Спрятаться не поможет - Марина Серова

На яблоках никаких подозрительных дырок не было. Я решила, что можно спокойно съесть хотя бы фрукты, это лучше, чем вообще ничего. Кира даже не посмотрела в мою сторону, когда я принялась хрустеть яблоками. Мне не хотелось ее дразнить – ей-то сегодня есть вообще ничего нельзя, но, похоже, девушка ни капли мне не завидовала. Она меланхолично исследовала свой телефон.

Было уже пятнадцать минут восьмого, когда я услышала короткий сигнал телефона. Звонили или писали Кире – похоже, ей пришло смс-сообщение. Я наблюдала за девушкой. Та открыла сообщение, и лицо ее изменилось.

– Что случилось? – тут же спросила я. Вместо ответа Кира села на кровать и протянула мне мобильный.

– Прочитай, пожалуйста… – прошептала она с тревогой. – Плохие новости…

Я взяла в руки телефон Киры и просмотрела сообщение. Текст эсэмэски, отправленной с неизвестного номера, гласил:

«Кира, здравствуй, тебя беспокоит мама Маши Коваленко. Ты не в курсе, где она? Не могу до тебя дозвониться, ее уже нет дома несколько дней, и я не знаю, что с ней. Позвони мне, пожалуйста».

Я вернула телефон девушке.

– Кто такая Маша Коваленко? – поинтересовалась я. – Ты ее знаешь, как я поняла?

– Да, – кивнула Кира. – Мы учились с ней в одном классе в школе, сидели за одной партой. Я тебе о ней рассказывала. Девчонка, которая после школы поступила на факультет социологии, и после этого мы с ней не пересекались…

– Я помню, – сказала я. – Маша – это веселая, общительная девушка, которая тебя на вечеринки вытаскивала и в кино. И с которой у вас разные интересы.

– Ну да… – уныло проговорила Кира. – И вот ее мама мне написала, что Машку найти не может. Но я понятия не имею, куда она могла подеваться… С выпускного вечера мы даже не созванивались, я ничего о ней не знаю…

– У тебя есть номер Маши? – спросила я. Кира пожала плечами.

– Есть, старый. Но не факт, что за это время она не сменила сим-карту…

– Во-первых, надо перезвонить ее маме и узнать подробности происшествия, – сказала я. – А потом попробуем набрать номер самой Маши, вдруг повезет, и она ответит. Мало ли, может, твоя бывшая подруга поссорилась с матерью и живет у подружки какой-нибудь или у молодого человека. А на звонки мамы не отвечает… Ты не против, если я позвоню матери Маши?

– Нет, конечно… – не стала возражать Кира. – Звони, можешь с моего номера…

Я взяла мобильный девушки и перезвонила на неизвестный номер. Трубку взяли сразу же. Взволнованный женский голос проговорил:

– Кира, это мама Маши, прости что я тебя беспокою… Не могу ее найти, она, случайно, не с тобой?

– Здравствуйте, – проговорила я. – Это не Кира, а ее подруга Женя. Кира рядом со мной находится. Не могли бы вы сообщить, когда ваша дочка исчезла? И при каких обстоятельствах?

– А Кира не может взять трубку? – удивилась моя собеседница.

– Я ей сейчас дам телефон, – отозвалась я. – Только потом мне надо будет с вами переговорить, дело очень важное.

– Хорошо… – растерялась женщина. Я протянула мобильный Кире, и та проговорила:

– Здравствуйте, Инна Сергеевна… Мы с Машей давно не общались…

Кира замолчала, слушая, что говорит мать Маши. Потом произнесла:

– Мне очень жаль, но я не знаю, как вам помочь… Можно я передам трубку Жене? Она лучше меня соображает, может, что и придумает…

Я снова взяла телефон Киры.

– Инна Сергеевна, прошу прощения за то, что вмешиваюсь, – извинилась я. – Но мне нужно знать подробности исчезновения вашей дочери. Когда она пропала?

– Два дня назад, – сказала мать Маши. – Я обращалась в полицию, но мне сказали, что заявление надо писать, если человек не появляется дома и не отвечает на звонки три дня подряд. Прошло уже двое суток, и я очень волнуюсь, не знаю, что это за такие порядки… Вдруг с Машей что-то случилось?

– Ваша дочь живет вместе с вами? – поинтересовалась я.

– Да, она с родителями проживает. Со мной и отцом…

– Два дня назад происходили ли в вашей семье ссоры? – продолжала расспрашивать я. – Вспомните, может, ваша дочка повздорила с вами или с вашим мужем. Вполне возможно, она на что-то обиделась и не разговаривает по этой причине.

– Мы не ссорились! – воскликнула Инна Сергеевна. – Все было хорошо, Маша ходила на занятия в университет, встречалась иногда с друзьями… Никаких конфликтов дома не происходило, в том-то и дело!

– То есть два дня назад Маша просто не пришла домой, верно? – уточнила я.

– Да, утром она пошла на учебу, но после занятий не вернулась домой, – подтвердила женщина. – Я ей звонила, но телефон выключен. Уже всех подруг и друзей Маши расспросила, но никто после занятий ее не видел. Мне сказали, что она присутствовала на всех парах, потом попрощалась с одногруппниками и вроде пошла домой. Но мы с мужем вернулись с работы около семи вечера, а дочери не было. Мы ей и писали, и звонили, только все без толку!

– Инна Сергеевна, скажите, в последнее время с вашей дочерью происходило что-нибудь странное? – спросила я. – Может, как-то изменилось ее поведение, или что-нибудь вас насторожило? Хорошенько подумайте, прежде чем ответить!

– Вы из полиции? – удивилась женщина. – Вы сказали, что являетесь подругой Киры, но… но вопросы задаете очень… очень официально, что ли…

– К полиции я не имею отношения, – сказала я. – Я всего лишь хочу помочь вам. Если вы вспомните все, что происходило с вашей дочерью в последнее время, я, возможно, пойму, что случилось с Машей. Не задавайте мне лишних вопросов, чтобы не терять время!

– Ладно, но… – Инна Сергеевна все еще колебалась, однако я не собиралась говорить ей, что являюсь телохранителем Киры. И вообще, эту женщину я не знала, говорю с ней впервые по телефону, кто знает, может, она не та, за кого себя выдает. Хотя Кира узнала мать Маши по голосу, однако пока я ни в чем не была уверена.

– Вы хотите найти дочь? – прямо спросила я. – Если нет, то другое дело, я не буду отнимать ваше время…

– Хочу, конечно! – прервала меня та. – Я – мать, и переживаю