Смерть берет тайм-аут - Эйлет Уолдман

На самом деле, настолько уверенной я не была, но Лили выглядела такой несчастной, такой потерянной. Захотелось утешить ее.

Беверли еще раз ободряюще сжала плечи Лили, потом отпустила. Налила себе кофе и посмотрела на меня.

— Итак, Джулиет. Скажите, чем мы можем помочь?

Я смущенно улыбнулась:

— Давайте расставим все точки. Не могли бы вы рассказать, где были в день убийства Хло?

Рэймонд злобно зашипел.

Беверли прервала всплеск его эмоций:

— Какое это было число?

Я назвала дату.

— Минуту, — она встала из-за стола и тут же вернулась, держа в руках электронный ежедневник. Просмотрела свои записи, потыкав в меню маленькой указкой.

— С полудня до двух я была в отеле «Фермонт» в Сан-Франциско на официальном обеде Демократической Женской Ассоциации Северной Калифорнии. Мы выехали из Сакраменто около половины одиннадцатого, насколько я помню. После обеда встречи тет-а-тет со спонсорами мероприятия. Они закончились около семи, и мы вернулись в Сакраменто к половине девятого. Пообедали в машине.

— Кто — мы? — спросила я.

— Я и мои помощники. Они всегда со мной. Кроме тех моментов, когда мне нужно в туалет или ванную. Даже если бы я очень хотела избавиться от этой ужасной девчонки, я бы физически не смогла слетать из Сан-Франциско в Лос-Анджелес, убить Хло, и вернуться, выдав все это за поход в туалет.

Я записала информацию и посмотрела на Рэймонда. Тот пожал плечами:

— У меня нет ни малейшего представления, где я был в тот день. То есть, я находился в доме в Сакраменто. Возможно, уехал кататься на велосипеде. Я обычно этим занимаюсь.

— Вы ведете календарь, чтобы мне проверить эту информацию?

Он покачал головой:

— Я не очень забочусь об этом. Беверли ведет календарь, а у меня сейчас настолько мало встреч, что мне не составляет труда их запомнить, и нет нужды записывать.

Мы неловко посмотрели друг на друга. Они все, так же как и я, хотели, чтобы у Рэймонда на тот день было алиби. Я решила продолжить:

— Важно знать, каким образом Хло узнала о несчастном случае в Сан-Мигеле. Мне кажется, Поларис был источником информации.

Беверли и Рэймонд переглянулись.

— Почему вы так думаете? — спросила Беверли. — Вы что-то слышали об этом?

Я прищурилась. Они что-то скрывают от меня?

— Нет, но вероятнее всего, он ей рассказал.

— Сомневаюсь, — сказала Беверли.

— Почему нет?

— Потому что он поклялся. Что бы мы ни думали о Церкви Космического Единения, Поларис — религиозный человек Он не нарушит свой обет.

Я скептически подняла брови, но не стала говорить, насколько я доверяю чужим клятвам.

— Кто еще знал об убийстве?

— Вы имеете в виду, кроме нас и Полариса? — спросил Рэймонд.

Я кивнула.

— Наши соседи, жившие тогда в этом доме. Зет Голдблюм, например.

— Зет Голдблюм? Вы имеете в виду Канопуса? Помощника Полариса?

Беверли округлила глаза:

— Что за имена у этих людей! Да, Канопуса. Тогда его звали Зет Голдблюм из Парсипанни, Нью-Джерси.

— Кто еще?

— Китти Форест и Анжела Вильямс, — сказала Беверли. — Тоже там были. Но они вряд ли.

— Почему нет?

— Обе умерли. Китти — от рака груди около десяти лет назад, а Анжела погибла в автокатастрофе спустя несколько лет после того, как мы уехали из Сан-Мигеля. У Анжелы остался сын. Ему было всего несколько месяцев, когда произошло убийство. Когда погибла мать, ему было три года.

— Кто еще жил в том доме?

— Больше никого, — сказал Рэймонд.

— Это неправда, — перебила Лили.

Мы все посмотрели на нее. Это были ее первые слова за все время.

— Там были еще люди.

— Кто? — спросила Беверли с тревогой в голосе.

— Горничные. Горничные знали.

— Конечно, — сказала Беверли, — но они не могли рассказать Хло. Ведь так?

Лили пожала плечами.

Перевернув в блокноте страницу, я спросила:

— Как их звали?

Лили уставилась в потолок, будто ответ на мой вопрос был нацарапан там.

— М-м-м… Хуана, по-моему. Да, Хуана. Так ее звали. Она присматривала за нами с Юпитером. И еще кто-то. Повар и мужчина, который следил за садом. Но я не помню их имен. Они там не очень часто бывали.

Я была разочарована. В то же время маловероятно, что Хло могла встретить горничную из Сан-Мигель-Альенде, которая знала тайну Полариса. Слишком нереальное совпадение.

— А полиция? — спросила я.

Рэймонд кивнул:

— Конечно, они все знали. Но Поларис как-то все уладил. Точно не знаю, как. Может быть, откупился. Помню, они пытались допросить Лили, но девочка не могла с ними разговаривать. Она вообще не говорила, пока не перебралась к нам сюда.

— Психиатр! — воскликнула я.

Все посмотрели на меня, смущенные моим воодушевлением.

— Лили проходила курс терапии, так?

— Столько лет, что и вспоминать не хочу, — сказала Лили.

— Тогда твой врач должен быть в курсе.

Лили кивнула:

— Конечно, он знал. Но не сказал бы ей. Это конфиденциально. Доктор Блэкмор никогда бы не сделал этого.

Я почувствовала прилив адреналина. Сердце забилось быстрее. Я попыталась не выдать своего волнения в голосе:

— Доктор Риз Блэкмор?

Лили кивнула:

— Ты знаешь его? Он наблюдал меня с детства и до свадьбы.

— Тот самый Риз Блэкмор, управляющий Центром реабилитации и самореализации в Оджай?

— Да, это он. Он специалист по восстановлению памяти, один из первопроходцев в этой области. Еще он лечит от алкогольной и наркотической зависимости. Говорит, что все это взаимосвязано. Люди с подавленными воспоминаниями часто пытаются избавиться от них при помощи алкоголя и наркотиков.

Я уставилась на Лили:

— Что же ты раньше мне не сказала?

— Что? — спросила она растерянно.

— Что твой психиатр знал Хло.

Она подняла брови:

— А разве я не сказала? Когда мы говорили о Юпитере? Я же говорила, что у нас с Юпитером один психиатр. Естественно, Юпитер познакомился с Хло в Оджай.

Прищурившись, я произнесла ровным тоном:

— Блэкмор был клиентом Хло.

— Клиентом? — удивилась Лили.