Топор отмщения - Эрл Стенли Гарднер

— Ты не понимаешь? Не улавливаешь идею? Вспомни этотдорожный инцидент на углу Мантика-стрит и бульвара Гарден-Виста. Учти факторвремени. А теперь, если хочешь быть умным детективом — будь им, а хочешь бытьдураком — будь дураком. Я сказал все, что хотел. Верни ключи на место, Берта.

— Знаешь, я что-то не поняла, дружочек. При чем здесьтаксист?

— Вставь ключ в зажигание, — сказал я. — У Селлерса естьшанс либо покрыть себя славой, либо получить приз за глупость.

— Я не собираюсь получать приз за глупость, — заявилСеллерс. — У меня полно материала на Билли Прю.

— У тебя нет ничего против нее, кроме совпадений. Мы с Билливстречались еще до того, как я уехал. Она знала, что я возвращаюсь. Я не могвстречаться с ней в квартире, где она жила, потому что Питтман Римли устроил бымне нахлобучку. Тогда она сняла ту квартиру на Фулроз-авеню, так что мы могливстречаться там. Это было любовное гнездышко. Именно там я был прошлой ночью,когда Берта меня разыскивала.

— Ах ты сукин сын! — сказала Берта и вставила ключи в замокзажигания.

Фрэнк Селлерс просидел целых тридцать секунд, обдумываясказанное. Затем он нажал на стартер, набрал скорость и сделал поворот на 180градусов посередине улицы. Вновь взвыла сирена, и красная мигалка началакрутиться на крыше.

Мы пронеслись по бульвару Гарден-Виста и свернули наМантика-стрит. Таксист с перебитым носом все еще сидел в своей машине.

Селлерс остановился рядом с ним. Хитрые маленькие глазкитаксиста засверкали.

— Какая муха тебя укусила? — спросил таксист.

— Вчера после полудня случилось столкновение на углуМантика-стрит и бульвара Гарден-Виста. Знаете что-либо об этом?

— Кое-что слышал.

— Кого-нибудь посадили в машину сразу после этого?

— Да. А вам-то что до этого? — нахмурился перебитый нос.

— Мужчину или женщину?

— Женщину.

— Чего она хотела?

Хитрые глазки уперлись в Селлерса и ушли в сторону. Селлерсрывком открыл дверь своей машины, обошел вокруг и, расправив плечи, встал рядомс таксистом. Дернул дверцу такси и приказал водителю вылезать. Перебитый носсмерил его взглядом и задумался. Тут Селлерс протянул руку, сграбастал его загалстук и дернул:

— Я же сказал — вылезай!

Таксист вылез и стал отвечать повежливее:

— Что вы хотите узнать?

— Твоя пассажирка, что ты можешь о ней сказать? Кто она?

— Просто женщина. Она хотела, чтобы я ехал следом за одноймашиной, которая должна была выехать из-за угла.

— Давай дальше, — сказал Селлерс.

— Машина выехала из-за угла с Мантика-стрит, и мы за нейпоехали. Затем я заметил еще одну машину, которая тоже следила за первой. Ясказал об этом своей пассажирке. Она велела мне не обращать внимания на вторуюмашину, а следить за первой. Это продолжалось на протяжении трех кварталов. Ониостановились у большого многоквартирного дома. Мужчина вошел в дом. Женщина вдругой машине уехала. Моя пассажирка приказала мне подождать. Мы ждали минутдесять. Затем из дома выскочила девушка, села в машину и уехала. Моя пассажирказаволновалась. Она вышла, дав мне пять долларов, и тоже вошла в дом. Минутчерез десять она вернулась, села в машину и велела ехать ко «Встречам у Римли».Мы приехали туда. Какой-то ублюдок поставил свою машину так, что она заняла всюстоянку такси. Я сказал ей: «Подождите, пока я вышвырну его отсюда», но онаждать не захотела, вышла из машины и вошла в это заведение Римли. В это времявышел парень и сел в эту машину, которая занимала неположенное место. Япопытался вытрясти из него хоть доллар, но ничего не вышло. Зато она заплатиламне пять долларов за шестидесятицентовую поездку, так что я оставил его в покоес его рыдваном.

— Заметили что-нибудь необычное насчет сумочки, которуюдержала эта женщина? — спросил Селлерс.

Таксист взглянул на него со все возрастающим уважением:

— У нее было что-то здорово тяжелое в сумочке. Оно дажеодним концом выпирало. Я подумал, что это могла быть…

— Палка? — спросил Селлерс, поскольку таксист задумался.

— Угу. Только это была не палка.

— Может быть, молоток или маленький топорик?

Неожиданная догадка сверкнула в его глазах.

— Черт, вот что это было! А я-то думал, что палка!

— Как выглядела эта женщина?

— Ничего, симпатичная, — со знанием дела сказал таксист. —Хорошенькие ножки, стройная фигурка. Вот только зубы великоваты. Когда онаулыбалась, зубы у нее торчали, как у лошади.

— Зажарьте меня, как устрицу! — воскликнула Берта.