Спрятаться не поможет - Марина Серова

– Ясно, – я кивнула. – Тогда я отведу Киру в корпус, вода есть в кулере.

– Хорошо бы ей бульоны попить, – заметила медсестра. – Не знаю, как это осуществить, быть может, лучше вашей подруге уехать домой?

– Возможно, – внезапно мне пришла в голову одна дельная мысль. Я испытующе посмотрела на медсестру и проговорила:

– Могу ли я попросить вас об одной услуге?

– О какой? – спросила та.

– Вы здесь давно работаете, верно? – поинтересовалась я.

– Да, пока у меня нет сменщицы, – кивнула женщина. – На лето появится – начнутся лагерные смены, одна я не смогу дежурить без выходных. Но пока я одна.

– Значит, вы в курсе, кто работает на кухне, – заявила я. – Киру оставлять одну я не могу, но ей нужно соответствующее питание. Если вы мне подскажете, как хотя бы зовут поваров, я попробую договориться насчет бульона для своей подруги. Боюсь, она не согласится ехать домой, но мне нужно как можно скорее поставить ее на ноги. Она очень хотела на практику.

– Насчет всех поваров сказать не могу, но у меня есть контактный телефон главного повара, Нины Ивановны, – сказала медсестра. – Она заведует кухней, может, вы сможете с ней договориться.

– Быть может, у вас есть мобильные номера официанток? – поинтересовалась я. – На всякий случай, вдруг не дозвонюсь до Нины Ивановны.

– В принципе, вы правы, иногда она слишком занята и не берет телефон, – не заподозрила ничего женщина. – Минуту, мне надо посмотреть в тетрадь, кто сегодня дежурит…

Она вытащила толстую тетрадь, потом просмотрела свои записи.

– Записывайте, – велела женщина.

– Давайте я лучше сфотографирую лист, – предложила я. – Так будет быстрее, мы и так слишком много времени у вас отняли.

– Если камера хорошая, можете и сфотографировать, – пожала плечами женщина. – Вот на этом листке список поваров с телефонами. Сегодня дежурят Петрова Елена и Салтыкова Ирина. Остальные повара вам не нужны.

Я кивнула головой и сфотографировала весь тетрадный лист – мне требовались фамилии и имена кухонных работников, никому звонить я пока не собиралась. Я поблагодарила участливую медсестру, потом помогла Кире подняться, и мы покинули медпункт.

Доведя несчастную девушку до комнаты, я уложила ее на кровать. Прямо дежавю какое-то, вчерашние события повторяются. А я ничего не могла сделать – моя клиентка подвергается новым неприятностям, несмотря на присутствие опытного телохранителя. Я ругала себя за то, что не смогла предотвратить нового покушения на жизнь клиентки, за которую я несла ответственность. Давно в моей практике не было столь сокрушительных провалов…

Я твердо решила во что бы то ни стало вычислить преступника и предугадать его последующие действия. Итак, все началось с угроз. Потом – нападение на Киру, пускай и несерьезное, но кто знает наверняка – возможно, не предотврати я покушения, все обернулось бы для девушки весьма плачевно… Затем – порча холстов, и теперь отравление. Кто знает, что было бы с Кирой, если б она съела весь шоколад, а не половину. Судя по всему, яд в плитку был добавлен сильнодействующий, и, вполне вероятно, получив всю дозу, девушка бы отправилась на тот свет. Я больше не могла рисковать жизнью своей клиентки – чем скорее я найду злоумышленника, тем лучше.

Я вытащила мобильный телефон и переписала данные всех кухонных работников. Каждый день в столовой дежурили две официантки, работали они посменно. Учитывая то, что вчера нам еду разносили Наталия Шибанова и Марина Коржикова, а всего поваров было четверо, я сделала вывод, что работают они по графику «два через два» или «три через три». То есть завтра должны дежурить те же официантки, что и сегодня. Стало быть, яд в шоколад добавил кто-то из сегодняшней смены. Или главный повар – Нина Ивановна Сомова.

Я порадовалась тому факту, что в лагере была хорошая связь, и в корпусах интернет работал быстро. Первым делом я ввела имена и фамилии всех поваров в базу данных и получила на них краткое досье. Нина Ивановна Сомова родилась в Марксе, сейчас ей было шестьдесят лет. Женщина окончила кулинарное училище, несколько лет работала в различных кафе города главным поваром, а в лагере трудится в течение шести лет. Никуда из Маркса, помимо летнего лагеря, Нина Ивановна не выезжала. Женщина замужем, имеет двоих взрослых детей. Старший сын Николай работает в строительной фирме, женат; дочь Жанна замужем, у нее трое детей, и сейчас женщина находится в декретном отпуске. Судимостей ни у кого не было, и каким образом Сомова могла быть связана с Кирой, я не понимала.

Петровой Елене было сорок три года. Судя по возрасту и фотографии в паспорте, которая присутствовала в базе данных, сегодня она подавала нам еду. Женщина окончила девять классов средней школы в Марксе, после училась в Педагогическом институте, но не окончила его – вышла замуж, родила дочь. Рано овдовела – муж умер от инфаркта, дочери Елены Людмиле сейчас двадцать один год, и она учится на коммерческом отделении факультета иностранных языков. Судя по всему, Елена устроилась официанткой в лагерь, потому что здесь хорошо платят – лагерь считается элитным, и зарплата у сотрудников довольно высокая. Людмила нигде официально не работает, следовательно, Елене приходится очень много работать, чтобы обеспечивать дочь. К уголовной ответственности никто из семьи Петровых не привлекался.

Вторая официантка, которую я сегодня не видела, была моложе напарницы. Ирине Салтыковой было двадцать три года, после школы она пошла учиться в кулинарное училище, сразу после диплома устроилась в лагерь на должность младшего повара. Девушка замужем не была, проживала в Марксе с матерью, а на лето уезжала работать в лагерь. Перед законом Ирина абсолютно чиста – никаких сведений о судимости молодой женщины в базе данных не было.

Вчерашние официантки – Наталия Шибанова и Марина Коржикова – были ровесницами. Обеим по тридцать пять лет, и учились они в одной школе. Я внимательно посмотрела на фотографии женщин. У Наталии Шибановой было полное, простоватое лицо и темные волосы, зачесанные назад. Марина Коржикова была намного худее, внешность ее красивой назвать было сложно. Может, конечно, все дело в фотографии – редко кто получается хорошо на паспортном снимке, – но черты лица Марины показались мне грубыми, глаза слишком близко посажены, а губы тонкие, строго поджатые. Я узнала в ней вчерашнюю хмурую официантку. И Наталия, и Марина окончили кулинарное училище, как я поняла, они вместе поступили в учебное заведение.