Вещие сны Храпунцель - Дарья Донцова

– Можешь открыть все помещения, кроме одного. Я понимаю, что у человека может возникнуть желание сунуть нос куда не следует, поэтому предупреждаю сразу: в дверь, которую запрещено трогать, вделано специальное устройство. Едва откроешь ее, активируется баллон с газом. Тут же потеряешь сознание и будешь дышать отравой. А дальше уж как тебе повезет: или подохнешь на месте, или идиотом станешь, доживать будешь остаток жизни кретином. Не веришь? Проверь. Открой ту дверцу. Все ключи у тебя. Только знай, раньше в лаборатории работали ученые, создавали атомную бомбу. Ловушку при входе в помещение, где находилось секретное оружие, придумали они. Сомневаешься в способности военно-промышленного комплекса уничтожать того, кто сунул нос в его секреты? Тогда открой створку.

Юра испугался, он не приближался к той двери, за которой хранились сокровища. А вот из той комнаты, куда относил вещи, которые ему велел прятать босс, не постеснялся кое-что утащить. Маркс знал о мелком воровстве приятеля и один раз его предупредил:

– Юрец, перестань тырить. Не ровен час поймают. Плохо тогда тебе будет.

– Не-а, – отмахнулся Трошин, – босс мне доверяет. Я ему как сын. Он не помнит, сколько чего тут есть. Сто часов или девяносто девять? Никогда пересчитывать не станет. Я не наглею, помаленьку беру. Нам с Кариной квартира нужна.

Владимир замолчал и больше разговоров на деликатную тему не заводил.

Время шло, Маркс смирился со своей участью, понял, что навряд ли его отпустят. Единственной радостью в безысходной жизни были приезды Юры. И вдруг! Как-то раз в районе полудня к домикам подкатила дорогая иномарка. Из-за руля вылез мужчина с папкой в руке, направился к двери в горе, открыл ее, вошел внутрь и надолго пропал.

Володя испугался. Кто приехал? Что ему надо? Юра всегда появлялся вечером, он неоднократно говорил, что никто, кроме него и «папы», понятия не имеет, где хранятся ценности.

Прошло несколько часов, прежде чем незнакомец вышел и направился к домикам. Владимира затрясло от страха, но он продолжал стоять у кустов малины, делал вид, что собирает ягоды.

Шофер приблизился к Марксу и осведомился:

– Ты кто?

– Сторож, – представился парень, – работаю здесь.

Чтобы незнакомец не подумал, будто Владимир врет, Маркс посмотрел гостю прямо в глаза. Лицо водителя было приметным: широкое, квадратной формы, рот походил на разрез бритвой, на правой щеке была родинка, брови черные, густые. Глаза…

Володя похолодел, когда увидел, какие они: овальной формы, карие, с длинными ресницами. Но не внешний вид водителя напугал Маркса, а его взгляд: холодный, оценивающий, злой. Так, наверное, смотрит на свою жертву крокодил.

– Сторож, – повторил незнакомец. – Юрия знаешь?

Володя решил изобразить дурака.

– Не-а!

– Сюда кто-нибудь приезжает? – не успокоился мужик.

– Ага, – подтвердил Маркс.

– Кто?

– Маленький автобус, – промямлил Владимир, – за рулем дядька. Велел мне не высовываться, когда он приезжает. Сидеть в домике. Я и сижу.

– И какая у тебя служба? – не утихал гость.

– За порядком следить, траву косить, – начал загибать пальцы Маркс, надеясь, что сможет обмануть человека с жутким взглядом и тот сочтет его идиотом.

– Автобус что-то привозит? – задал совсем уж конкретный вопрос собеседник.

Володя стиснул губы, потом воскликнул:

– Это секрет! Никто о нем знать не должен.

Мужик молча пошел к своей роскошной иномарке. Вечером на знакомом автобусе прикатил не Юрий, а два парня…

Маркс рассказал нам, как в него стреляли. В начале разговора я думала, что мы уже все знаем. Но оказалось, что в истории, которую сообщила нам Таня, были пробелы. Она ничего не рассказала о ловушке с газом, о появлении «папы». Возможно, Владимир все-таки кое-что утаил от Кругловой, и уж точно Татьяна не знала о том, что случилось дальше. Да и мы тоже выяснили правду только сейчас.