Унесенные ведром - Дмитрий Подоксенов

— Ну, кто первый? — спросил Турист, когда судья внизу зашевелился и встал. — Грабля уже ждёт.

Желающих не находилось.

— Давайте Поршня прокатим, — предложил Кислый. — Ему, по-моему, пофиг.

Но, как оказалось, кандидату в пионеры трассы было далеко не всё равно. Услышав, что говорят о нём, Поршень взмемекнул дурным голосом и попытался убежать, хотя сделать этого ему, конечно же, не дали.

— Смотри-ка, соображает! — радостно удивился Чибис, возвращая дезертира в строй. — Не совсем, выходит, безнадёжный!

— Ладно, — решил Фёдор, видя, что добровольцев на горизонте не наблюдается. — Будем тянуть жребий.

На клочках бумаги были нацарапаны порядковые номера участников, после чего свёрнутые трубочками судьбоносные листочки были помещены в строительную каску, снятую по такому случаю с головы Туриста.

Бумажка с цифрой «1» досталась Гиббону, который, тяжело вздохнув, стал готовиться к первому квалификационному заезду. Он с опаской уселся в сани и неловко умостил перед собой повреждённую ногу. С костылём он категорически не захотел расставаться и пристроил палку поперёк саней, прямо перед собой. Турист, назначенный «стартером» Гиббона, закрепил поверх вязаной шапочки гонщика оранжевую каску.

— Как там судья, готов? — спросил Турист у Чибиса.

— Готов, — заглянув вниз, подтвердил тот. — Сидит уже. На стуле.

— Ну что, пускать? — запросил подтверждения «стартер». — У нас всё готово.

— Итак, — голосом телевизионного комментатора возвестил Сивцов, — на старте появляется экипаж сборной Бразилии!

— Какой Бразилии? — опешил Чибис. — Ты, чё, Быня, это же Гиббон в санках!

— Да знаю я, — прошипел Фёдор. — Это я чтоб интересней было. Как будто у нас настоящие соревнования.

— А, — протянул ничего не понявший Чибис. — Ну ладно тогда. Пускать, что ли?

— Пускайте, — разрешил Сивцов. — Грабле махнуть не забудьте.

— Давай, сборная Бразилии! — радостно напутствовал Гиббона Турист, от души толкая его к финишу. — Рули палкой, если что!

Одновременно с тихим оханьем отправившегося в путь бобслеиста, Чибис дал отмашку сидящему внизу судье. Провожающие сгрудились на самом краю склона и, рискуя столкнуть кого-нибудь вслед за Гиббоном, с огромным интересом стали наблюдать за движением спортивного снаряда.

— Хорошая каска, яркая, — сказал Турист. — Издалека видно.

Если быть до конца точным, то кроме каски видно не было ничего. Да и сам защитный головной убор лишь слегка просвечивал сквозь поднятую гонщиком снежную пыль.

— Что-то его влево заносит, — пробормотал Кислый. — Как бы в деревья не влетел.

— Рули! Рули палкой! — переживал за товарища Чибис. — Да куда ж ты!..

Гиббон, чудом избежав столкновения с берёзой, пересёк финишную линию далеко от центра склона и, не останавливаясь, врезался в гущу кустарника. Через секунду до благодарных зрителей донёсся ужасный треск.

— Приехал, — подвёл итог заезда Чибис.

— Как-то он по диагонали ехал, — недовольно высказался Фёдор. — Прямо надо ехать. Вон, где линия начерчена. А то так финиш засекать неудобно.

— Ну, так это ж Бразилия! — попытался оправдать Гиббона Турист. — У них там отродясь снега не было.

— Тренироваться больше надо, — отрезал Сивцов. — А не в игры компьютерные играть.

Всем стало неловко за товарища, предпочётшего игры тренировкам.

— О, вылез, вылез! — закричал кто-то, и внимание собравшихся вновь обратилось на нижнюю часть склона.

Из кустов показался Гиббон, с трудом волоча за собой санки. Дохромав до сидевшего с независимым видом судьи, он, видимо что-то спросил у того. Рефери, взглянув на часы, повёл себя несколько странно. Он бочком сполз со стула и попытался скрыться в лесу. Попытка была в корне пресечена самым беспощадным образом: внезапно переставший хромать саночник в мгновение ока подскочил к Грабле и, издавая нечленораздельные звуки, обрывки которых доносились даже до вершины, стал охаживать арбитра своей инвалидской клюшкой.

— Оп-па! — удивился Кислый. — Похоже, наш судья забыл включить секундомер.

Снизу донеслись вопли Грабли, которому, видимо, попало по спине.

Как оказалось, Кислый ошибся совсем немного — секундомер забыли не включить, а вовремя выключить. Видимо, арбитр тоже засмотрелся на красивый заезд в исполнении сборной Бразилии. Когда Гиббон поднялся наверх, выглядел он неважно: на его куртке не хватало трёх пуговиц, рукав был наполовину оторван, а лицо довольно сильно поцарапано.

— Физкульт-привет! — встретил героя радостным возгласом Турист. — Каковы результаты заезда?

— Одна минута и двадцать девять секунд, — буркнул гонщик и с ненавистью посмотрел вниз. — Убью, суку! Если б я ему сам часы не выключил, ещё бы больше набежало.

— Так как ошибка произошла по вине оргкомитета, — официально сообщил Фёдор, — вам предоставляется ещё одна попытка, которая и пойдёт в зачёт.

— Да ладно, — испугался Гиббон. — Пусть так остаётся. Я покурю лучше пока.

— Это ваше право, — сообщил Сивцов и нацарапал на приколотой к дереву бумажке результаты первого квалификационного заезда. — Кто у нас идёт под вторым номером?

— Поршень, — подсказал Кислый. — Сборная Антарктиды.

— Давай его на старт! — азартно принялся за дело Турист. — Может, он после встряски в себя немного придёт.

— Ага, — подтвердил с видом знатока размякший Гиббон, закуривая сигарету. — А может, ваще тапочки отбросит. Тут со здоровой-то головой рулить не успеваешь…

— Не каркай, — перебил его Чибис. — Тебе ведь ничего под руку не говорили!

Поршень покорно устроился в санях, даже привязывать его не пришлось. Прямо на драный треух взгромоздили каску, поэтому голова гонщика получилась большая и овальная, как у инопланетянина.

— Красота! — оценил экипировку спортсмена Турист. — Марка фирмы «Адидас»! Поехали.

К всеобщему удивлению, Поршень поехал ровно и быстро. Так как прямо по курсу не было никаких препятствий, то и остановился второй саночник почти достойно — провалившись в какую-то яму под снегом. По счастью, неглубокую.

— Дуракам везёт! — прокомментировал заезд Кислый. — И секундомер, кажется, сработал.

Секундомер действительно сработал и показал рекордное время — одиннадцать целых и две десятых секунды.

— Вот это да! — высказал общую точку зрения Чибис. — Его щас хрен догонишь.

— Надо стараться, — пресёк панические настроения Фёдор, записывая результат. — Кто у нас третьим номером?

— Я, — сказал Турист. — Дайте мне каску.

«Стартером» на этот заезд выступил Кислый. Отправив саночника вниз и дав отмашку судье, все принялись переживать за Туриста. В этот раз сани сносило почему-то вправо, но не сильно, а так, слегка. Тем не менее этого небольшого отклонения от курса хватило, чтобы линии судьбы гонщика и арбитра на короткое время пересеклись. Зазевавшийся Грабля со страшным треском был снесён гоночным болидом, моментально исчезнув вместе со стулом и секундомером в густом снежном облаке. Через пару секунд маленький ураган скрылся в подлеске.