Моя незнакомая жизнь - Алла Полянская

– Да? Заманчивое предложение… – хитро улыбается Панков. Но тут же серьезнеет: – Рита, расскажи мне все.

– Может, как-нибудь потом. Пойми, мне сложно вспоминать некоторые вещи, а уж рассказывать о них – и вовсе невозможно. Ты не понимаешь.

– Давай попробуем.

– Нет, не хочу.

Игорь сокрушенно качает головой и выходит. Интересно, отчего он не ночует у себя дома? Понравился мой диван или у него телевизора нет? Когда вернется Вадик, это придется прекратить, иначе как объяснить присутствие мента ребенку?

– Я только что позвонил матери, с Мариной все в порядке, – опять приоткрывает дверь Панков. И тут же исчезает.

Хм, я-то уже позабыла о девчонке. А он помнил. Смотрите, какой внимательный!

– А что с ней может быть не так?

Настырный гость снова заглядывает в спальню. Ну, неугомонный мужик, во все ему надо сунуть свой нос. Зачем ему все это?

– Надеюсь, местонахождение девушки не отследят. Ее же пытались убить.

– По крайней мере, хоть в этом меня не обвиняют.

– Тебя никто ни в чем не обвиняет.

– Скажешь тоже. Тот сукин сын из прокуратуры, если бы мог, и крушение «Титаника» с удовольствием на меня повесил бы.

– Повесил бы, да теперь не сможет. Твой кум поставил его сегодня на место. У Гайдея был длинный день, полный всяческих неприятностей, предупредили его весьма сурово. Думаю, то давнее дело больше не вынырнет.

– А что Андрюха сделал?

– Точно не знаю, но слухи были, что Гайдей в шаге от вылета из прокуратуры. Он целый день объяснялся с начальством, и это еще не конец.

– Так ему и надо.

Ничего, все пройдет, и будет лето, и поедем мы с Вадиком в Телехово, в бабушкин дом. Бабушки уже восемь лет как нет в живых, и дед ненадолго ее пережил, а вот дед Янек и баба Дора скрипят еще. Старенькие, конечно, уже совсем, едва ходят, а все равно, когда мы приезжаем, радуются нам, как родным. Дед Янек мастерит Вадику лук и стрелы или мельницы. Через несколько дней Вадик перестает выделяться в стае шумных правнуков деда, посчитать которых мне так ни разу и не удалось. Наверное, после смерти деда Янека и бабы Доры Телехово станет для нас другим, но Вадик тоже будет помнить их.

У Игоря звонит телефон. Я слышу, как он бубнит что-то, потом снова идет к двери спальни. Нет, я ничего не хочу знать. Сделаю вид, что уснула, и плохие новости не коснутся меня.

– Рита, где ты сегодня была около трех часов дня?

– А что?

– Ничего, просто скажи.

– Сидела в кафе, трескала торт.

– Одна?

– Нет, не одна, с Рустамом.

– С кем?

– С Рустамом Керимовым, гитаристом из Витькиной рок-группы.

– Он это подтвердит?

– Конечно. Отчего нет? Подожди. У меня и чек сохранился, посмотри в кармане дубленки.

– Ага, есть, – слышу я через минуту. – А на чеке время стоит.

– Думаю, и официантка меня вспомнит. А что случилось?

– Собственно, ничего такого. Кто-то побывал на квартире Борецкого, что-то искал.

– И вы подумали, что это могла быть я?

– Нет, лично я так не думал, но должен был спросить. Для твоей же пользы, Рита. Пойми, у тебя до сих пор очень шаткое положение. Литовченко мы найти не можем, а другого подозреваемого пока нет. Куда ты пошла после кафе?

– Это невыносимо! Я пошла к клиентам, на осмотр квартиры. В папке договор, там их паспортные данные. А также адрес, где мы были.

– И они подтвердят?

– Безусловно. Как и хозяйка квартиры. Потом я заехала в офис, мы оформляли задаток, а после поехала домой. Игорь, все это могут подтвердить многие люди.

– Что ж, тогда все хорошо.

– Может, это Торопов управился с Витькиной квартирой?

– Мы проверяем. А мне показалось, что он тебе нравится…

– Еще как! Ведь классно выглядит мужик. Но это не мешает мне думать. Мало ли кто мне может понравиться, так что же, подставляться из-за всех?

– Рита, ты страшный человек.

– А то! Как и все остальные. Игорь, иди прочь, я хочу спать.

Панков смотрит на меня каким-то непонятным взглядом, потом молча выходит.

Городской телефон снова звонит среди ночи. Какая-то сволочь взяла манеру будить. А вот не стану отвечать! Наверняка услышу тот мерзкий голос. Рабочий сотовый я на ночь отключаю, оставляю только тот, номер которого знают Вадик и Натка. Звони, голубь мой, звони…

– Рита, ты почему не берешь трубку?

– Не хочу. Это не мама, не Натка, не ты, а все остальные подождут до утра.

– Возьми. Может, что-то важное.

– Ага. Такое, как вчера. Нет уж, я отлично обойдусь без того, чтобы меня среди ночи обругивали по телефону.

Ну, и что мне сейчас делать? Посыпать голову пеплом? Биться в истерике? Бежать? Так ведь не поможет. Тем более что я хочу спать. А потому не стану делать ничего, и это спровоцирует моего врага на более решительные действия. И уж тогда – кто не спрятался, я не виновата.

– Думаешь, доберешься до него раньше нас?

Игорь как будто прочитал мои мысли.

– Не понимаю, о чем ты толкуешь. Отстань, спать хочу!

– И что ты сделаешь, когда узнаешь, кто за всем этим стоит?

Вопрос риторический. Конечно, убью сукина сына, кем бы он ни был. Но сделаю это так, что никто ничего не докажет. Я знаю, где и как это сделаю и куда дену труп.

– Рита, ответь, что ты сделаешь?

Вот настырный, гад! Прицепился, как репей.

– А ты сам-то как думаешь?

– Я даже не знаю, что думать. Рита, может, тебе пожить у родителей?

– А деньги ты за меня будешь зарабатывать?

Игорь подавился каким-то словом, скорей всего, не слишком приличным, и вышел из комнаты. Ишь какой ранимый! Вообще, я склоняюсь к мысли, что мужики какие-то недоделанные. Или мне везет на таких? Но даже лучшие из них иногда бывают козлами, а Игорь не лучший. Интересно, как долго он собирается ночевать у меня? Пока я молчу, он, смотрю, уже успел привыкнуть жить в моей гостиной. А зря.

Ну все, заткнулся. Наконец-то можно поспать…

– Рита, завтракать будешь?

Панков явно до сих пор сердится на меня. Завтракать? Я так и не выспалась. Вот не пойду никуда сегодня, впаду в спячку на целый день, а они все пусть потанцуют вокруг меня.

– Нет, не буду, я спать хочу.

– А мне на работу пора. Закрой за мной дверь.

– Возьми ключи и отстань от меня.

– Ключи?