Все оттенки черного - Татьяна Степанова

— Почему странно?

— Ну, странно было, что он вообще не забыл про все это после рождения сына. Ведь семь лет прошло. А он все помнил.

— Простите, я вас не понимаю, Станислав Сергеевич.

— Так глубоки в его память могло врезаться лишь что-то очень для него важное, что оказало существенное влияние на всю его жизнь, понимаете? Он такой был человек, И он искренне хотел помочь и мне, своему другу, таким вот странным образом. Я это чувствовал. Видите ли, в последние годы, продолжая искренне любить друг друга, мы редко виделись с ним, а уж разговаривать по душам вообще как-то разучились. Дела все, заботы… Мне кажется, будь я в тот роковой для него день рядом с ним, все бы обошлось. Он бы остался жив.

— Вы не знаете, как он тот день провел?

— А вы разве не интересовались?

— Интересовались, да ничего конкретного так и не узнали.

— Ну, Миша приехал на завод, как обычно, в половине девятого утра. Я с Ксеней Ландышевой разговаривал — это его секретарша, у нас секретов друг от друга нет. Был до часа на месте, проводил совещание. Потом ему позвонили. Секретарша не знает, кто звонил — набрали его личный номер. Он после разговора куда-то сразу же собрался, сказал, что вернется часа через два. Вернулся даже раньше, через полтора. Вторую половину рабочего дня провел в своем рабочем кабинете. Никого из сотрудников не принял. У него был сеанс у массажиста — он попросил отменить. Жаловался на высокое давление вроде… Охранник в офисе сказал мне, что уехал он с работы около половины девятого.

— На машине своей, значит, уехал?

— Нет. Когда он чувствовал, что ему неможется, никогда сам за руль не садился. Просил охранника вызвать ему машину — ну, по телефону — коммерческое такси.

— Разве под рукой не было свободной машины с шофером?

— Конечно, были. Но он попросил вызвать такси. Я разговаривал с охранником, тот признался: побоялся с извозчиками этими связываться, пока докандехают из города — не дождешься. Боялся заставить шефа ждать. Тормознул у проходной на шоссе первую попавшуюся с виду приличную машину — черную «Волгу», кажется. Водителю было все равно, куда ехать, лишь бы деньги платили.

— Домой-то в тот вечер Ачкасов так и не заехал.

— Нет. Лена на кладбище сказала мне, что в тот день он ей даже не звонил.

В кабинет вернулся Обухов.

— Машина в дежурке есть. Отвезут вас наши. А там, в соседнем кабинете, пиастры ваши ждут. Идите, получение оформляйте.

Модин тяжело поднялся. Стряхнул с рукава пепел от сигареты. Однако словно медлил уходить.

— Спасибо, спасибо вам большое. Если будут какие вопросы, проблемы — ремонт дома там, строительство дачное — ну всегда ко мне, я… У вас мой телефон есть, так что… А вам, Никита, я сам позвоню, если что-то… И не переживайте так сильно из-за всего этого. Прошу вас, не нужно себя так казнить. — Он схватил Колосова за руку и сильно потряс.

Когда за ним захлопнулась дверь, Колосов сел за стол…

— Удачно столковались? — Обухов позвенел ключами, отпирая сейф.

— Полнейшая идиллия.

— Ну и чудненько. Будет давать информацию? — Надеюсь.

— А что глядишь, как на похоронах тогда? Чем опять недоволен-то?

— Ничем. — Колосов видел: Обухов уже недвусмысленно поглядывает на часы — десятый час, время коллеге из параллельной структуры и честь знать. Однако он не уходил.

— Деньги-то совал? — деловито осведомился Обухов.

— Нет.

— Не-ет? Вот жмот ползучий! Я-то думал, он со своей сохраненной «капусты» тысчонки четыре этак пожертвует, ну, как герою-спасителю. Ну, ты, естественно, открестишься, благородство и бескорыстие продемонстрируешь.

— Он, Гена… — Колосов нехотя поднялся. Чувствовал он себя прескверно. И сам не понимал почему. Ведь сам же обеими руками «за» был, когда они эту их «комбинацию» замышляли. Контакт с Модиным нужен был ему любой ценой, даже…

— Вся твоя проблема в том, что ты слишком много думаешь, — Обухов усмехнулся. — А надо проще ко всему этому, коллега, относиться. Издержки профессии. Жестче надо работать с этой публикой. Что красновская братва, что этот жук коммерческий в фирменных штанах — кнут и пряник, вот что для них наготове должно быть. И все. А начнут лгать — небо с овчинку покажется. И ни один адвокатишка потом носа не подточит. Ну что, все, что ли? Ну, тогда бывай. Завтра утром по факсу рапорт тебе скину — ознакомишься. Что не так — скорректируешь. На ковер-то отчитываться теперь обоих вызовут. Совместная операция ж!

Колосов кивнул.

ДОМОИ ОН В ТОТ ВЕЧЕР ТАК И НЕ ПОЕХАЛ. Сидел допоздна в своем кабинете, смотрел на зеленую настольную лампу. Потом сел в машину и поехал в Старо-Павловск. Всю дорогу ему казалось, что он едет к… Но до Май-Горы, до той старой дачи в яблоневом саду, он так и не добрался. На привокзальной площади ночного городка купил в круглосуточном ларьке бутылку водки. Отогнал машину за железнодорожные пути на пустырь. Выпил полбутылки, остальное зашвырнул в кусты (сам себе удивился!). Долго, очень долго, пока не заболела шея, смотрел на луну, поднимавшуюся над холмами. Отчего-то так и тянуло достать пистолет и разрядить всю обойму прямо в этот серебристый и торжественный диск.