Мы все худели понемногу - Люся Лютикова

Едва Аня села к папику в машину, как тут же пожалела об этом. Мыслимое ли дело: мужчина, о котором она не знает ничего, даже имени-отчества, куда-то увозит ее! А вдруг это уголовник или сексуальный маньяк? Девушка наверняка бы выпрыгнула около светофора из джипа, если бы не младенец, которого она прижимала к груди. Аня уже не представляла своей жизни без этого маленького существа, а по закону он все-таки считался сыном папика. Значит, придется ради ребенка мириться с присутствием мужчины.

Машина остановилась около красной высотки. Мужчина вышел из машины и открыл дверь Ане.

— Кстати, тебя как зовут-то? — спросил он.

— Аня, — пролепетала девушка.

— А меня — Петр Кузьмич. Вот и познакомились.

Щелкнув брелоком сигнализации, мужчина направился к подъезду, Аня с ребенком на руках едва поспевала за ним. Охранник в вестибюле вежливо и бесстрастно поздоровался с ними. Петр Кузьмич увозил в роддом дородную блондинку Луизу, а вернулся с младенцем и худенькой темноволосой Аней. Если охранника и поразило данное обстоятельство, то он никак этого не продемонстрировал.

В лифте ехали молча. Аня боялась поднять глаза и встретиться с мужчиной взглядом. Петр Кузьмич замешкался около двери квартиры, ища по карманам ключи. Аня в это время украдкой разглядывала огромную лестничную площадку, по размеру равную четырем комнатам в общежитии. Такой красивой напольной плитки девушка сроду не видела. Но настоящий сюрприз ожидал ее в квартире. Петр Кузьмич провел Аню по всем пяти комнатам — гостиная, столовая, спальня и две гостевые, — показал кухню, две ванные комнаты и гардеробную. От роскоши у девушки зарябило в глазах. Мыслимо ли, чтобы люди жили в такой красоте?

— Здесь, — Петр Кузьмич указал на одну из гостевых, — я оборудую детскую. А твоя комната будет рядом.

После этого Петр Кузьмич бросил: «У меня дела» — и уехал. Аня покормила ребенка и прилегла поспать. Ее разбудила какая-то возня в коридоре. Девушка вышла из своей комнаты и увидела молодого человека, который распоряжался несколькими грузчиками. Парень приветливо ей улыбнулся:

— Здравствуйте! Я помощник Петра Кузьмича. Вот, привез кроватку для малыша, а также ползунки, распашонки, памперсы, искусственное питание и все, что полагается. Да, Петр Кузьмич также велел мне узнать ваши размеры одежды и обуви.

Аня назвала, и через час тот же молодой человек доставил ей несколько коробок, в которых находился полный гардероб: от колготок до шубы из цветного мутона.

Аня не сомневалась, что ее взяли сюда не только в качестве кормилицы для ребенка, но и по совместительству домработницей. Поэтому девушка вымыла за грузчиками полы в коридоре, пропылесосила палас в гостиной и отправилась на кухню готовить ужин. И несказанно удивилась, когда вскоре пришла женщина, назвавшаяся кухаркой Лидой. Лида мягко, но настойчиво отобрала у Ани половник и отправила ее в комнату к ребенку. Значит, она здесь только ради малыша, поняла девушка. И у нее сжалось сердце: надолго ли?

А еще Аня переживала за своего родного сына. Ей очень хотелось похоронить несчастного младенца по-человечески. Вечером она робко поинтересовалась у Петра Кузьмича, как это можно организовать. Тот сделал несколько звонков, и на следующий день шофер отвез Аню в церковь. Там ее уже ждал маленький гробик. Батюшка, закрыв глаза на то, что младенец умер некрещеным, совершил необходимые обряды. О месте на кладбище тоже позаботился Петр Кузьмич. Позже он заказал на могилу надгробный памятник в виде белого ангела.

Аня всю свою материнскую любовь направила на маленького Константина — именно так назвал своего сына Петр Кузьмич. Ане это имя тоже нравилось, впрочем, ее мнения мужчина даже не спрашивал. Петр Кузьмич неожиданно для девушки оказался сумасшедшим отцом. Но его вклад в дело воспитания ребенка носил скорее материальный характер. Вернувшись поздно вечером домой и увидев младенца, мирно посапывающего в кроватке, он пускал пьяную слезу умиления, вытаскивал тугой кошелек и бросал его содержимое Ане:

— На, все бери! Для наследника мне ничего не жалко!

На следующее утро Аня пыталась отдать Петру Кузьмичу деньги, однако тот наотрез отказывался их брать:

— Ты что, дура! Это же я для ребенка! Покупай для него только самое лучшее, мой сын не должен ни в чем нуждаться!

А Костик и так ни в чем не нуждался. У него было все: любящая мама, богатый папа и куча ярких игрушек.

Аня не тратила деньги, которые ей давал Петр Кузьмич, а складывала их в круглую коробку из-под датского печенья. Через пять месяцев у нее накопилась очень приличная сумма. Наученная жизнью, девушка стала задумываться над тем, как обеспечить будущее себе и сыну.

«Это сейчас Петр Кузьмич любит Костика и готов ради него на любые траты, — рассуждала она. — А ведь совсем недавно он мог хладнокровно от него отказаться! Опять же Луизу, свою жену, в одну минуту выгнал из дома. Разве же нормальный мужчина поступает так с женщиной, с которой прожил годы и зачал ребенка? А вдруг однажды мы с Костиком тоже ему наскучим? Ну и выгонит он нас. А куда нам пойти? В том-то и дело, что некуда…»

И Аня решила подготовить плацдарм для отступления — купить хоть какую-нибудь жилплощадь. Увидев рекламу в газете, она обратилась в агентство недвижимости «Метраж». Обходительный риелтор Аркадий Васильевич Бабиченко предложил ей прекрасный вариант — покупка квартиры с отсрочкой заселения. Старушка, хозяйка квартиры, мол, так плоха, что максимум через год «однушка» на «Войковской» уже будет принадлежать девушке. Аня подписала договор, накопленных денег ей хватило впритык.

Не прошло и месяца после этого события, как Петр Кузьмич неожиданно сказал девушке:

— Вижу, что ты, Анюта, любишь моего сына и не бросишь его, ежели что со мной случится. Поэтому хочу, чтобы ты стала ему законной матерью. Завтра у нас с тобой регистрация. С Луизой я уже развелся.