Убийство у алтаря - Вероника Хэли

Джойс зазывно улыбнулась костлявому молодому человеку, который держал для нее пальто. Без сомнения, это был тот самый желанный поклонник, лидер скаутов. Джойс надела пальто и ушла.

«Что ж, это была пустая трата времени», – подумала Элли.

* * *

Воскресный обед в доме священника был настоящим праздником, на который приглашались все, кого Гилберт и Лиз считали нужным подпитать физически или духовно. Поэтому пришли Нора и две пожилые женщины. Арчи Бенджамин тоже пытался напроситься, но, к облегчению Элли, его не позвали. Пришел помощник священника с женой и пятилетним сыном. Мальчик плохо себя вел, но был гордостью и отрадой своих родителей, поэтому никто ничего не сказал, когда он раскидал еду по всему столу.

Элли заметила, что Лиз немного разозлилась, когда Нора разрыдалась посреди обеда и выбежала из комнаты в сопровождении встревоженного преподобного. Они отсутствовали добрых десять минут, за это время все остальные покончили с пудингом, и Элли помогла Лиз убрать со стола и сложить грязные тарелки в посудомоечную машину.

– Что случилось с Норой? – шепотом спросила Элли у Лиз.

– Расскажу, когда вновь останемся наедине, – ответила та.

Пожилые прихожане разошлись вздремнуть после обеда, а помощник и его семья, а также Нора и Элли помогли преподобному установить рождественскую елку в холодном холле, достать из коробок пыльные украшения и развесить их на ветках.

После чая Нора отправилась домой, а помощник удалился с женой в их комнаты в задней части дома, забрав с собой капризного сына.

Снег на улице начал таять, и пошел проливной дождь. Когда остальные гости разошлись, а подростки поднялись к себе, Лиз включила камин в гостиной, а Гилберт задернул шторы.

– Гилберт, – сказала Лиз, – думаю, Элли было бы полезно узнать, почему Нора в последнее время в таком состоянии. Это не нарушит секретности, потому что Нора рассказывает об этом любому, кто согласится слушать.

Глава 13

– Да, я и сам об этом думал, – согласился преподобный. Он присел на подлокотник дивана, на котором устроилась Элли, взял ее за руку и погладил. – Вы знаете, что Нора раньше жила с отцом в одной из тех красивых квартир с видом на реку? Ее отец в прошлом работал директором школы, получал хорошую пенсию. Ужасный старый тиран, хотя мне не следовало бы так говорить. Никогда не хотел, чтобы Нора занималась чем-то другим, кроме заботы о нем, но позволял ей играть на органе, потому что это «приятное хобби для женщины». Так вот, когда он умер, Нора обнаружила не только, что лишилась его пенсии, но и то, что он арендовал квартиру лишь на короткий срок и не был ее владельцем. У нее нет нормальной работы, она не получила никакой профессии. Нора обучает детей чтению в начальной школе, но это не поможет ей взять ипотечный кредит на покупку квартиры, не так ли? Особенно для приобретения просторной роскошной квартиры с видом на Темзу. Она не знала, что делать.

– Ходила сюда и плакала все время, днем и ночью, – добавила Лиз, скрестив длинные ноги.

Гилберт продолжал гладить Элли по руке.

– Нора была в отчаянии. У нее нет друзей, которые могли бы помочь ей. Поэтому я пошел с ней к адвокатам ее отца – в очень старомодную фирму, расположенную за много миль отсюда, – и заставил их заняться ее делом, попытаться добиться продления срока аренды. Мы думали, что если Норе удастся продлить аренду, она сможет продолжать жить там и даже взять квартирантов, чтобы сводить концы с концами. Адвокат выяснил, что зданием управляют Джолли, агенты по недвижимости, чей офис находится в конце бульвара. Они отказались продлевать аренду. Сказали, что Нора может заключить новый договор, но запрошенная цена была ей явно не по карману. Поэтому я отправился к Джолли и поговорил с ними. Боюсь, беседа получилась несколько… э-э-э… эмоциональной. Я потребовал назвать имя владельца квартиры, чтобы связаться с ним напрямую. Они отказались сообщать его мне, но, уходя, я столкнулся со старой мисс Квик. Я бросил что-то довольно резкое о том, что ей лучше не иметь дел с Джолли, потому что они – настоящие акулы, но она расправила плечи и заявила, что ведет с ними дела уже много-много лет и, по ее мнению, они лучшие в своем деле… Я насторожился и спросил, не она ли виновата в том, что бедную Нору выставили на мороз, а она ответила, что если кто-то хочет жить в одной из ее квартир, то он должен заплатить рыночную цену!

Элли тщательно обдумала услышанное.

– В одной из ее квартир?! Вы хотите сказать, что ей принадлежит более одной квартиры в том доме?!

– Похоже на то. Тогда я спросил Фрэнка, может ли он как-то повлиять на свою тетю в этом вопросе. Он сказал, что я, должно быть, не так все понял и у его тети нет ничего на свете, кроме пенсии по старости. Я выразил абсолютную уверенность, что у нее есть какая-то собственность в том квартале, и в конце концов он пообещал мне разобраться в этом вопросе.

– И тогда он написал частным детективам, – подхватила Элли. – Он заплатил за отчет, но сами документы пропали. Я подумала, что их взяла Диана, потому что недавно она о чем-то сговорилась с тетей Друзиллой. Я позвонила в это агентство по расследованиям и попросила прислать мне копию отчета. Интересно…

Лиз выпрямила ноги.

– Нора все еще надеется, что Гилберт сможет что-нибудь для нее придумать, хотя он снова и снова повторяет ей, что ничего нельзя сделать. Нора говорит, что он – единственный, кому она хоть немного небезразлична. И, может… – она пожала плечами, – может, это правда.

– Да ладно, Лиз, – возразил Гилберт. – Ты сама знаешь, что очень ей помогла, выслушивала, морально поддерживала снова и снова.

– Угу, но на самом деле она хочет выплакаться на твоем плече.

Элли нахмурилась.

– Что теперь с ней будет?

– Не знаю. – Преподобный покачал головой. – Нора прожила в той квартире всю свою жизнь. Это правда, что она не может позволить себе заключить новый договор по той цене, которую требует мисс Квик. Я сказал ей, чтобы она зарегистрировалась в совете…

– Да не станет она этого делать! – воскликнула Лиз наполовину с иронией, наполовину с сочувствием.

Элли выпрямилась.

– Я всегда думала, что у арендаторов есть такие же права, как и у домовладельцев. А