- Чуть живой.

Виктор понимающе поцокал языком.

- Что-то я твоей машины не вижу, ты что, пешком? - спросил он.

- Вон она, под дубом.

- Где?

- Да вот же! Белая «десятка».

- У тебя вроде как «москвич»?

- «Москвич» - это наша с Серегой служебная тачка, а «десятка» - моя личная.

- Тогда все понятно.

- Что понятно?

- Это я так. Просто никогда не видел тебя на «десятке».

На балконе было сыро. Тапочки, которые мне дала Нелька, промокли. Я украдкой посмотрел на ноги Ефимова. Он был в ботинках. Я вспомнил, что он не снял обувь, он даже и не подумал ее снимать. Под рубашку проникла весенняя прохлада, стало зябко.

- Я очень тороплюсь. Как ты думаешь, - спросил Ефимов. - Если я уйду прямо сейчас, самый первый, это будет удобно?

- Вполне, - сказал я. - Вслед за тобой разойдутся остальные. Просто первым никто не решается, - добавил я и зашел в комнату, боясь простыть.

Ко мне подошел Пашка, он отвел меня в угол комнаты, усадил в кресло и по секрету, шепотом стал рассказывать, о том, что мама, бабушка и дедушка разрешили ему, наконец, купить собаку. Он никак не мог решить какую породу ему выбрать, добермана или пуделя. Потом он рассказал, как в комнату к дедуле залетела синица и обкакала его газеты. Потом он убежал, а я остался в кресле и стал ждать, пока Спарыкин закончит разговор с родителями Игоря. Спарыкин разговаривал из вежливости, он несколько раз бросал в мою сторону нетерпеливый взгляд и пожимал плечами. Наконец ему удалось вырваться от стариков, он пошел в сторону двери, кивнув мне головой, приглашая следовать за ним. Спарыкин курил у подъезда, он кашлял и свистел при выдохе.

- Поздравляю, - сказал я при пожатии.

Спарыкин внимательно посмотрел на меня, пытаясь понять, нет ли в моих словах подвоха.

- Вы теперь полковник, - пояснил я.

- Спасибо, - нехотя поблагодарил он. - Выкладывай, что там у тебя.

- Я понемногу вникаю в суть дела, - осторожно начал я. - По ходу у меня возникло несколько вопросов.

- Ну.

- Во-первых, Игорь пользовался кредитами.

- Какими кредитами?

- Брал взаймы деньги в своем банке.

- Этого не может быть.

- Это - факт. Мало того, для него была открыта кредитная линия.

Полковник погрустнел. С него как-то сразу сошел весь понт.

- А ошибки быть не может? - с надеждой спросил он.

- Есть документы. Какая может быть ошибка?

- И сколько мы должны?

- Мы, то есть вы, нисколько не должны. Все кредиты погашены, проценты выплачены еще в прошлом году. Ничего страшного в этом нет, я, например, обеими руками - за.

- Это уже лучше, - облегченно вздохнул Спарыкин. - А я ведь ему полностью доверял.

- Видимо, он не смог вас переубедить, - ехидно сказал я. - Вы себя в зеркале видели? С вами тяжело спорить. Практически невозможно. Срочно нужны были деньги. Пошел и взял, вложил, прокрутил, отдал!

- А если бы пролетел?

- Он брал небольшие деньги - от пятисот тысяч, до миллиона.

- Ни хрена себе небольшие!

- В пятнадцать раз меньше месячного оборота, и не более тридцати процентов товарного запаса на складе. Это вполне безопасно. Завтра у меня на руках будет вся кредитная история предприятия. Если хотите, я разложу ее для вас по полочкам.

Полковник достал еще одну сигарету.

- В принципе, я ведь - мент, а не коммерсант, - примирительно, уже оправдывая Игореху, сказал он. - Но, имей ввиду, ты - не Игорь, без моего разрешения ни-ни. Что еще?

- Вы получали в этом году дивиденды?

- Пока нет, но я очень надеюсь в ближайшее время выдернуть лимончик. Мне нужно купить квартиру.

- Это вряд ли. Игорь в январе уже изъял из оборота один миллион.

- Он без меня никогда ничего не вытаскивал.

- Это вы так думаете.

- Ты хочешь сказать, что он их украл?

- Нет, он записал в журнале, что берет в долг, на месяц, но так и не вернул. Аркаша решил, что вы поделили их на дивиденды.

- Ну и где же они? - раздраженно спросил полковник.

- Не знаю. У Игорька теперь не спросишь.

- Этого не может быть, - упрямо пробубнил Спарыкин.

- Да что вы заладили, - рассердился я. - Не может быть! Не может быть! Я ведь факты привожу, а не гадаю. Я думаю, что он на самом деле взял их в долг, но не для себя, а кому-то.

Полковник отмахнулся от меня как от назойливой мухи.

- Он же не дурак, он всегда советовался со мной, без меня ничего не делал. Кто же, как не я, будет вытаскивать его из дерьма, если его кинут? Какой ему смысл скрывать?

Смешной он все-таки парень, этот полковник. Я его как на ладошке разглядел, я его теперь насквозь видел. Как он растерялся! Естественно, тут не по его пошло. А когда не по его, думать надо, а думать тяжело. Тупарь!

- А если он их под проценты дал на пару месяцев, а с вами делиться не захотел?! - спросил я. - Сейчас за нефиг делать под два, а то и под все три процента в месяц можно клиента найти, представляете, сорок штук за шестьдесят дней в кармашек лягут!

- Вот козел! - взревел полковник.

- Подождите вы его ругать, - попытался я его успокоить.

- А я не его, а тебя. Он же твой друг, а ты так легко, да еще с ехидцей, про него такие вещи говоришь. Наверное, по себе людей судишь.