Спрятаться не поможет - Марина Серова

за своего ребенка! Но… мы с отцом Маши работаем до вечера, поэтому я не могу точно ответить на ваши вопросы. Маша вроде вела себя как обычно, училась… Еще она подрабатывает – пишет в интернет-издание статьи на различные темы. Маша пыталась поступить на факультет журналистики, но мы с отцом ее отговорили, да и она не прошла вступительные экзамены. Поступила вопреки нашей воле – подала документы в два вуза… Но в итоге она учится на отделении социологии.

– У Маши есть молодой человек? – спросила я. Инна Сергеевна задумалась, потом неуверенно проговорила:

– Когда дочка училась в одиннадцатом классе, она встречалась с одним типом, Антоном. Но он совершенно не подходил ей – весь в татуировках, гоняет на мотоцикле, вдобавок ко всему старше Маши на пять лет. Я сразу сказала дочке, что ничего хорошего из этого не выйдет, отец, правда, не такой мягкий, как я. Он поговорил с этим Антоном и сказал, что если тот приблизится к нашей дочери ближе, чем на километр, то сильно об этом пожалеет. Не знаю, подействовала ли угроза мужа, или просто Антону надоело развлекаться со школьницей, но Маша с ним рассталась. Я предпочитаю думать, что дочка сама поняла, что Антон – отвратительный человек и ему от нее нужно только одно, сами понимаете что. Потом был Никита – хороший парень, с ее курса в университете. Он ухаживал за Машей, цветы ей дарил, в театр приглашал, в общем, очень положительный молодой человек. Но дочке вот он чем-то не угодил – она очень жестко его бросила, хоть мы с отцом и советовали ей обратить на него внимание. Но Маша – девочка с характером, с ней порой очень тяжело… Сейчас вроде она ни с кем не встречается, по крайней мере нам с мужем об этом неизвестно…

– У вас есть номера телефонов этих молодых людей? – спросила я.

– Увы, нет… – растерялась Инна Сергеевна. – Я даже не знаю их фамилий, Маша не приводила своих кавалеров домой. Я у мужа спрошу, может, ему больше известно, он же разговаривал с Антоном, да и Никиту мы видели, когда он Машу домой провожал. Дочка рассказывала, что Никита ее достает своими приглашениями, оттуда мы с мужем про него и знаем. Но после Антона Маша скрывала свои отношения – наверное, боялась нашей реакции… Теперь я понимаю, что мы с мужем глупо себя повели. Неосмотрительно, вот и результат – дочь от нас отгородилась…

– Может, Маша продолжала тайно встречаться с Антоном? – предположила я. – Может, сейчас она у него? Как вы думаете?

– Не знаю… – растерялась Инна Сергеевна. – Знаете, я сейчас позвоню мужу, вдруг он знает номер Антона? Он на работе, но я вам сразу перезвоню после разговора с ним!

– Хорошо, – произнесла я. – Скажите, Маша зарегистрирована в социальных сетях? У нее ведь наверняка есть аккаунт и электронная почта?

– Ну да… Только я в этом не особо разбираюсь, в дела дочери не лезу…

– То есть вы не знаете, под каким никнеймом Маша зарегистрирована, – заключила я. Конечно, я могу попробовать найти девушку, вдруг повезет, и та выбрала в качестве никнейма свои настоящие имя и фамилию. Или Кира общалась с подругой через социальную сеть, тогда будет гораздо проще отыскать ее профиль…

– Нет, не знаю, – сказала Инна Сергеевна. – Надо было мне больше дочерью интересоваться… Хотя смысла-то спрашивать ее не было – если Маша не захочет что-то говорить, из нее слова клещами не вытащишь…

– Ладно, я поняла, – произнесла я. – Тогда позвоните сейчас мужу, после наберите номер Киры, она рядом со мной находится.

– Да, конечно… – пообещала женщина и сразу отключилась. Я отдала телефон Кире и спросила:

– Вы общались с Машей через социальную сеть?

– Ну да… – кивнула головой девушка. – А что?

– В какой сети и под каким никнеймом зарегистрирована твоя школьная подруга? – вопросом на вопрос ответила я.

– У нее никнейм был «Кровавая Мэри», – пояснила девушка. Я тут же зашла в социальную сеть, где переписывались девушки, ввела в поисковый запрос странное прозвище Маши. Да, долго бы я искала ее страничку – название алкогольного коктейля мне сразу в голову не пришло…

Увы, меня ожидало разочарование – страница пользователя «Кровавая Мэри» из Тарасова была взломана несколько месяцев назад. Я повторила попытку в других социальных сетях, однако нужную мне девушку с ником «Кровавая Мэри» так и не обнаружила. Точнее, мне высветились люди с таким же никнеймом, но они проживали в других городах России и не подходили по возрасту. А Маша, насколько я поняла, указывала свой родной город.

– Адрес электронной почты Маши ты знаешь? – спросила я Киру. Та отрицательно покачала головой. Делать нечего – я снова обратилась в обе базы данных, однако информация, полученная из первой, мне никоим образом не помогла. С кем проживает Маша, я и так знала, какую школу окончила девушка и где сейчас учится – тоже. Увы, ни в одной базе данных не имелись адреса электронных почт граждан и не говорилось, в каких социальных сетях они зарегистрированы…

Мы с Кирой стали ждать, когда позвонит Инна Сергеевна. Время тянулось очень долго – чтобы хоть как-то скоротать время ожидания, я принялась расспрашивать Киру о ее школьных годах.

– Расскажи поподробнее о своей дружбе с Машей, – попросила я девушку. – Ты говорила, что она любила ходить по магазинам и смотреть комедии. У нее в школе были подруги, кроме тебя?

– Да вроде Машка со всеми находила общий язык, – пожала плечами девушка. – Я не вмешивалась в ее жизнь – к тому же у меня было много заданий по учебе, плюс ко всему, я постоянно рисовала, чтобы поступить в училище. Раньше мы с Машей чаще встречались где-нибудь, ходили в кафе, за шмотками, но я уже рассказывала. А в одиннадцатом классе я упорно готовилась к экзаменам, и Машкина болтовня стала меня раздражать. Голова и так пухла от обилия информации, а тут еще она со своими разговорами о выпускном… Да весь класс обсуждал этот проклятый выпускной вечер, а я идти туда не хотела. По-моему, это бред какой-то – устраивать какой-то праздник, для которого требуются ультрамодные дорогие шмотки и прически у парикмахера. До сих пор не понимаю, зачем все это? Только чтоб деньги у родителей выманить!

– Но ты все равно пошла на выпускной, верно? – спросила я. Кира нахмурилась.

– Пришлось,