Моя незнакомая жизнь - Алла Полянская

Игорь топчется перед моим подъездом, наверное, давно. И это уже немного чересчур – сначала Рустам, теперь Панков… Хорошо, что я не замужем, а то бы и дома меня ждало такое же приветствие. А так я сейчас пошлю свежеиспеченного приятеля по известному адресу, а сама залезу в ванну, согреюсь, после сделаю себе бутерброд с сыром и ветчиной, налью чаю и сяду смотреть какую-нибудь киношку. Или книжку почитаю.

– А что, позвонить было не кошерно? – соответственно откликаюсь на «шастаешь».

– Я думал, ты дома. Мы же договаривались!

– И что? У меня были дела. Мне нужно деньги зарабатывать.

– По-моему, ты свихнулась на теме денег.

– Они дают мне ощущение покоя. Понимаешь, если я что-то заработала, значит, я свободна, спокойно смотрю в завтрашний день. У меня нет мужа, на которого можно опереться, да и практически не было никогда. А ребенок есть, и мне надо заботиться о нем.

– Нечего прикрываться ребенком!

– А я и не прикрываюсь! Ишь, умник выискался… Ты, что ли, нас станешь содержать, если я не буду работать? А если я, не дай бог, заболею и не будет денег, мне что тогда, умирать? И что случится с моим сыном? Кто станет его учить, о нем заботиться? Тоже мне, выдумал – я прикрываюсь ребенком. Да что ты вообще понимаешь! Думаешь, легко мне тянуть все одной? Да если бы я где-нибудь в другом месте могла заработать столько, разве шлялась бы по улицам да по чужим квартирам?

– Рита…

– Тоже мне, советчик и судья в одном флаконе! Попробуй влезть в мою шкуру, живо взвоешь!

– Рита, ну, извини. Я не имел права так говорить. Просто замерз, ожидая тебя.

– А позвонить не мог? Или в подъезде подождать?

– Не позвонил, потому что не хотел мешать, а в подъезд не пошел, потому что хотел тебя встретить. Черт побери, холодно-то как!

– Так идем домой, чего зря болтать.

Ишь ты, ждал на морозе, не хотел мне мешать… Стоп! Это он так говорит, а на самом деле неизвестно, какие у него мотивы.

В квартире тишина и никаких трупов, слава богам. Как же я люблю возвращаться домой! Иногда бывают дни, когда мне выходить никуда не хочется. И если бы я не была вынуждена зарабатывать, то, наверное, сидела бы в своей норке безвылазно.

– Есть хочу безобразно. А у тебя, наверное, нет ничего? – вздыхает Игорь.

– Конечно, нет. Откуда бы еде взяться? Да и не для кого мне готовить.

– А для себя?

– Я и так проживу. Супчик из пакетика кипятком залью – и хватит.

Панков идет на кухню, а я в душ. И, ополоснувшись, ныряю в кровать. Ничего не хочу, провались оно все… Такая усталость наползла на меня, что головы не поднять. События последних дней измотали окончательно.

– Иди ужинать, Рита! – зовет меня Игорь.

А разве я голодна? Пожалуй, да. Но встать с кровати – выше моих сил.

– Ладно, ладно, лежи. Я тебе сейчас туда принесу.

Что ж, так можно жить. Картошечка, салатик, черный хлеб и томатный сок. А теперь можно включить телевизор.

– Ночной звонок отследили. – Игорь удобно устраивается в кресле, явно настроенный на поговорить. – Ни о чем не хочешь спросить?

– Если мне что-то нужно знать, ты мне и так скажешь.

– Но ты хоть понимаешь, что я не имею права тебе все это рассказывать?

– Считай, что уже прониклась величием момента. Все равно же рассказываешь!

– Хорошо, рассказываю. И чувствую себя последним идиотом, потому что тебя, похоже, все это не слишком интересует. А напрасно.

Я внутренне усмехаюсь. Примись я расспрашивать, Игорь вряд ли бы стал мне что-то рассказывать, а так ему хочется поделиться. Хотя, вполне вероятно, следователь ведет какую-то свою игру. Ничего, со временем я узнаю какую. А может, он и на самом деле такой болван, что покупается на нехитрую уловку?

– Рита, не спи! Слушай, что я тебе говорю. Звонок зафиксирован из другого города. Знаешь из какого?

– Понятия не имею.

– Нет, думаю, догадываешься. Из твоего родного Суходольска.

– Терпеть не могу эту мерзкую дыру.

– Я уже понял. Так вот, звонок был из автомата. Кстати, Рита, всплыло еще одно обстоятельство. Только ты, пожалуйста, не кричи и не пытайся выцарапать мне глаза. Я сначала должен спросить.

– Какая прелюдия! Хорошо, попробую держать себя в руках. Говори.

– Дело в том, что Гайдей где-то нарыл старые документы… Рита, пожалуйста, ответь мне, мне надо знать. Правда, что когда-то ты убила человека?

– Что ты имеешь в виду?

– Имя «Игорь Дановский» тебе ни о чем не говорит?

– Конечно. Но оно – из прошлого, очень давнего. Двадцать лет минуло, даже больше.

– У убийства нет срока давности. – Игорь не смотрит мне в глаза, и это плохо. – Рита, прошу тебя, скажи мне сейчас правду.

– И ты вот так мне поверишь?

– Поверю. Просто скажи правду, какой бы та ни была. Я обещаю, что наш разговор останется между нами. Ты убила Дановского?

– Нет.

– Нет?

– Нет, егоя не убивала. Но зачем ворошить это давнее дело?

– Потому что Дановский как в воду канул. Но все признаки того, что имело место убийство, были кровь, следы борьбы и волочения тела.

– Но тела не было.

– Нет, тело так и не нашли. Надеюсь, ты его не убивала. Но я хочу знать о том старом деле.

– А я не хочу снова переживать те события.

– Ты ужеэто переживаешь.

– Я хочу спать, Игорь. Поговорим в другой раз.

– Ладно. Но завтра утром мы вернемся к разговору.

Я лишь вздыхаю.

Некоторые вещи лучше оставить там, где они есть. Теперь мне это точно известно. И Игорю скоро откроется эта истина.